Наступает сказочное время. Новогодние сказки стали появляться в сер. 1930-х, когда встреча Нового года превратилась в главный детский и семейный праздник — вместо Рождества. Нужно было переосмыслить фольклорные образы, обратиться к традициям русской и зарубежной рождественской сказки, добавить реалий ХХ века… Получилось настолько талантливо, что давно уже у нас возникает ощущение, будто этой традиции сотни лет. Мы решили напомнить вам, дорогие ребята и уважаемые товарищи взрослые, о пяти любимых новогодних сказках.

Новый год изначально сложился в СССР как детский праздник. Напомню, что 1 января много лет все трудящиеся с утра отправлялись на работу. Только в 1947 году первый день нового года объявили нерабочим.

Ну а многодневные каникулы взрослые получили лишь в наше время. Для детей же Новый год всегда был началом зимних каникул: с ёлками, с детскими фестивалями в кинотеатрах и домах пионеров, с премьерами мультфильмов, с подарками. Праздничная атмосфера ощущалась в детских радиопередачах, в магазинах игрушек.

Традиция формировалась на глазах довоенного поколения: рядом с Дедом возникла внучка Снегурочка, им помогали зайцы и снеговики, а нечистая сила пыталась сорвать праздник. С 1938 года Деды Морозы-парашютисты десантировались в самые отдалённые уголки страны, чтобы и тамошние дети не были обделены подарками. Авиасказка, как и сказка об Арктике, являлась приметой тех первых сталинских ёлок. Первым в плеяде главных Дедов Морозов всея СССР стал конферансье Михаил Гаркави — неистощимый весельчак и мастер импровизации. Взялись за дело и знаменитые детские писатели, начиная со Льва Кассиля и Сергея Михалкова.

Михаил Гаркави

Рождественские сказки по нашему хотению оборачивались мультфильмами, в которых Дед Мороз летал на самолётах, доказывая преимущество технического прогресса над чудесами Лешего. Кремлёвские звёзды по волшебству превратились в символ советского Нового года, ими украшали макушки нарядных ёлок (у Александра Вертинского в песенке «Доченьки» — «Мы на ёлку повесим звезду»).

Как известно, когда на ёлках загораются гирлянды, оживают игрушки, звери принимаются свободно говорить по-русски, а силы зла тщетно пытаются сорвать праздник. Однако зоркий Дедушка Мороз стоит на страже справедливости. Этот эффективный менеджер никогда не снимал с себя ответственности за проведение праздника.

Говорят, под Новый год…

Мультфильм называется «Когда зажигаются ёлки». Пожалуй, самое совершенное творение дедморозовской мультипликации. Режиссёру Мстиславу Пащенко удалось создать шедевр на все времена. Это — золотое сечение новогодней сказки, превзойти его невозможно. Зато можно и нужно смотреть и наслаждаться.

Писатель Владимир Сутеев — один из главных творцов новогодней сказки. Настоящий создатель монументальной и доброй легенды! Отметим и художников-постановщиков — Евгения Мигунова и Владимира Дегтярёва. К диснеевским канонам они добавили личной теплоты. Среди художников этой картины — будущие мэтры мирового уровня Фёдор Хитрук и Роман Давыдов.

Герои сказки — детишки, брат и сестра Люся и Ваня. Подарки добираются к ним с приключениями, а Ваня тем временем учится перебарывать приступы трусости. Это там звучат стихи Сергея Михалкова — гимн новогодних праздников:

Говорят: под Новый год
Что ни пожелается —
Всё всегда произойдёт,
Всё всегда сбывается.

Могут даже у ребят
Сбыться все желания,
Нужно только, говорят,
Приложить старания.

Не лениться, не зевать,
И иметь терпение,
И ученье не считать
За своё мучение.

Говорят: под Новый год
Что ни пожелается —
Всё всегда произойдёт,
Всё всегда сбывается.

Как же нам не загадать
Скромное желание —
На «отлично» выполнять
Школьные задания.

Чтобы так ученики
Стали заниматься,
Чтобы двойка в дневники
Не смогла пробраться!

Напомним, что Сергей Михалков вместе со Львом Кассилем и Иосифом Сталиным выступил автором сценария первой «всесоюзной ёлки» — в московском Колонном зале. А картина получилась по-настоящему праздничная — как нарядная ёлка, на ветках которой прячутся сказки.

Из актёров выделим Владимира Володина, который оживил Снеговика. Замечательный опереточный балагур всегда согревает нас узнаваемой хрипотцой. Интонации обаятельного простака к расторопному Снеговику подошли идеально. «Мы на морозе привычные… Кило мороженого съел. Крем-брюле. С вафлями», — гогочет Снеговик, а потом запевает: «Едем-едем-едем в гости к детям и везём подарков воз!..»

Фильм 1950 года, но классика не стареет. С годами она становится всё нужнее. Эстетика послевоенного десятилетия в детском искусстве преломилась очаровательно: здесь и тяга к «освоению классического наследия», приятная монументальность. И — талант новаторов, создававших советскую мультипликацию. Много Уолта Диснея и много своего.

Нам не страшен серый волк!

Дед Мороз и серый волк. Довоенные мультфильмы и в советские времена показывали редко. Сейчас они даже стали доступнее — слава Интернету, торрентам слава. И яркая, хотя и чёрно-белая работа Ольги Ходатаевой всегда готова к просмотру. И всё-таки тот фильм незаслуженно забыт. Зато время от времени телевидение демонстрирует версию 1978 года — повторную экранизацию этой сказки Сутеева.

