Взлёты и падения Никиты Хрущёва

Филипп Астров

После ареста и расстрела Лаврентия Берия временные союзники Никита Хрущёв и Георгий Маленков стали конкурентами за высший пост в СССР. Началась внутрипартийная схватка, победителем в которой мог стать только один. Второй должен был уйти с политического Олимпа в прошлое.

Георгий Маленков, Никита Хрущёв

 

В мае 1953-го по инициативе Маленкова Совет министров принял постановление о пересмотре норм денежного вознаграждения для партийных и хозяйственных чиновников. Партийные функционеры теряли в зарплате из-за отмены неофициальных премий, не облагаемых налогом и выдаваемых в конвертах.

Постановление действовало ровно два месяца, до августа 1953 года, когда Хрущёв своим распоряжением восстановил неофициальные зарплаты «партократам» и компенсировал им невыплаченные деньги за два месяца, выплатив их из партийной кассы. Спустя три недели после этого Хрущёва избрали первым секретарём ЦК. Так началась новая эпоха в истории СССР. На этом этапе Хрущёв переиграл Маленкова, но их противостояние длилось ещё долго.

В августе того же 1953 года Маленков выступил с программной речью на сессии Верховного совета. Георгий Максимилианович говорил о низком уровне жизни колхозников, о бегстве населения из деревень. По его инициативе депутаты Верховного совета приняли закон, согласно которому в два раза снижались сельскохозяйственные налоги, списывались недоимки по налогу за предыдущие годы и увеличивались размеры приусадебных участков. Эти меры принесли Маленкову немалую популярность. В народе родилась поговорка: «Пришёл Маленков, поели блинков».

Николай Булганин, Георгий Маленков, Никита Хрущёв

 

На ближайшем пленуме, посвящённом проблемам сельского хозяйства, Никита Сергеевич в ответ лишь выступил с инициативой о существенном расширении посевов кукурузы в стране.

Спустя полгода, в январе 1954 года, Хрущёв направил в Президиум ЦК записку по вопросам развития сельского хозяйства. Первый секретарь поднял вопрос о нехватке хлеба в стране, а также объявил о решении освоить и распахать целинные и залежные земли Казахстана.

Освоение целины длилось целых шесть лет, но не принесло значительных успехов. Да, в первый год был хороший урожай, но потом начались проблемы. Однако за счёт этой кампании Хрущёв сумел воспользоваться ситуацией и устранить с политической сцены соперника, сделав его «крайним» за непродуманные реформы.

24 января 1955 года газета «Правда» опубликовала статью секретаря ЦК КПСС Дмитрия Шепилова «Генеральная линия партии и вульгаризаторы марксизма», направленную против председателя Совета министров.

Основной тезис статьи Шепилова гласил: «Ленин и Сталин тысячу раз подчёркивали, что преимущественное развитие тяжёлой индустрии — основа основ советской хозяйственной политики». Это был прямой удар по Маленкову, который неоднократно высказывался за ускоренное развитие лёгкой промышленности.

В конце января состоялся очередной пленум ЦК КПСС, на котором Никита Сергеевич обрушился на Маленкова с разгромной критикой — вплоть до Берия в германском вопросе. В итоге Маленкова сместили с занимаемого поста и назначили заместителем председателя Совета министров СССР и министром электростанций. Новым председателем Совета министров стал Николай Булганин. Формально Маленков сам подал в отставку, но сделал это под давлением.

Внутрипартийная борьба разгорелась с новой силой через год, в феврале 1956-го. С 14 по 25 февраля в Большом Кремлёвском дворце проходил ХХ съезд КПСС. В последний день работы съезда Хрущёв выступил с докладом «О культе личности и его последствиях». Его доклад не был спонтанным, первый секретарь готовил его загодя. Ещё 31 декабря 1955 года была создана комиссия под руководством секретаря ЦК Петра Поспелова для изучения материалов, касающихся массовых репрессий в предвоенный период.

