Площадь, метро и ворота

Никита Брусиловский

95 лет назад в Москве демонтировали Красные ворота. Это одна из самых серьёзных утрат культурного наследия столицы в ХХ веке.

Ворота существовали в конце сегодняшней Мясницкой улицы ещё с 1590-х годов, когда здесь прошли укрепления Земляного города, но в то время они несли исключительно фортификационную функцию. Всё изменилось в нач. XVIII века, когда Пётр I ввёл в России традицию возведения триумфальных арок — они должны были знаменовать крупные победы и торжественные мероприятия. В 1696 году он построил первые такие триумфальные ворота по случаю успешного взятия турецкой крепости Азов. А в 1703 году появилось уже трое таких ворот: у Заиконоспасского монастыря на Никольской улице, у Ильинских и у Мясницких ворот. Так Пётр чествовал своих сподвижников: Бориса Шереметева, Аникиту Репнина и Якова Брюса. Наконец, в 1709 году в честь Полтавской победы в Москве было устроено семь триумфальных арок, в том числе у Мясницких ворот. Все эти сооружения были деревянными и считались временными, к тому же некоторые из них быстро сгорели. Однако площадь Мясницких Ворот оказалась исключением: ворота здесь несколько раз возобновляли, как, например, в 1724 году по случаю коронации Екатерины I, которая распорядилась поставить на том же месте новые ворота. Они сгорели в 1737 году, а через пять лет, при подготовке к коронации Елизаветы Петровны, их снова построили. Через них императрица проехала из Кремля в Лефортовский дворец.

В 1748 году ворота опять сгорели, но Елизавета решила их возродить, памятуя о том, что ранее их построила её мать, Екатерина I. Императрица заказала архитектору Дмитрию Ухтомскому (автору колокольни Троице-Сергиевой лавры) построить ворота в том же виде, что и прежде, только уже в камне. Зодчий, который к тому же был ещё и талантливым скульптором, отлично справился с этой работой. В 1753–1757 годах всё было выполнено, и Москва получила новые Красные ворота на прежнем месте. «Красные» — и потому что красивые, и потому что вели в Красное Село, и потому что были окрашены в ярко-красный цвет (впрочем, изначально использовалась покраска «под мрамор»). Сооружение в духе елизаветинского барокко с большой аркой в центре и малыми «калитками» по бокам поражало своей пышной белой лепниной и бронзовыми фигурами. На воротах были представлены гербы губерний Российской империи, медальоны с вензелями Елизаветы, а над пролётом помещён портрет императрицы в блестящем ореоле (в 1826 году, к коронации Николая I, вместо портрета появился барельеф в виде двуглавого орла, а вензеля были заменены на николаевские). Ярко блестели восемь золочёных статуй — аллегории Мужества, Верности, Изобилия, Бодрствования, Экономии, Постоянства, Меркурия и Милости. Наконец, венчались ворота бронзовой статуей трубящего ангела с пальмовой ветвью и лавровым венком в руке. Этого ангела также часто называют Славой, или Фамой (богиней молвы).

В XIX веке городские власти трижды предпринимали попытки снести Красные ворота «по бесполезности их», однако каждый раз сооружение удавалось сохранить. В 1906 году через центральную арку Красных ворот прошла трамвайная линия, но, к счастью, сооружение не пострадало. А после революции его даже частично отреставрировали, убрав, правда, и двуглавого орла (вместо него одно время висел портрет Владимира Ленина), и императорские вензеля. При реставрации арку покрасили в белый цвет, после чего москвичи стали передавать из уст в уста стихотворение: «Была белая Москва — Были красные ворота, Стала красная Москва — Стали белыми ворота». А в марте 1927 года президиум ВЦИК вынес постановление о сносе ворот как «мешающих проезду городского транспорта». В защиту ворот высказались архитектор Алексей Щусев, художник Аполлинарий Васнецов, академик Сергей Ольденбург и другие специалисты, однако всё было напрасно. Красные ворота оказались исключены из списка московских памятников, и 3 июня их стали разбирать для расширения проезжей части Садового кольца. Большая часть деталей Красных ворот была при этом разбита и уничтожена, а кирпич позднее использовали как «вторсырьё». Заодно сломали и стоявшую рядом церковь Трёх Святителей, в которой в 1814 году крестили Михаила Лермонтова, а в 1883 году отпевали генерала Михаила Скобелева (её иконостас сохранился. Ныне он стоит в церкви Иоанна Воина на Большой Якиманке).

Лишь несколько осколков Красных ворот уцелело до наших дней: на лестнице Исторического музея, ведущей на третий этаж, висит трубящий ангел, ранее венчавший ворота, а в Музее архитектуры можно увидеть ангелочков Путти, сидевших на карнизах ворот. Несколько замковых камней и других декоративных элементов осталось в музее-заповеднике «Коломенское» и в Музее Москвы. Несмотря на снос Красных ворот, соседняя станция метро была открыта в 1935 году под названием «Красные ворота» (в 1962 году она стала «Лермонтовской», но в 1986 году ей вернули первоначальное имя). Архитектор Иван Фомин сделал её зал красным в память об исторических воротах. Кроме того, площадь, на которой стояли ворота, ныне разделена на две половины: с внутренней стороны Садового кольца она называется Красные Ворота, а с внешней — Лермонтовская.

Метро «Красные ворота»

Что же касается самого сооружения, то в 1990-е годы в обществе неоднократно начинались дискуссии об их воссоздании (особенно после удачного опыта с Воскресенскими воротами), но все эти планы так и остались на бумаге — реализовать их не позволяет транспортная ситуация. Кроме того, ворота сносили так быстро и спешно, что реставраторы не успели сделать точные обмеры сооружения. Это ещё более затрудняет воссоздание. Поэтому Красные ворота остались только на картинах и фотографиях…

 

Читайте дальше