Сентябрь 1918 года стал временем государственно-политического переформатирования Советской России. 2 сентября Всероссийский центральный исполнительный комитет (ВЦИК) РСФСР принял постановление: «Советская республика превращается в военный лагерь. Во главе всех фронтов и военных учреждений Республики ставится Революционный военный Совет. Все силы и средства Социалистической республики ставятся в его распоряжение».

По сути, имела место попытка установления диктатуры наркомвоенмора Льва Троцкого. Именно он возглавил новую структуру, которой передавались чрезвычайные полномочия. Хотя для начала речь шла о разделении власти между председателем ВЦИК Яковом Свердловым и Троцким. Весной-летом 1918 года первый становится, по сути, человеком номер один в республике. Он совмещает посты председателя ВЦИК и председателя Секретариата ЦК РКП(б).

Есть много оснований, для того чтобы считать Свердлова главным. К слову, ВЦИК даже и формально находился выше Совнаркома, который возглавлял Владимир Ленин. А вот один из показательных моментов. 26 июня в ЦК обсуждали вопрос о подготовке проекта Конституции РСФСР. Работу по нему признали неудовлетворительной, и Ленин предложил снять вопрос с повестки грядущего съезда Советов. Однако Свердлов настоял на обратном.

Существует предположение, согласно которому и само покушение на Ленина 30 августа стало результатом некоего верхушечного заговора, во главе которого находился тандем Свердлова и председателя ВЧК Феликса Дзержинского. Тут указывается на множество разных моментов. Почему-то исполнительницу покушения Фанни Каплан казнили феноменально быстро, уже 3 сентября. Как бы там ни было, но покушение на Ленина явилось поводом к усилению «чрезвычайщины». И создание РВСР — ярчайший показатель данного процесса.

Свердлов был человеком, как сейчас сказали бы, «статусным». Он не создавал новых структур, но тихой сапой (и весьма эффективно) усиливал старые. А вот Троцкий сформировал новый, чрезвычайный орган. И он управлял ни много ни мало единым «военным лагерем», которым провозгласили всю Россию. В партийно-элитарных кругах появилась ясность, что дело «пахнет керосином». Одно дело — верхушечный, аппаратный переворот и совсем другое — откровенный бонапартизм, направленный прямо против «своих».

Тогда «наверху», причём именно в армейской среде, развернулось открытое сопротивление Троцкому. И возглавил его наркомнац и комиссар Южного фронта Иосиф Сталин. В сентябре-октябре 1918 года, во время обороны Царицына, между ним и Троцким развернулся мощный конфликт.  Сталин, действуя заодно с командующим Климентом Ворошиловым, обрушился с критикой на председателя РВСР. При этом он непосредственно обратился к предсовнаркома Ленину. И этим ясно показал, какой орган считает главным. Тут было и выступление против других заговорщиков, чьи структуры также «отодвигались» на второй план. Формальным поводом для столкновения явилось отношение к конкретным военспецам, но главным во всей этой «сваре» оказались именно разногласия между разными структурами власти.

В противостояние вмешался ЦК РКП(б) во главе со Свердловым. 2 октября он принял постановление, в котором говорилось: «…Подчинение Реввоенсовету абсолютно необходимо. В случае несогласия Сталин может приехать в Москву и апеллировать к ЦК, который и может вынести окончательное решение».

Обращает на себя внимание то, что на первое место ставится именно ЦК, а не СНК и даже не ВЦИК. Очевидно, у Свердлова на тот момент наиболее сильные позиции были в партаппарате. Далее Свердлов телеграфировал Сталину от имени ЦК: «…Все решения Реввоенсовета обязательны для военсоветов фронтов. Без подчинения нет армии».

В ответ Сталин и Ворошилов заявили протест непосредственно Ленину, обвиняя Троцкого в «развале Южного фронта». В конечном итоге Сталина отозвали. Однако его активность сыграла свою роль: всем стало понятно, кто и почему утверждается во власти.

