«Испанская Хиросима»

Владимир Добрынин

Прошло более полувека, но США так и не стёрли свой ядерный след у Паломареса…

17 января 1966 года американский бомбардировщик В-52 Stratofortress, завершив патрулирование турецко-советской границы, взял курс на запад. К родным берегам, а точнее, на базу Seymour Johnson Air в Голдсборо (штат Северная Каролина). Полёт предполагался беспосадочный. На всю дистанцию топлива, остававшегося в баках «пятьдесят второго» после дежурства, естественно, хватить не могло. Экипаж рассчитывал дозаправиться в воздухе над Средиземным морем — операция была из серии давно опробованных и отработанных. До такой степени, что уже причислялась к рутинным.

С топливозаправщиком КС-135, нёсшим в своих баках 110 000 л керосина для перекачки, бомбардировщик повстречался на высоте 10 690 м над морскими волнами неподалёку от испанского города Паломарес (Андалусия). Участники дозаправки считали себя старыми знакомыми: 52-й подпитывался от 135-го несколькими часами ранее, когда направлялся из Штатов в Турцию. Тогда всё прошло без сучка без задоринки. Может быть, именно это несколько расслабило лётчиков. А может, сказалось напряжение чрезмерно долгого пилотирования... Единого мнения на этот счёт до сих пор нет. Как бы то ни было, но при попытке состыковать топливные шланги двух самолётов что-то пошло не так: в результате неаккуратного манёвра лайнеры столкнулись, вспыхнули и развалились в воздухе.

В аварии погиб весь экипаж заправщика (четыре человека). Из тех, кто летел на В-52, двое погибли в момент удара, ещё пятерым удалось покинуть самолёт, но у одного из них не раскрылся парашют. В итоге выжило только четверо.

Трагедия эта вскоре бы забылась — военные люди всегда должны быть готовы к внезапной смерти, они сами себе выбрали опасную профессию, — если бы не один очень важный и очень неприятный нюанс. «Стратосферная крепость» имела под крыльями четыре термоядерные бомбы Mark-28 (модель B28RI) весом 800 кг и мощностью 1,5 мегатонны каждая.

Первый из снарядов упал в море. Ещё три — на сушу. Один из этих трёх остался неповреждённым (сработали парашютные автоматы, приземление прошло без проблем). Остальные упали без тормозящих средств. От удара о землю у них сдетонировала только начинка из обычного взрывчатого вещества — обе бомбы разлетелись на части, но плутониевое содержимое так и не рвануло. Хотя избежать радиационного заражения местности всё же не удалось.

Три упавшие на сушу бомбы были обнаружены в считаные часы. Скрывшуюся в морской пучине удалось найти лишь через 80 дней.

Оболочки двух термоядерных бомб B28 из Паломареса

 

В результате взрыва образовался аэрозоль — облако мелких частиц, состоящих из оксидов трансурановых элементов, наполнявших ядерную головку бомбы, а также трития, испарившегося при её разрушении. Общий вес распределённого вблизи Паломареса плутония составил 7 фунтов. Это облако благодаря ветру подняло радиационный фон на территории площадью в 226 гектаров, которая включала кустарники и сельскохозяйственные плантации неподалёку от Паломареса. Загрязнение почвы даже спустя два с половиной десятилетия оставалось на уровне, превышающем допустимые нормы в 2500–3000 раз. В некоторых точках радиационный фон достигал значения 37 млн беккерелей на квадратный метр.

Цепная реакция, которая могла бы вызвать ядерный взрыв, не произошла благодаря специальному устройству, которое до сих пор является изделием под грифом «совершенно секретно».

Для поиска упавшей в море бомбы испанские и американские военные снарядили мощную экспедицию, состоявшую из 34 кораблей и 4 мини-подводных лодок. Обнаружить артефакт, утонувший в пяти милях от берега, удалось с помощью местного рыбака Франсиско Симо Ортса: 17 января 1966 года он ловил рыбу неподалёку от места происшествия и видел, как снаряд на парашюте опустился в море. После того как бомбу в результате более чем двухмесячных поисков нашли и подняли, за рыбаком в его родном Агиласе закрепилось прозвище Пако-эль-де-ла-Бомба (Пако — уменьшительное от Франсиско).

