Часть II.

ХХ век радикально изменил повестку дня. Это сказалось и на взаимоотношениях двух держав, которые за сто лет успели не раз побывать и союзниками, и противниками.

АНТАНТА

В нач. ХХ века политический Лондон настолько был перепуган усилением Германии, что британцы забыли о мудром изоляционизме и решили напрямую вмешаться в европейскую политику. В борьбе с Германией англичане не могли обойтись без союза с Россией. Тут пришлось на время забыть и о соперничестве с Петербургом в Средней Азии, и об усилении российского флота… Германские притязания на мировую гегемонию беспокоили сынов Альбиона всё сильнее. В череде соглашений, связанных с образованием Антанты, русско-английский договор оказался последним. Державы долго присматривались друг к другу и пришли к согласию только в 1907-м. Во многом именно этот союз предопределил начало Первой мировой. Британия, как обычно, стремилась воевать чужими руками. К сожалению, Россия не смогла уклониться от политического давления, которое Лондон оказывал на союзников. Британцы не были творцами Февраля. Однако они умело манипулировали первыми всполохами русской смуты. Правда, в результате не получили выигрыша: выход Советской России из войны стал для англичан неприятным сюрпризом. Что ж, всего не просчитаешь. Особенно в годы грозных испытаний.

НОТА КЕРЗОНА

В первые послереволюционные годы почти все державы мира были настроены к Советскому Союзу враждебно. И почти все ожидали, что этот коммунистический колосс вот-вот развалится. С особым презрением в те годы относились к красным в Британии.

В мае 1923 года министр иностранных дел лорд Джордж Натаниэл Керзон вручил советскому правительству грозную ноту. Керзон предъявлял СССР обвинения в проведении антибританской политики на Востоке и потребовал от Москвы в 10-дневный срок свернуть свою деятельность в Иране и Афганистане, а также освободить британских рыбаков, задержанных в советских водах Баренцева моря. Считалось, что вот-вот может начаться новая интервенция на территорию СССР. Большевики отреагировали на буржуазный ультиматум бурными антиимпериалистическими демонстрациями.

Однако через некоторое время Совнарком пошёл на компромисс и предложил Англии конвенцию, предоставляющую английским гражданам право рыбной ловли в советских водах вне трёхмильной морской зоны впредь до урегулирования всего вопроса. В 1923 году у Советского Союза не было средств, чтобы заставить могущественную державу навсегда забыть язык ультиматумов в сношениях с Москвой. Но пропаганда отвечала Керзону боевито. А слова популярного «Авиамарша» многим известны и в наше время:

И, верьте нам, на каждый ультиматум

Воздушный флот сумеет дать ответ!

Это написано как раз про Керзона в 1923 году.

 

НАШ ОТВЕТ ЧЕМБЕРЛЕНУ

Новым яблоком раздора для Лондона и Москвы стал Китай. Советское влияние срывало планы британской гегемонии в Поднебесной.

23 февраля 1927 года министр иностранных дел Британии нобелевский лауреат Джозеф Остин Чемберлен обратился к советскому правительству с требованием прекратить «антибританскую пропаганду» и военную поддержку революционного гоминьдановского правительства в Китае.

Чемберлен позволил себе резкость, угрожал разрывом дипломатических отношений (и без того зыбких). 27 февраля 1927 года в «Правде» вышла статья под названием «Наш ответ на британскую ноту», а 2 марта — заметка, бойко озаглавленная «Привет Кантону! Вот наш ответ Чемберлену!». Имя Чемберлена стало в Советской России синонимом всего гнусного, что видели в западном империализме. Он и впрямь был абсолютным исчадием буржуазной элиты. Сын фабриканта Джозефа Чемберлена, брат знаменитого политика  Невилла Чемберлена, который, бывало, занимал и кресло премьер-министра.

Понятие «Наш ответ Чемберлену» явилось девизом борьбы молодого Советского государства против всесильной буржуазии. Карикатуры на британского дипломата тиражировались на плакатах, в газетах, на демонстрациях. И не было на земле двух более враждебных государств, чем СССР и Великобритания.

 

ИМПЕРИЯ В ПЕРИОД ПОЛУРАСПАДА

Победа над нацистской Германией далась Соединённому Королевству из последних сил. Хотя вторжения сухопутных частей вермахта через Ла-Манш всё-таки не последовало, гитлеровская мечта воплотилась в действительность: Британская империя перестала существовать. Но главную роль в этом сыграли не бомбёжки люфтваффе, а стальные объятия заокеанского союзника — США.

Уже вскоре после начала Второй мировой войны англичане попали к своей бывшей колонии в финансовую и политическую кабалу. Череда поражений в Европе, Средиземноморье, на Дальнем Востоке, остановленная только с американской помощью, сделала очевидной для разноплеменных подданных короля Георга VI слабость метрополии, в результате чего повсеместно усилилась национально-освободительная борьба с британским колониализмом. Уже в 1947 году Лондону пришлось признать независимость Индии, под нажимом еврейских террористических организаций отказаться от мандата на Палестину. Правда, везде, где могли, англичане старались сохранить за собой решающее влияние на экономику новых государств, то есть фактически продолжали эксплуатировать народы по всему миру.

