Как в России зубров спасли

Алексей Шульгин

1944 год. К министру иностранных дел Вячеславу Молотову по важному вопросу среди прочих вызван начальник Главного управления охотничьего хозяйства и заповедников при Совете министров РСФСР В.Н. Макаров. В повестке дня — передача Польше 5 тыс. га Беловежского парка народового. Молотов зачитал постановление о передаче земель полякам.
Вот тебе раз, шепчет Макаров.

— Вы против, товарищ Макаров? поворачивается к нему Молотов.

А как же зубры? уже в полный голос звучит вопрос Макарова.

Как случилось, что зубры едва не стали героями сказок? Дело давнее. Ещё русские князья, вот и Владимир Мономах, например, которого «два тура метали… рогами вместе с конем», любили охотиться на туров. А тур был грозным животным.

Зашипел злодей по-змеиному, 
Он втретье зрявкнул по-туриному. 
Триста жеребцов испугалися, 
С княжеского двора разбежалися.

И на охотах русские и европейские князья и цари постепенно истребили тура. Тура заменили зубры. Царская охота в Беловежской Пуще не могла обойтись без главного трофея — зубра. И по всей Европе охотились, охотились на зубра и к XX веку доохотились. Случилось, казалось, непоправимое: зубров выбили, извели. Но, по счастью, 12 зверей жили в зоопарках. Люди решили возродить зубров. В 1923 году в Париже профессор Московского университета зоолог Григорий Кожевников и поляк доктор Ян Штольцман предложили создать Международное общество сохранения зубров. В России (и СССР) много было сделано, чтобы спасти зубров.

Годом рождения нынешнего Центрального зубрового питомника Приокско-Террасного заповедника под Серпуховом можно считать 1947 год, когда приступили к строительству питомника. Решение принималось в Кремле, значит, руководители страны понимали всю важность вопроса. Строили немецкие военнопленные, содержавшиеся в лагере в северо-восточной части Приокско-Террасного заповедника возле деревни Родники. Руководителем питомника назначили Михаила Заблоцкого, переведённого из Главного управления по заповедникам на должность старшего научного сотрудника. К концу 1948 года оборудовали загоны, а к 1953-му построили четыре загона (от 4 до 18 гектаров), служебные помещения. Тогда территория питомника занимала 30 гектаров, на которых можно было содержать 50–55 животных.


Присутствовавший на заседании первый президент Польши Болеслав Берут высказался, что зубры это часть Пущи, и они останутся в Польше.

— Сколько там зубров? спросил Молотов. Макаров передал слово товарищу Заблоцкому, недавно вернувшемуся из Беловежской Пущи, который занимался там обследованием зубров.

Сколько же? переспросил министр иностранных дел, обращаясь к Заблоцкому.

В Беловежской Пуще сейчас 17 зубров,  ответил Заблоцкий, капитан, недавно отозванный с фронта, как крупный специалист по зубрам.

Давайте пополам,  предложил Молотов.
Польскую делегацию не устраивало такое развитие сценария. Председатель Временного правительства Польской Республики Эдвард Осубко-Моравский начал развивать мысль, что зубры
национальная гордость Польши, стадо нельзя делить. Атмосфера накалялась. С советской стороны выступил начальник Управления по заповедникам, зоопаркам и зоосадам при СНК РСФСР П.М. Осадчий, заметив, что и в белорусской Беловежской Пуще должны жить зубры. Слово вновь взял президент Берут и сослался на мнение польских специалистов, считавших, что невозможно согласиться на раздел стада. Это вредно для восстановления животных. И тут Михаил Заблоцкий сказал:

— Мы отвоевали Верхнюю Силезию, где фон Плесс курфюст разводил зубров. Там уцелело три зубра.

По зубрам будем договариваться особо,  такими словами Молотов закончил заседание.
Шёл последний год самой страшной войны в истории человечества, а в Москве решалась судьба зубров, думали о будущей жизни.

Управление заповедником разместилось в скромном старинном доме

 

К концу 1960-х годов территория Приокско-Террасного государственного заповедника разрослась до 198 гектаров.
В 1948 году Михаил Заблоцкий, следуя указаниям Главного управления по заповедникам при Совмине РСФСР, переписывался с председателем Польского отделения Международного союза сохранения зубра директором Варшавского зоопарка доктором Яном Жабинским, обговаривая условия завоза зубров в СССР. В том же 1948 году была достигнута договорённость: советский зубровый питомник получал четырёх зубров (двух самцов и двух самок) в обмен на два вагона экзотических и редких животных, отправившихся в Польшу.
21 ноября 1948 года в Серпухов приехали трёхлетний зубр Пуслав и двухлетний Пущанин, а следом, 29 ноября, прибыли двухлетняя Пустулечка и восьмилетняя Плессе, а с ними трёхлетний бык — Плецух II. Началась жизнь питомника. Годы, работа, работа, годы по восстановлению зубров. Ведение родословных и заводских книг. На конец 1940-х — нач. 1950-х годов в СССР жили один-два десятка чистокровных зубров. А к 2018 году в питомнике родилось 675 чистопородных зубрят и 192 гибридных телят и бизонов.