Несколько оправившись от ранения, Ленин совершил хитроумнейший аппаратный манёвр. Он создал новый орган — Союз рабочей и крестьянской обороны (с 1920 года — Союз труда и обороны), который сам же и возглавил. СРКО поставил под свой контроль РВСР, тем самым покончив с бонапартистскими замыслами Троцкого. Ну а Свердлова сильно дискредитировали в глазах партийно-государственной элиты. Ему стало намного труднее использовать свои кадровые преимущества в борьбе за власть. И уже после его смерти Ленин выступил с почти открытой критикой свердловского всевластия. На экстренном заседании ВЦИК от 20 марта 1919 года Владимир Ильич сказал следующее: «Такого человека, который выработал в себе этот исключительный организаторский талант, нам не заменить никогда, если под заменой понимать возможность найти одно лицо, одного товарища, совмещающего в себе такие способности. Никто из близко знавших, наблюдавших постоянную работу Якова Михайловича, не может сомневаться в том, что в этом смысле Яков Михайлович незаменим. Та работа, которую он делал один в области организации, выбора людей, назначения их на ответственные посты по всем разнообразным специальностям, — эта работа будет теперь под силу нам лишь в том случае, если на каждую из крупных отраслей, которыми единолично ведал тов. Свердлов, вы выдвинете целые группы людей, которые, идя по его стопам, сумели бы приблизиться к тому, что делал один человек».

Здесь прямо указывалось на то, что один человек не должен сосредотачивать в своих руках столько властных ресурсов, сколько сосредоточил Свердлов. И в дальнейшем Ленин «развёл» институты ВЦИК и Секретариата ЦК. Во главе первого встал Михаил Калинин, во главе второго — Елена Стасова. И, как следовало ожидать, это были фигуры намного слабее, чем Свердлов.

РВСР являлся органом коллегиальным. При этом его политическое ядро, как признавался сам Троцкий, составляли всего два человека — он сам и его заместитель Эфраим Склянский. Именно последний находился в Москве и руководил аппаратом, пока Троцкий два с половиной года раскатывал по разным фронтам на своём знаменитом поезде. Лев Давыдович весьма показательно характеризует своего зама: «Превосходная человеческая машина, работавшая без отказа и без перебоев».

В марте 1924 года Склянского сняли со всех постов, что явилось следствием резкого обострения внутрипартийной борьбы. Он пошёл по «хозяйственной линии» и в конце концов стал руководить Амторгом. Это было акционерное общество, учреждённое в штате Нью-Йорк с целью содействия развитию советско-американских торговых отношений. Любопытно, что и Троцкий, после своего смещения с «военных» постов, возглавил Главный концессионный комитет. Возможно, это была такая форма компенсации за лишение силовых постов. Занятие внешнеэкономической деятельностью сулило немалые выгоды.

Арманд Хаммер

Тут крутились огромные капиталы и заключались баснословные сделки. Взять хотя бы договор с золотодобывающей компанией Lena Goldfields. Кстати, именно с ней связан печально известный расстрел рабочих ленских приисков в 1912 году. Через 13 лет эти прииски снова отдали компании на разработку. Ей также отдали и многие металлургические предприятия (Бисертское и другие), где доля СССР составила всего 7%. При этом «Лена» не вложила в инвестиции ни одного рубля, зато всячески уклонялась от налогов.

А бывший зампред РВСР закончил свою новую, «хозяйственную» карьеру в 1925 году, утонув в озере вблизи американского посёлка Эндион. Он катался на моторной лодке, которая непонятным образом перевернулась. Вместе со Склянским находился его предшественник на должности главы Амторга Исай Хургин, тоже погибший. По некоторым сведениям, Хургин в своё время заявил, что берёт на себя деловые связи между известным дельцом Армандом Хаммером и Генри Фордом. Это якобы вызвало неудовольствие первого. В итоге состоялась встреча Троцкого и отца Арманда — Джулиуса, который был видным американским социалистом и хорошо знал Льва Давидовича, во время его пребывания в Нью-Йорке.

О чём беседовали бывший и действующий глава Амторга, катаясь на лодке в тот роковой день, неизвестно.