Победа под Москвой

Беседовал Олег Назаров

О том, как Красной армии удалось отстоять советскую столицу, «Историку» рассказал кандидат исторических наук Алексей Исаев

Подготовкой наступления на Москву германское командование занялось сразу же после серии побед, одержанных летом 1941 года. Адольф Гитлер поставил перед вермахтом задачу разбить Красную армию еще до зимы. А поскольку уже пришла осень, надо было спешить. Разработанная немецкими генералами операция «Тайфун» началась 30 сентября. Разведка противника сумела получить достоверные сведения о расположении войсковых соединений, защищавших советскую столицу. Согласно планам германского командования на первом этапе необходимо было добиться их окружения и разгрома. На втором этапе немецким войскам предстояло преследовать отступавшие части Красной армии вплоть до самой Москвы.

 

Соотношение сил

Каковы были силы сторон накануне Московской битвы?

— К концу сентября 1941 года германское командование сосредоточило на ключевом московском направлении группировку численностью более 1,8 млн военнослужащих. Были задействованы войсковые соединения, высвободившиеся под Киевом и Ленинградом. Громадной немецкой группировке противостояли войска Брянского, Западного и Резервного фронтов, насчитывавшие около 1,3 млн человек. Они располагали 10 309 артиллерийскими орудиями и минометами против 14 тыс. у готовившегося к наступлению неприятеля. Главной силой вермахта являлись три танковые группы. У этих самостоятельных механизированных объединений, имевших в общей сложности 2300 танков, не было аналогов в Красной армии. Три советских фронта в совокупности могли рассчитывать в лучшем случае на тысячу танков.

Во 2-м воздушном флоте люфтваффе, задействованном в небе над Москвой, было 1320 боевых самолетов, в том числе 720 бомбардировщиков. Три советских фронта располагали 568 самолетами, включая 210 бомбардировщиков. Имелись еще 400 истребителей ПВО Москвы, но в первые дни операции «Тайфун» они в боях не участвовали и на соотношение сил не влияли. Кроме того, более многочисленные немецкие аэродромные команды смогли обеспечить большее количество вылетов. Интенсивно используя авиацию, гитлеровцы имели подавляющее преимущество и в воздухе.

Таким образом, Красная армия уступала противнику и по численности, и качественно. Этот фактор, а также не вполне удачное сосредоточение сил предопределили разгром советских войск в двух крупных окружениях начала октября — под Вязьмой и Брянском.

Имело ли советское командование планы на случай быстрого приближения противника к Москве или это стало полной неожиданностью?

— Строительство на подступах к столице оборонительных рубежей началось еще в июле. В конце лета и в сентябре спешно возводилась Можайская линия обороны. Она проходила у Волоколамска, Можайска, Малоярославца, Калуги и была рассчитана на 25 дивизий. Однако к началу Московской битвы никаких 25 дивизий там не было. Там находились небольшие по численности пулеметные батальоны и безоружные строители, которых не собирались использовать в боях.

В этом смысле к быстрому прорыву частей вермахта к Москве советское командование готово не было. Выход немецких танковых соединений к Юхнову 5 октября произвел шоковое впечатление. Под Вязьмой и Брянском в окружении оказались 64 дивизии из 95, а также 11 танковых бригад из 13 и 50 артиллерийских полков резерва Ставки Верховного главнокомандования из 64. Из 15 управлений армий на западном направлении 7 были окружены — управления 3-й, 13-й, 50-й армий Брянского фронта и 19-й, 20-й, 24-й, 32-й армий Западного и Резервного фронтов.

Кто же тогда встретил врага на Можайской линии обороны?

— 7 октября, когда кольцо окружения советских войск под Вязьмой было сомкнуто, Можайскую линию обороны стали спешно занимать курсанты военных училищ и бойцы нескольких стрелковых дивизий, переброшенных с других направлений. Определенные надежды возлагались на прорыв из «котлов» отдельных групп и соединений. В наибольшей степени этот фактор оказал влияние на восстановление фронта на брянском направлении. Некоторые соединения разной степени комплектности сумели выбраться и из вяземского «котла». Так, командир 53-й стрелковой дивизии полковник Николай Краснорецкий, верно оценивший обстановку в первые дни «Тайфуна», повел бойцов на юг и проскочил Юхнов за несколько часов до входа в него дивизии СС «Рейх». Затем 53-я стрелковая дивизия приняла активное участие в восстановлении фронта.

