Назад

Версия для слабовидящих

Настройки

Кушников, не знавший поражений

25 Апреля

Изображение картины

Вот уж подлинно удивительная судьба!

Племянник Николая Карамзина, награждённый тремя императорами. Вглядываемся в портрет пожилого сановника — и в памяти возникают картины разных эпох. На первый взгляд несовместимые. Зима 1789 года. Штурм Очакова. Турецкая твердыня пала. В первых рядах штурмующих — молодой офицер Сергей Кушников. 1799 год. Жаркое итальянское лето. В трёх генеральных сражениях подряд русские чудо-богатыри побеждают революционную французскую армию, лучшую в мире.

Такого в истории Наполеоновских войн не было ни до, ни после. Правой рукой нашего победительного полководца Александра Васильевича Суворова в тех сражениях был полковник Сергей Кушников. «Ему поручались все важные дела, причем он исполнял их с неизменным усердием и неутомимостью, чем и заслужил от меня полное одобрение. Вот почему я от всего сердца пожелал бы ему отличия…» — писал Суворов.

Кушников стал одним из его любимцев. Храбрый, расторопный, остроумный. Да и просто не по годам мудрый. Когда Суворов заболел, Кушников принял в командование Гренадерский генерала Розенберга полк, проявивший себя наилучшим образом в Итальянском и Швейцарском походах. Но командовал гренадерами недолго. Болезнь принудила его перейти на статскую службу. И в отличие от многих славных отцов-командиров Кушников не затерялся и на административной стезе. Он и там не знал поражений. Являлся московским вице-губернатором, наконец, гражданским губернатором Санкт-Петербурга.

А в 1812-м проявил себя как один из наиболее энергичных организаторов ополчения. Позже был почётным опекуном Московского опекунского совета, управляющим Инвалидным домом и Павловской больницей, первенствующим членом Комиссии для строения в Москве храма Христа Спасителя. Удостоен всех высших российских орденов. Император Николай Павлович считал его мудрецом, не раз полагался на опыт и честность Кушникова. Такую тень отбрасывает этот величественный портрет.

Василий Тропинин — уникальный художник. Никто не умел так тонко передать русский характер, в мягких тонах ухватить непростую судьбу. С портрета действительный тайный советник Кушников глядит не без лукавства, хотя и добродушно. Для этого человека на белом свете тайн не осталось. И отсвет суворовской славы не перегорел в глазах.