Наглядный пример — англо-египетские отношения. Ещё в 1936 году империя обещала в двадцатилетний срок освободить древнюю страну фараонов от своего гнёта. Однако чем ближе подходило время, тем острее вставала проблема Суэцкого канала — торговой артерии, обеспечивающей кратчайший подвоз морем в Европу ближневосточной нефти. Английские и французские акционеры канала получали колоссальную прибыль, полностью контролируя судоходство; безопасность их бизнеса обеспечивала британская армия. Однако пришедшее к власти в Каире революционное правительство Гамаля Абделя Насера стало поторапливать вояк с уходом.

Когда раздражённые англичане прекратили продажу в Египет своего оружия, Насер договорился о поставке вооружений с коммунистической Чехословакией. То есть с Советским Союзом. Последовавший затем отказ Великобритании и США в финансировании строительства Асуанской ГЭС толкнул египетское правительство на дерзкий шаг: 26 июля 1956 года было объявлено о национализации Суэцкого канала, средства от эксплуатации которого планировалось направить на постройку плотины.

Попытки английских спецслужб ликвидировать президента Насера провалились, и 29 октября израильские позиции египтян на Синайском полуострове внезапно атаковали израильтяне. Они быстро продвинулись вглубь страны и почти достигли канала. Через два дня, как и предусматривалось секретным соглашением между Лондоном, Парижем и Тель-Авивом, англичане и французы без объявления войны под предлогом замирения  враждующих сторон бомбардировали египетскую территорию, а затем осуществили высадку десанта в Порт-Саиде, приведшую к большим жертвам среди мирного населения.

Вернуть контроль над Суэцем им помешала международная реакция, консолидированная Организацией Объединённых Наций. Даже американский президент Дуайт Эйзенхауэр счёл нужным отмежеваться от европейской самодеятельности. А СССР пригрозил недавним союзникам по антигитлеровской коалиции ядерным ударом. Пришлось поспешно ретироваться.

Для Британии это был настолько чувствительный пинок, что консервативное правительство «ястреба» Энтони Идена ушло в отставку. Другим положительным следствием Суэцкого кризиса стало создание миротворческих сил ООН.

ПОХОДКА ЖЕЛЕЗНОЙ ЛЕДИ

После окончательного распада в 1950–1960-х годах морской империи Англия погрузилась в пучину собственных социальных проблем. Усмирённого британского льва попыталась было расшевелить Маргарет Тэтчер, задолго до своего многолетнего премьерства прославившаяся среди сограждан предложением вернуть в тюрьмах порку розгами и отменившая бесплатную раздачу молока английским матерям.

Занятая внутриполитической борьбой, приватизацией промышленности, ликвидацией нерентабельной угольной отрасли, а затем схваткой с Аргентиной за Фолклендские острова (на сей раз с одобрения США), Тэтчер до поры до времени вела себя достаточно индифферентно по отношению к Советскому Союзу. Она только с удовольствием бравировала тем, что в советской газете «Красная Звезда» ей дали меткое прозвище «железная леди». Однако в 1984 году леди сделала сильный ход, приняв на высшем уровне явившегося по её личному приглашению во главе небольшой парламентской делегации председателя Комиссии по иностранным делам Верховного Совета СССР Михаила Горбачёва.

По воспоминаниям присутствовавшего на встрече в загородной резиденции английского премьера будущего идеолога «перестройки» Александра Яковлева, «на одном заседании в узком составе Михаил Сергеевич… вытащил на стол карту Генштаба со всеми грифами секретности, свидетельствовавшими, что карта подлинная. На ней были изображены направления ракетных ударов по Великобритании…»

(FILES) In a file picture taken on 30 March, 1987, British Prime Minister Margaret Thatcher (L) poses with Soviet leader Mikhail Gorbachev (R) at the start of talks at the Kremlin in Moscow. Former British prime minister Margaret Thatcher, the «Iron Lady» who shaped a generation of British politics, died following a stroke on April 8, 2013 at the age of 87, her spokesman said. AFP PHOTO/FILES-/AFP/Getty Images

Такие подробности, разумеется, остались в то время неизвестными широкой публике, однако эффект от визита получился колоссальный. Для населения Союза он стал чётким сигналом: преемник ещё живому, но уже явно стоявшему на пороге смерти генсеку Константину Черненко определён. Вопрос «а кем, собственно, определён?» в то время казался абсурдным.

Действительность же далеко превзошла ожидания врагов России, к коим исторически принадлежит мизантропически настроенная элита, правящая Великобританией.

Первая часть материала —   https://xn--h1aagokeh.xn--p1ai/special_posts/%D0%B1%D1%80%D0%B8%D1%82%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F-%D0%B8-%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%8F-%D0%B4%D0%B5%D1%81%D1%8F%D1%82%D1%8C-%D1%81%D1%8E%D0%B6%D0%B5%D1%82%D0%BE%D0%B2-%D0%B8%D0%B7-%D0%B8%D1%81/