Для очистки территории «испанской Хиросимы», как окрестили происшествие испанские газеты, Пентагон отправил 1600 военнослужащих. Действовали они в специальной защитной одежде — так называемых костюмах NBC (сокращение по первым буквам от nuclear, biological, chemical), но, несмотря на это, рентген нахватали много, ибо работать пришлось несколько недель. Спустя несколько лет у дезактиваторов «развились различные формы рака, заболевания крови, сердечная и лёгочная дисфункция и другие болезни», о чём свидетельствует коллективный иск, поданный в 2019 году (!) ветеранами армии США, принимавшими участие в ликвидации последствий происшествия и не получившими причитавшихся им компенсаций за потерю здоровья.

Работали там и бойцы испанской Гражданской гвардии, но, по свидетельству прессы пиренейского королевства, защиты, подобной американской, у них не было. Власти страны полагали, что испанские силовики были призваны исполнять только контрольно-надзорные функции, то есть своими руками с загрязнённой почвой не работать, а значит, и защита от радиации им не нужна. О дальнейшей судьбе испанских гвардейцев пресса королевства распространяться не любит.

Операция обошлась военным США в 80 млн долларов — по тем временам вполне внушительную сумму. Американцы вывезли из Испании в Саванну-Ривер (штат Южная Каролина) 1400 т почвы. Количество помидорных кустов, произраставших на ней, учёту не поддаётся.

Отправив в Штаты упомянутый выше тоннаж земли, янки решили, что достаточно потрудились на очистке загаженной ими территории, и умыли руки. Испанское правительство возмутилось, считая, что в районе Паломареса ещё «пахать да пахать, очищая землю». Разразился дипломатический скандал, который, впрочем, довольно быстро затух благодаря нежеланию администрации США откликаться на ноты Мадрида. Стороны промолчали практически сорок лет, после чего — в 2005 году — вновь начали обмениваться репликами в вялотекущем режиме на уровне МИДов. На это ушло ещё десять лет. Взаимную пикировку удалось прекратить только в 2015 году, когда испанский главный дипломат Хосе Маргальо в ходе визита в Мадрид госсекретаря Джона Керри уговорил того признать, что в инциденте близ Паломареса виновата Америка. Керри пообещал, что «заражённая почва будет вывезена в штат Невада для утилизации».

Но не сказал, сколько именно этой самой почвы предполагается к транспортировке. И когда. Дело в том, что в 2010 году, то есть за пять лет до обещания Керри, стороны согласились, что американцы дезактивируют 50 000 куб. м почвы.

14 июля 2015 года американская сторона обратилась в испанский Совет нацбезопасности с предложением уменьшить объём очищаемой земли до 28 000 куб. м. Восемь дней спустя гордые идальго согласились с этим предложением. При этом правительство Мариано Рахоя постаралось не афишировать сей консенсус. В марте 2017 года США, так и не очистив ни куба, предложили сократить очищаемый объём до 8000 куб. м.

За прошедшие с тех пор годы не изменилось практически ничего: сидящий в земле плутоний умирать не спешит (его период полураспада — 240 лет). Общественность негодует: в заповеднике на горе Альмагерра остаётся земля, которая фонит в 40 раз сильнее допустимой нормы. А 20 гектаров зоны, пострадавшей при инциденте, могут «похвастать» десятикратным превышением разрешённого уровня радиации. Это — официальная информация. Неофициальная же, добытая местными активистами из партии Izquierda Unida (Объединённые левые), говорит, что на самом деле допустимый фон превышен в 100 раз. При этом на полях и грядках этой зоны выращиваются овощи и фрукты, которые затем попадают на рынки провинции Альмерия. А медицинские исследования показывают, что у 29% жителей Паломареса в организме обнаружены следы радиоактивного плутония.

Испанская общественность возлагала большие надежды на прошедший год. Всё-таки в январе 2021-го катастрофе исполнилось 55 лет. Вполне круглая дата, чтобы отметить её ударными свершениями. Но не срослось: пандемия ковида, знаете ли, да и других дел у американских военных полно.
 

Читайте дальше