А какие люди побывали у зубров! Профессор Константин Флёров, профессор Андрей Банников, Бернард Гржимек, Дуглас Винер, писатели Константин Паустовский и Василий Песков…

Все известные советские художники-анималисты приезжали в Серпухов, чтобы побывать в питомнике и понаблюдать и порисовать зубров. Василий Ватагин много раз приезжал и работал в заказнике. Сегодня фойе Зоологического музея Московского университета украшено ватагинским живописным панно «Стадо зубров на водопое». Приокско-Террасному заповеднику художник подарил картину с зубром, написанным в натуральную величину. Для Дмитрия Горлова зубр был одним из любимых объектов изображения. Вадим Трофимов неоднократно рисовал величественных животных, а сульптуру «Зубр, ломающий дерево» подарил Музею природы. Рисовали в питомнике Георгий Никольский, В.А. Белашова, Олег Отрошко, Константин Флёров, В. Фролов, Владимир Симонов и многие известные и забытые сегодня художники. Много рисовал зубров и ныне здравствующий художник, классик анималистики Вадим Горбатов, который записал: «Зубр оказался на краю гибели. Спасло чудо — несколько десятков зубров, сохранившихся в различных зоопарках, и самоотверженная работа биологов, разработавших методику разведения зубров в неволе. Сейчас численность зубра полностью восстановлена, и ведётся работа по расселению небольших групп зубров в подходящие для них угодья».

Мне не забыть поездку в Приокско-Террасный заповедник. А своего «первого» зубра я увидел как-то сразу, очень прозаично всё было. Бурым изваянием у дуба стоял большой бык по имени Мураками. Для современника мамонта он был невелик, но для нас, его нынешних современников, огромен. Исполин стоял неподалёку от изгороди и смотрел поверх неё. Он выглядывал соперника, другого зубра-самца. В это время у зубров начинается гон. Изредка зубр издавал звук, напоминающий отдалённый раскат грома, звук издавало само нутро животного. Мы долго разглядывали и фотографировали Мураками, а он как ни в чём не бывало стоял у дуба и рассматривал нас. «Июльское утро, — думал я. — Мы в лесу, на нас смотрит зубр. Всего-то в 120 километрах от Москвы нас встретило древнее животное, пережившее ледниковый период, возникновение Руси, Рюриковичей, Романовых, страшные войны, запустения…» Голова моя кружилась. И как будто не зверь смотрел на меня, представлял я, а древний лесной дух. Но... пора было идти дальше. А Мураками изредка гремел, вызывая соперника откликнуться.
«Скоро Мураками пойдёт к своим зубрихам», — сказала наш проводник.

О чём ещё можно вспомнить? В 1977 году на экраны вышел художественный фильм «В четверг и больше никогда» (первоначальное название «Заповедник»), снятый режиссёром Анатолием Эфросом по сценарию, написанному писателем Андреем Битовым. Для сопровождения использовали музыку Дмитрия Шостаковича. Звёздный состав актёров (Вера Глаголева, Валерий Плотников, Любовь Добржанская, Иннокентий Смоктуновский) «увенчал» гениальный Олег Даль, находившийся в это время в расцвете своего таланта и сил. Трагедию разыгрывали у заповедного леса и поймы Оки, где расположен кордон № 40. В дневнике Олега Даля 26 апреля 1977 года появляется запись: «Начало фильма "Заповедник". Эфрос — режиссёр. Третья моя с ним работа. Ну что же, ещё одна попытка. Поглядим...» Заканчивая работу в августе 1977-го, актёр напишет: «…мне с Эфросом легко работать. Он даёт свободу и понимает. Нет! Не легко! Подмять хочет!»  Но заканчивает бравурно: «Видел материал. Хорошо!» Фильм ждала несчастливая судьба. Как и многие далевские картины, его положили на полку, а когда картина дошла до зрителя, Россия  переживала перелом, было не до искусства.

В мае 2021 года умер солдат-фронтовик (окончил войну в звании старшего сержанта) Виктор Калинин, долгое время работавший заведующим зубровым заповедником, выдающийся фотограф-анималист. К сожалению, лично мне не удалось с ним познакомиться. Сам он рассказывал, что «жизнь и работа в заповеднике в полной мере обеспечивали меня сюжетами для съёмки. Чаще всего героями моих снимков становились зубры, потому что именно с ними в наибольшей степени была связана моя работа в заповеднике».

А ещё он добавлял: «Помню среди гостей заповедника писателя Константина Паустовского, его австралийского коллегу Алана Маршалла или вот Николая Дроздова. Василий Песков здесь тоже бывал частенько. Ещё одним любимым гостем заповедника был легендарный зоолог и писатель-натуралист Бернард Гржимек».

Много замечательных людей прошло тропами заповедника, осталась фотолетопись, помогающая сохранять память.

История зубрового питомника насчитывает уже 75 лет. Это чудесное место. Главное чудо в том, что, доехав до Серпухова, любой из нас может увидеть древнее животное, реликт, сохранившийся благодаря доброй воле человека.

Читайте дальше