 

Судьба Москвы

Почему осадное положение в Москве и прилегающих к ней районах было введено только 20 октября? Можно ли (и нужно ли) было сделать это раньше?

— В конце сентября фронт находился довольно далеко от Москвы, в 100 км западнее Вязьмы. В такой ситуации нервировать население столицы руководство страны сочло нецелесообразным. Катастрофы не ждали.

Рассчитывали, что если придется отходить на Можайскую линию обороны, то отступление пройдет организованно. Тогда и можно будет ввести осадное положение в Москве. В итоге сделали это уже после того, как немецкие войска повели наступление на Можайскую линию.

 В октябре Гитлер, памятуя о взрывах в захваченном Киеве, заявил, что Москву надо окружить, бомбить и обстреливать, но не вступать в нее. Все-таки собирались немцы войти в город или нет?

— Слова Гитлера о киевских взрывах не более чем отговорка. Решение окружать крупные города и обрекать их население на голод было принято раньше. На самом деле германские войска не вступили бы и в Киев, но он был важным транспортным узлом — с запада на восток и с юга на север. Чтобы взять под контроль транспортные артерии, немцам пришлось войти в город и восстановить взорванные мосты.

Есть военная целесообразность, и есть политические цели и задачи, которые ставило руководство Третьего рейха. Будучи ориентированным на колонизацию захваченных территорий, оно стремилось изолировать промышленные центры от производящих продовольствие регионов. Крупные города предполагалось бросить на произвол судьбы, обрекая их жителей на голод и вымирание. Первоначальный план Гитлера также предусматривал окружение Москвы с последующими обстрелами и бомбардировками. Но, когда стало ясно, что окружение не состоится, германское командование поставило перед войсками задачу прорваться на территорию города.

Какую участь готовили немцы столице?

— Население кормить они не собирались. Гитлер и высшее германское командование отдали приказы — капитуляцию Москвы не принимать. Город планировалось обложить колючей проволокой и минами, а попытки жителей выйти из него должны были пресекать пулеметным огнем. Москвичей ждала бы гибель.

В какой момент возникла наиболее опасная ситуация для Москвы? И почему гитлеровцы не смогли ей воспользоваться?

— Наиболее опасной она стала после 7 октября, когда немцы замкнули вяземский «котел». В этот момент между Вязьмой и Москвой почти не было наших войск. Германское командование испытывало головокружение от успехов и отдало приказ о развороте 3-й танковой группы на Калинин (ныне Тверь), для того чтобы разбить еще и Северо-Западный фронт.

Враг погнался за двумя зайцами?

— Да. Вместо наступления на Москву крупное механизированное соединение бросили на периферийное направление. Это было очень серьезной стратегической ошибкой германского командования, ставшей одной из причин провала операции «Тайфун».

Что происходило в Москве 16 и 17 октября?

— Город охватила паника. Как ни странно, это случилось в тот момент, когда ситуация на фронте была взята под контроль. Катастрофической, как я уже говорил, она стала 7 октября, и тогда был серьезный повод для разрастания паники и бегства из столицы. Но тогда этого не произошло, поскольку у москвичей не было информации о катастрофе на фронте.

Паника возникла позже и не была обусловлена военной обстановкой. Она была вызвана начавшейся эвакуацией из Москвы промышленных предприятий и организаций. Это произошло 16 октября, когда на Можайскую линию обороны уже перебросили войска, а немецкое наступление стало вязнуть. По сути, это был эксцесс, связанный с человеческой психологией: часть населения, увидев, что начальство из столицы уезжает, посчитала, что можно делать все, что захочется. Но это была иллюзия. Ситуацию быстро взяли под контроль. В городе находилось достаточное количество сил охраны правопорядка и внутренних войск.

Наступление частей Западного фронта под Юхновом. Март 1942 года

 

Генерал Грязь и генерал Мороз

В ходе Московской битвы, которая велась на территории нескольких областей РСФСР, произошли сражения за Калинин и Тулу. В какой мере эти бои на флангах помогли Москве выстоять?

