Назад

Версия для слабовидящих

Настройки

Воскрешение героя

23 Апреля

Изображение картины

Картина выполнена в мрачных тонах – это даёт прочувствовать нечеловеческое напряжение, последнее предсмертное усилие героя. Первое впечатление – такого быть не может! Это фрагмент богатырского эпоса, а не боевой эпизод Великой Отечественной. А ведь это самая настоящая быль. И полотно художники создавали по рассказам ещё молодых фронтовиков. Иван Лысенко действительно был силачом: до войны он участвовал в чемпионатах СССР по тяжёлой атлетике, брал призы. Это было весной 1943 года. Красная армия освобождала Заполярье. Разведотряд Северного флота прорывался к городу Печенге. Шли жесточайшие бои.

Командир отряда, дважды Герой Советского Союза Виктор Николаевич Леонов, вспоминал:

«Взлетела ракета. Перед нами оказалась защищенная мощным проволочным заграждением фашистская батарея. Враги открыли огонь. Необходим решительный бросок. Даю команду: «Кто как может, но всем быть на батарее». Комсомолец Володя Фатькин бросил на колючую спираль куртку и, перекатившись по ней, оказался перед вражескими пулеметчиками… Володя погиб от огня спаренной пулеметной установки, а Саша, перескочив смертоносную струю, прыгнул в бетонированную пулеметную ячейку и взорвал себя вместе с немецкими пулеметчиками.

Виктор Леонов

Рядом со мной оказался коммунист Иван Лысенко. Заметив мои намерения, он крикнул: «Командир, через проволоку нельзя, погибнешь, я сейчас подниму!»

Я перескочил через проволоку и не видел, что делал Лысенко. Разведчики потом рассказали, что Иван накинул на голову куртку, подлез под крестовину, вырвал ее из земли и, взвалив на плечи, встал во весь рост, пропуская на батарею товарищей. Пули, одна за другой, впивались в тело богатыря, и, слабея, Иван прошептал:

— Быстрее, больше нет сил.

— Потерпи чуть-чуть, Иван, осталось немного, — попросил кто-то из разведчиков.

— Тогда помогите, иначе упаду.

Рядом с Иваном Лысенко встал старший лейтенант Алексей Лупов. Они пропустили на батарею врага всех разведчиков и упали рядом. Алексей Лупов сразу скончался, а Иван Лысенко, получив 21 пулевое ранение, еще жил.

Когда закончился бой на батарее, я подошел к Ивану, и первый вопрос, который он мне задал, был:

— Как задача?

— Выполнили, Иван, спасибо, — ответил я.

— Сколько погибло ребят?

— Совсем мало, несколько человек, — успокаивал я Ивана.

— Тогда правильно. Если бы через проволоку, было бы больше...

Это были его последние слова».

На картине он живой. Навечно.