Вот что пишет Никита Сергеевич в своих воспоминаниях: «Почему мы создали комиссию Поспелова? Я рассуждал так: мы идём к съезду партии, первому съезду после смерти Сталина. На этом съезде мы должны взять на себя обязательства по руководству партией и страной. Для этого надо точно знать, что делалось прежде и чем были вызваны решения Сталина по тем или иным вопросам. Особенно это касалось людей, которые были арестованы.

Вставал вопрос: за что они сидели? И что с ними делать дальше? Тогда в лагерях находилось несколько миллионов человек. Уже прошло три года после смерти Сталина. За эти годы мы не смогли порвать с прошлым, не смогли набраться мужества, обрести внутреннюю потребность приоткрыть полог и заглянуть, что же там на деле за этой ширмой? Что кроется за всем тем, что происходило при Сталине? Что означают бесконечные аресты, суды, произвол, расстрелы? Мы сами были скованы своей деятельностью под руководством Сталина и ещё не освободились от посмертного давления, хотя и не могли представить себе, что все эти расстрелы могли оказаться необоснованными, что это, говоря юридическим языком, сплошное преступление. А ведь это так! Сталиным были совершены уголовные преступления, которые наказуются в любом государстве, за исключением тех, где не руководствуются никакими законами».

Александр Саханов. Н.С. Хрущёв на целине

 

Хрущёв в мемуарах пытался доказать, что руководствовался исключительно благими намерениями. Но ему важно было и подготовить почву для обвинений в адрес Георгия Маленкова, Вячеслава Молотова, Лазаря Кагановича и остальных сталинских соратников. Вот почему многие из них так яростно возражали против резких оценок Сталина в докладе.

5 марта Президиум ЦК снял с доклада гриф секретности, предложив партийным организациям ознакомить с ним всех желающих. В тот же день в Грузии на улицы Тбилиси вышли студенты, затем рабочие и фронтовики. Манифестация, носившая поначалу мирный характер, довольно быстро приобрела политическую окраску. Демонстранты выдвинули ряд претензий к властям. Вначале они требовали восстановить Сталинскую премию, возобновить показ кинофильмов и спектаклей об Иосифе Сталине. Затем стали раздаваться голоса об отставке Хрущёва, формировании нового правительства, выдвижении грузинских секретарей в состав Президиума ЦК КПСС.

Митинги проходили пять дней, а 9 марта в Тбилиси ввели войска. О  том, что было дальше, оставил воспоминания очевидец тех событий Нурбей Гулиа: «Не помню уже, по какой причине, у "инициативной группы" в толпе возникло желание дать телеграмму Молотову. От толпы отделились четыре человека — двое юношей и две девушки подошли к охране. Их тут же схватили, выкрутили руки и завели в дом. Не надо было этого делать. Толпа бросилась через улицу на выручку... И из окон Дома связи вдруг заработали пулемёты.

Дальнейшая картина преследует меня всю жизнь. Вокруг начали падать люди. Первые минуты они почему-то падали молча, я не слышал никаких криков, только треск пулемётов. Потом вдруг один из пулемётов перенёс огонь на огромный платан, росший напротив Дома связи... по-моему, он и сейчас ещё там стоит. На дереве, естественно, сидели мальчишки. Мёртвые дети посыпались с дерева, как спелые яблоки с яблони. С тяжёлым стуком.

И тут молчание прервалось, и раздался многотысячный вопль толпы. Все кинулись кто куда — в переулки, укрытия, но пулемёты продолжали косить убегающих людей. Рядом со мной замертво упал сын директора нашей школы — мой ровесник. Я заметался и вдруг увидел перед собой небольшой памятник писателю Эгнате Ниношвили. Я кинулся туда и спрятался за спиной писателя, лицо и грудь которого тут же покрылись оспинами от пуль. Затем, когда пулемётчик перенёс огонь куда-то вправо, я бросился бежать вниз по скверу.

По дороге домой я увидел, как танки давят толпу на мосту через Куру. В середине моста была воющая толпа, а с двух сторон её теснили танки. Обезумевшие люди кидались с огромной высоты в ночную реку. В эту ночь погибло около восьмисот демонстрантов. Трупы погибших, в основном юношей и девушек, ещё три дня потом вылавливали ниже по течению Куры».