— В значительной. В отношении Калинина это верно на 200%, поскольку в самый критичный момент противоборства на Можайской линии обороны в сражениях за этот город увязли элитные соединения вермахта, ранее покорившие Францию. Их перебросили обратно к Москве только в ноябре. Но к тому времени они понесли большие потери.

Тула стала бастионом, прикрывавшим столицу с юга. Она приняла на себя сильнейший удар 2-й танковой армии (так с 6 октября стала именоваться 2-я танковая группа), задачей которой был охват Москвы с востока. Сделать это генерал-полковник Гейнц Гудериан не смог. Он увяз в боях и даже не сумел перерезать основную магистраль, связывавшую Тулу с Москвой. Поэтому Тула заслуженно получила звание города-героя.

Главной причиной провала операции «Тайфун» нередко называют раннюю холодную зиму…

— На самом деле наступившее в ноябре похолодание было для немцев благом. Когда подмерзла почва, они возобновили наступление. Причем продвигались вперед и вне дорог. Температура в ноябре и начале декабря не была очень низкой — не более 10 градусов мороза. Настоящие русские морозы ударили позже — во второй половине декабря, когда немцы уже отступали. Так что морозы и сильные снегопады помешали не немецкому наступлению, а советскому контрнаступлению.

Что же касается октябрьской распутицы, то она мешала обеим сторонам. Впрочем, немцы располагали техническими средствами преодоления плохих дорог — инженерной техникой, позволявшей механическими пилами нарезать тысячи деревьев и строить гигантские гати. Были у них и гусеничные тягачи.

Получается, бездорожье принесло больше бед отступавшей Красной армии, чем немцам. Их застрявшая техника все-таки оставалась на захваченной ими территории, а советская либо уничтожалась, либо доставалась врагу…

— Так и было. Об этом писали некоторые советские военачальники. Но есть еще один важный фактор, о котором до сих пор мало кто знает. Вермахт был подобен ордам Чингисхана, поскольку использовал огромное количество лошадей. Ими обеспечивались все артиллерийские полки пехотных дивизий. Каждый артполк имел 2 тыс. лошадей. Однако осенью в условиях средней полосы России у немцев возникли большие проблемы с кормом для них. Это явилось результатом просчетов в планировании, ведь никто не заставлял переводить пехоту на гужевую тягу. В итоге начался массовый падеж лошадей, что негативно сказалось на возможностях пехотных дивизий вести наступление. Кстати, в Красной армии, чтобы избежать подобных проблем, предпочитали использовать тракторы.

Как немецкие военачальники впоследствии объясняли свое поражение под Москвой?

— Многие из них в первую очередь проклинали генерала Грязь и генерала Мороза. Более конструктивную позицию занял бывший начальник штаба 4-й танковой группы генерал Шаль де Больё. Он утверждал, что «Московская битва была проиграна 7 октября». По его словам, к 5 октября были созданы прекрасные перспективы для наступления на Москву, но они остались нереализованными, поскольку самые сильные соединения повернули на Калинин.

 

Они защитили столицу

Какие последствия имела бы потеря Москвы?

— Во-первых, был бы утрачен гигантский московский железнодорожный узел. Расположение железных дорог было таким, что они сходились в центре. Москва пропускала через себя огромное количество эшелонов. Железнодорожный узел — это не только рельсы, но и сортировочные мощности. Эшелон надо принять и рассортировать: три вагона отправить в одну строну, четыре — в другую и т. д. Потеря московского железнодорожного узла имела бы катастрофические последствия для ведения войны. Эту потерю не удалось бы адекватно компенсировать.

Во-вторых, был бы утрачен Московский угольный бассейн, находившийся южнее столицы. После потери Донбасса он имел критическое значение. Уголь требовался для паровозов и производства электроэнергии. Его потеря лишила бы паровозы топлива, усугубив транспортный коллапс.

Советские артиллерийские расчеты готовятся к удару по врагу под Москвой.  Зима 1941–1942 годов

 

В-третьих, Москва обладала таким важным ресурсом, как рабочие руки. По своей квалификации рабочие столичных предприятий были в ряду лучших. Приведу такой пример. Государственный комитет обороны (ГКО) принял постановление о производстве бронебойных снарядов калибра 76 мм и 85 мм, наиболее эффективных против немецких танков. Для этого на Урале хотели создать целый куст заводов. Однако Урал производство бронебойных снарядов провалил. С 1942 года их производили в Москве.