Первая советская новогодняя киносказка вышла в свет в 1937 году, и неудивительно, что несносный Волк повадками напоминает кулака-вредителя из карикатур того времени. Однако политикой Сутеев и Ходатаева не злоупотребляли. Сказка есть сказка! И, кстати говоря, жанр волшебной сказки был оправдан одновременно с активизацией репрессивной машины.

Так вышло, что противниками сказок являлись капитаны советской интеллектуальной элиты первого призыва, которые требовали постоянного обращения к теме труда, к реализму, к воспитанию гражданственности и уважения к науке.

Забавный рассказ о профессиях (как у Маяковского — «Кем быть?») или приключенческая повесть о детях на Гражданской войне — это годилось, а сказка про чудеса и говорящих зайчишек воспринималась как крамола, как осколок старого мира.

К сер. 1930-х позиции этих идеологов ослабли, а вскоре многих из них арестовали. А сказку разрешили. Ханс Кристиан Андерсен стал всесоюзно известным и официально почитаемым как раз в те времена. Тут-то и появился мультипликационный новогодний дедушка. Ещё чёрно-белый!

В конце картины могучий Дед Мороз под умеренно джазовую музыку сдувает Волка с лица земли. «Если враг не сдаётся — его уничтожают».

Снеговик-почтовик

Очаровательный детский фильм 1955 года — редкий образец удачной современной сказки. Дети 1950-х запомнили этот мультик накрепко и полюбили на всю жизнь. В этой сказке есть приключение, дух захватывает — и при этом нам ни капельки не страшно. Целомудренная, светлая сказка. Написал её Владимир Сутеев. Снова он.

В центре внимания — один из главных героев новогодней традиции, которая складывалась в те годы. Одушевлённый Снеговик — находчивый, хотя с виду неповоротливый добряк. Его родные братья стояли в те времена почти в каждом дворе — таким образом, к сказке мог приобщиться каждый ребёнок. И вот дети отправили Снеговика в опасное путешествие за ёлкой, за праздником.

В волшебном лесу обитают опасные противники: филин, лиса. Они пытаются остановить Снеговика. Хотя есть у почтовика и помощник — добрый медведь. Снеговик всё-таки добирается до Мороза. И всё это — под ловкую музыку Никиты Богословского.

Ну а говорит за Снеговика Георгий Вицин, тогда ещё не снимавшийся в роли Труса, но уже поймавший комические интонации. Вицин, пожалуй, главное украшение этого мультфильма, хотя и художники тут на высоте. А режиссёр Леонид Амальрик — обыкновенный волшебник, тогда таких у нас было человек шесть-семь, сегодня их от силы двое.

Утром малыши видят во дворе нарядную ёлку и счастливого Снеговика. Очередная победа. А разве мы смирились бы с мрачным концом новогодней сказки?

Двенадцать месяцев

Сказка Самуила Маршака годится и для чтения, и для театра, и для большого кино, но превращается в совершенство, когда за дело берётся Иван Иванов-Вано. Маршал советской мультипликации, не знавший неудач.

Свою рождественскую сказку Маршак написал в годы войны, в самые непраздничные годы. Зимой 1942-го счастье светило тускло. Маршак обратился к традиции европейских сказок: действие происходит в Богемии. Профессор учит королеву — заносчивую девчонку. Ей взбрело в голову в разгар зимы получить корзину подснежников.

Есть в сказке и добрая девочка — падчерица, которой помогают волшебные друзья — двенадцать месяцев. Апрель дарит ей корзину подснежников и волшебное колечко… Фильм яркий, изящно прорисованный с завораживающими подробностями. Умели…

В этом часовом (без малого) мультфильме создан сказочный мир. И морализаторство у Маршака получается на славу. Помню, когда в детстве я прочитал эту пьесу и даже вырезал из бумаги её героев, возникло желание быть добрее и смутное покаянное ощущение.

Падал прошлогодний снег…

В 1980-х годах возник новый образный язык и новый жанр — сказка для детей и взрослых. Александр Татарский в 1983-м снял свой знаменитый «Прошлогодний снег». В этой сказке содержались намёки, которые вряд ли могли «считывать» дошкольники, зато их родители получали удовольствие. А дети находили в таких фильмах что-то своё, учились видеть мир в смутных подтекстах.

Новая эстетика — гротескный пластилиновый мир. Татарский ещё в первом своём фильме — про Ворону и Лисицу — доказал, что из пластилина можно создать полноценный иллюзорный мир, в котором все превращаются во всех, как и подобает в сказке.

Парадоксальный юмор с добродушной пародией на простонародную сказку. Логика абсурда, которая неплохо сочетается с фольклорным антуражем.

Большая удача фильма — голос Станислава Садальского, за кадром сыгравшего роль «орла-мужчины», который не выговаривает «некоторые буквы и цифры». Новым Дедом Морозом он не стал, да и не мог по сценарию. Однако в качестве доброго и непутёвого новогоднего домового мы его признали.

Говорят, именно замысел этого фильма привёл Татарского в Москву из Киева. Непривычный фильм вызывал недоумение консерваторов, но, как говорится, разошёлся на цитаты. Не на шутку разошёлся.

Это не последний новогодний фильм Татарского. В конце 1980-х он стал главным волшебником каникулярного эфира, но, пожалуй, лучший, определяющий линию. И дух 1980-х в этом коротком мультфильме запечатлелся в точности. Новогодняя неразбериха, долгий путь к столу и к ёлочке.