Рано или поздно ситуация в стране должна была взорваться, кресло под Хрущёвым пошатывалось. Никита Сергеевич дал отличный повод оппонентам для расправы, затеяв в начале 1957 года очередную реформу, менявшую административную систему управления. Первый секретарь направил в Президиум ЦК КПСС записку «Об улучшении руководства промышленностью и строительством». Хрущёв предлагал перенести центр тяжести оперативного руководства промышленностью и строительством на места, ближе к предприятиям и стройкам. Вместо отраслевых министерств и ведомств создавались советы народного хозяйства  совнархозы. 10 мая Верховный совет СССР утвердил закон «О дальнейшем совершенствовании организации промышленности и строительства», разделяющий страну на 105 административных экономических районов. Все предприятия экономического района составляли единый народно-хозяйственный комплекс и переходили под управление совнархоза. Упразднялось немало союзных министерств...

Не прошло и месяца, как 18 июня 1957 года во время заседания Президиума Совета министров СССР Маленков неожиданно предложил созвать Президиум ЦК КПСС, чтобы обсудить поведение Хрущёва. Маленков заявил, что «Хрущёв неспособен возглавлять ЦК, допускает сплошные ошибки и относится к членам Президиума ЦК нетерпимо». Предложение Маленкова дружно поддержали Молотов, Булганин, Каганович и Шепилов. Они немедленно созвали Пленум ЦК, на котором практически большинством голосов было принято решение о смещении Хрущёва с должности первого секретаря. История страны могла бы пойти по иному пути, если бы не председатель КГБ Иван Серов и министр культуры Екатерина Фурцева. Ещё до окончания заседания пленума Серов самолётами доставил в Москву лояльных Хрущёву членов ЦК, а Фурцева во время перерыва связалась с Георгием Жуковым, находившимся в Кантемировской дивизии. Маршал незамедлительно вернулся в столицу.

В неопубликованном фрагменте воспоминаний Жуков писал: «Видя, что я решительно встал на его защиту и то, что многие члены Президиума ЦК и члены ЦК сразу же потянулись ко мне, сделав этим меня как бы центральной фигурой событий, Хрущёв растроганно сказал мне: "Георгий, спасай положение, ты это можешь сделать. Я тебя никогда не забуду". Я его успокоил и сказал: "Никита, будь твёрд и спокоен. Нас поддержит Пленум ЦК, а если группа Маленкова — Молотова рискнёт прибегнуть к насилию, мы и к этому будем готовы"... Н.С. Хрущёв, получив крепкую поддержку и заверения некоторых членов ЦК, прибывших в Москву, о желании серьёзно расправиться с группой Молотова — Маленкова, вновь почувствовал прилив энергии и стал прежним Хрущёвым — оптимистом. И он не ошибся. Пленум единодушно его поддержал. Состоявшийся июньский пленум ЦК резко обвинил группу Маленкова — Молотова в антипартийных действиях».

Пленум исключил участников заговора из состава ЦК. Их судьбы сложились по-разному. Молотов был послом в Монголии, затем руководил советским представительством при штаб-квартире агентства ООН по атомной энергии МАГАТЭ в Вене. В 1963 году его отправили на пенсию.

Маленкова перевели на должность директора электростанции в Усть-Каменогорске, затем он возглавлял теплоэлектростанцию в Экибастузе, а в 1961 году вышел на пенсию. Каганович получил направление на партийную работу в г. Асбест. Как и Маленков, в 1961 году он стал пенсионером.

Шепилова назначили директором, затем заместителем директора Киргизского Института экономики Академии наук. Впоследствии он работал старшим археографом в Главном архивном управлении при Совмине СССР.

В 19611962 годах участников заговора исключили также из КПСС.

Добивая поверженных оппонентов, вряд ли Хрущёв тогда мог представить, как скоро закончится его эпоха. Не прошло и двух лет, как против него созрел новый заговор, который увенчался успехом.

Читайте дальше