Таким образом, потеря Москвы имела бы фатальные последствия.

Были ли у руководства СССР запасные сценарии (план Б)? И смог бы в этом случае Советский Союз выиграть войну?

— План Б был. В тылу силами местных жителей шло строительство Сурского оборонительного рубежа и Казанского обвода, призванных прикрыть прежде всего Казань. Там за счет эвакуации станков и людей из Москвы возник центр промышленного производства. Но перспективы при реализации плана Б, прямо скажем, были туманными. В случае потери столицы шансы Советского Союза на успех резко снижались. За ее утратой последовала бы потеря Ленинграда. Затем на очереди оказался бы Кавказ. Выход немцев на нефтепромыслы Майкопа и Грозного имел бы абсолютно катастрофические последствия. Тогда СССР выбыл бы из рядов активных участников Второй мировой войны. Красная армия не смогла бы вести интенсивных боевых действий и в лучшем случае сдерживала бы наступление вермахта на подступах к Казани и Куйбышеву (ныне город Самара).

Считается, что Москву спасли сибирские дивизии. Когда и из каких регионов перебрасывались войска? Какова их численность? Какую роль они сыграли в защите столицы?

— В данном случае сибирские дивизии — это, конечно, образ. Москву спасли не только сибирские дивизии, хотя и они внесли свой вклад в ее защиту. Немцы называли «сибиряками» советские войска, одетые по сезону, — в полушубках, валенках и теплых шапках. Но это не означало, что все они прибыли из Сибири. Страну и ее столицу спасли новые формирования. До декабря несколькими волнами сформировали сначала 56 стрелковых дивизий, потом еще 85 дивизий, затем 75 стрелковых бригад. В сумме это дало 1 954 000 человек. Кроме того, на фронт с августа по декабрь было отправлено маршевого пополнения 2,2 млн человек. Эти 4 с лишним млн бойцов и защитили Москву. С Дальнего Востока и из Забайкалья до декабря было переброшено 77 и 85 тыс. человек соответственно. На фоне 4 млн это незначительная цифра.

Так что отстоять столицу удалось благодаря перманентной мобилизации. Еще в июле были предприняты огромные усилия, для того чтобы сформировать, вооружить и отправить на фронт свежие дивизии. Москву спасли новые формирования, переброшенные с Урала и Дальнего Востока, из Сибири и Средней Азии.

Колонна пленных немцев под Москвой. Декабрь 1941 года

 

Значение победы

Что стало решающим фактором поражения немцев под Москвой?

— Вопреки суждениям немецких генералов, решающий фактор имел не природное, а рукотворное происхождение. Я имею в виду создание и выдвижение на фронт новых формирований. Германское командование не смогло найти на это адекватного ответа. Немцы завороженно смотрели на этот поток, рассчитывая, что он когда-то иссякнет. Неверно оценили они и возможности Советского Союза производить вооружение. Новые формирования смогли остановить немцев под Москвой, а потом перейти в контрнаступление и отбросить врага с основных магистралей, которые ранее были им перерезаны.

Как вы оцениваете фактор Сталина и фактор Жукова в победе под Москвой?

— Постановления ГКО на создание новых формирований подписывал Иосиф Сталин. Понятно, что их претворяли в жизнь тысячи людей. Но в том, что уже летом был раскручен маховик перманентной мобилизации, главная заслуга принадлежит Сталину. Георгий Жуков был самым талантливым советским полководцем. 10 октября в 17 часов по московскому времени директивой Ставки Верховного главнокомандования № 002844 он был назначен командующим Западным фронтом. На тот момент после катастроф под Брянском и Вязьмой путь к Москве был открыт. За несколько дней Жуков смог организовать оборону столицы. Обладая достаточным хладнокровием, в критических ситуациях он маневрировал и перебрасывал войска с менее угрожаемых участков фронта на более опасные. Так что вклад Жукова в победу под Москвой огромен.

С какими трудностями столкнулась Красная армия после перехода в контрнаступление?

— Победа под Москвой вызвала в Кремле определенное головокружение от успехов и переоценку своих наступательных возможностей. Были сделаны поспешные выводы, что имевшимися на тот момент силами можно не только  оттеснить немцев от Москвы, но и гнать их дальше. Переход от контрнаступления к общему наступлению произошел без паузы. А противник быстро перегруппировался и создал достаточно прочный фронт. Оголенных флангов, которые были у немцев по состоянию на 5 декабря, в начале 1942 года уже не было. Наступавшая на широком фронте Красная армия натолкнулась на жесткое сопротивление. Темпы наступления резко замедлились, а потери возросли. К тому же в декабре — в начале контрнаступления — войска использовали заранее подготовленные боеприпасы. Но, когда они были использованы, наступавшие части сели на голодный паек, боеприпасов стало не хватать. Эвакуированная в глубокий тыл военная промышленность лишь разворачивала производство, что сказалось на обеспечении войск.

Каково значение Московской битвы в контексте Второй мировой войны?

— Завершилась эра блицкригов, предполагавших решение задач войны и сокрушение противника в ходе одной кампании. Так было в 1939 году в войне Германии с Польшей, а в 1940-м — с Францией. Разгромить Советский Союз за одну кампанию гитлеровцы не смогли. На смену блицкригам пришла война на истощение, в которой Германия заведомо уступала СССР, США и Великобритании по материальным и людским ресурсам.

Кроме того, в результате поражения в Московской битве вермахт на несколько месяцев лишился главного инструмента блицкрига — танковых и механизированных соединений. Многие танковые дивизии пришлось надолго вывести с фронта для переоснащения и переформирования. Большинство из них восстановили к лету, а некоторые — только осенью 1942-го. Это дало Советскому Союзу время для подготовки к кампании 1942 года.

 

Что почитать?

Исаев А.В. Чудо под Москвой. — М., 2020.

Фоменко М.В. Сражение за Калинин. — М., 2020.

 

 

Лента времени

30 сентября 1941 года

2-я танковая группа вермахта перешла в наступление на позиции Брянского фронта. Начало битвы за Москву.

2 октября

В наступление на московском направлении перешли главные силы вермахта.

 

3 октября

Германские войска захватили Орел.

6 октября

Немцы взяли Брянск и через три дня замкнули кольцо окружения войск Брянского фронта.

 

7 октября

Германские войска замкнули кольцо окружения войск Западного и Резервного фронтов под Вязьмой.

12 октября

ГКО постановил создать Московскую зону обороны.

 

15 октября

Иосиф Сталин подписал постановление ГКО об эвакуации в Куйбышев советского правительства и иностранных миссий.

 

16–17 октября

Паника в Москве.

19 октября

ГКО принял постановление «О введении осадного положения с 20 октября в Москве и прилегающих к ней районах».

 

7 ноября

В Москве, Куйбышеве и Воронеже прошли военные парады в честь 24-й годовщины Октябрьской революции.

16 ноября

Подвиг панфиловцев у разъезда Дубосеково под Волоколамском.

 

5–6 декабря

Войска Калининского, Западного и Юго-Западного фронтов перешли в контрнаступление.

 

9 декабря

Войска Юго-Западного фронта освободили Елец.

 

15 декабря

Войска Западного фронта освободили Клин.

 

16 декабря

Войска Калининского фронта освободили Калинин.

 

20 декабря

Войска Западного фронта освободили Волоколамск.

 

26 декабря

Войска Западного фронта освободили Наро-Фоминск.

 

30 декабря

Войска Западного фронта освободили Калугу.

 

7 января 1942 года

Ставка Верховного главнокомандования отдала директиву войскам девяти фронтов о переходе в общее наступление в полосе от Ладожского озера до Черного моря.

20 апреля

Завершилась Ржевско-Вяземская операция Калининского и Западного фронтов (началась 9 января). Окончание Московской битвы.

 

 

Глазами Запада

Разгром гитлеровцев под Москвой стал для западных союзников первым проблеском надежды после целого ряда поражений. Об этом красноречиво свидетельствуют страницы зарубежной прессы.

Начало немецкого наступления на Москву вызвало вал тревожных сообщений в западных СМИ. «Нью-Йорк таймс» 12 октября передавала из Берлина: «Здесь утверждают, что острие удара вермахта находится всего в 90 милях от ворот Москвы. Столь быстрое продвижение стало результатом того, что сопротивление Красной армии перестало быть организованным. Специальный бюллетень сообщает, что в наступлении на советскую столицу немецкая армия оставила позади поля сражений под Вязьмой и Брянском, где взято в плен уже 200 тыс. русских солдат. Несмотря на отчаянное сопротивление и постоянные попытки прорыва, у окруженных там русских нет надежды изменить их участь».

К концу октября, когда стало ясно, что сдача Москвы не планируется, тон новостей изменился. 2 ноября «Вашингтон пост» писала: «Москва сейчас превратилась в укрепленную цитадель — едва ли не самый большой город-крепость в истории войн. Она готовится к обороне, ее многочисленное население эвакуируется, а дипломаты и другие иностранцы покидают ее. Сотни тысяч мужчин и женщин — строители, металлурги, ткачи, вожатые метро, инженеры, домохозяйки — спешно строят кольца укреплений вокруг советской столицы, которая даже не думает отказаться от сопротивления». 12 ноября Москву упомянул в своей парламентской речи Уинстон Черчилль: «Недавно я уже говорил, что г-н Гитлер молчит почти месяц, после того как в своей речи уверял немецкий народ, что Москва падет через несколько дней. За это время все убедились, как мудро он поступает, держа рот закрытым. Но в том, что его предсказание не сбылось, виноват не он, а героизм и непоколебимая храбрость наших русских союзников».

19 ноября журналист «Нью-Йорк таймс» Сайрус Сульцбергер предсказывал из Куйбышева (ныне Самара): «Легендарная русская зима испытает на прочность немецкий боевой дух». Он предупреждал: «В Россию вторгались много раз, и много раз эти вторжения останавливало сопротивление русских, которому помогал холод. Никто пока не знает, случится ли то же с современной боевой техникой. Сможет ли наступающая зима замедлить наконец немецкий блицкриг? Предсказать это невозможно, но ясно одно — эта зима придет рано и продлится долго».

Впрочем, с началом советского контрнаступления газеты больше писали не о зиме и не о морозах (в самом деле очень сильных), а о героизме советских солдат. 13 декабря «Нью-Йорк таймс» отмечала: «Отступление немцев на Восточном фронте значительно меняет перспективу войны. Мрачный тон, которым отличается последнее выступление Геббельса [министра пропаганды Третьего рейха. — «Историк»], показывает, каково будет настроение всей Германии, после того как Гитлер окажется неспособным одерживать новые победы». 14 декабря лондонская «Санди таймс» в передовой статье писала: «Темные силы, потерпевшие поражение под Москвой, продолжают отступать, лживо заявляя при этом, что на время зимы не ставили перед собой никаких стратегических целей». В те же дни немецкая пресса впервые заговорила о «выравнивании линии фронта» — этот термин до конца войны оставался абсолютно понятным всем синонимом слова «отступление».

7 января 1942 года британская «Дейли телеграф» высмеивала немецкую пропаганду: «Сначала Гитлер приказал Геббельсу заявить, что причина отступления под Москвой — значительное превосходство врага в людях и вооружении. Затем появилось признание, что Верховное командование недооценило нужды армии в теплом обмундировании, и она теперь вынуждена отбирать одежду у местного населения. Даже нацистский официоз признает, что войска терпят огромные лишения. Скоро немецкие солдаты начнут задавать вопросы о том, кто поставил их в такое неприятное положение». О поражении вермахта говорилось и в Турции, где еще недавно обсуждалось вступление в войну на стороне Третьего рейха. Газета «Хабар» писала: «Отступление германских армий никак нельзя объяснить приходом зимы: ведь не скажешь же, что в Крыму, где немцы потеряли Керчь, стоят сибирские морозы. Инициатива сейчас полностью находится в руках русских». 26 января лондонская «Обсервер» подвела итоги первого этапа Московской битвы: «Москва не только защитила себя, но и сыграла огромную роль как центр объединения советских сил. <…> Красная армия не могла бы оказать общему делу Объединенных Наций обоих полушарий бóльшую услугу, чем она оказывает сейчас».

 

Фото: РИА «НОВОСТИ», НАТАЛЬЯ ЛЬВОВА, ХУДОЖНИК ЮРИЙ РЕУКА

Читайте дальше