Лидер заката

Карен Шахназаров, кинорежиссер, народный артист России, генеральный директор киноконцерна «Мосфильм»

Президенту СССР Михаилу Горбачеву исполняется 90 лет. Будем справедливы: он был идеалистом в политике и искренне хотел перемен к лучшему. Впрочем, благих намерений мало, для того чтобы войти в историю победителем.

В середине 1980-х перемен ждали все. В этом смысле горбачевская перестройка была велением времени: любой здравомыслящий лидер на его месте неизбежно инициировал бы перемены. Страна к этому моменту находилась в состоянии кризиса, все понимали, что что-то надо делать. Мобилизационная модель экономики без Сталина уже не работала. Само общество переросло ту политическую систему, которая была создана в Советском Союзе. Поэтому все сегодняшние разговоры о том, что Система ещё долго могла существовать, не меняясь, из области фантастики. «Стратегия перемен» вырабатывалась на ходу. Многим казалось, что если дать людям подлинную демократию, то вскоре все само собой наладится… 

Те, кто сегодня на все лады проклинает Горбачева, забывают о том, что перестройка поначалу пользовалась огромной поддержкой со стороны общества. Вся страна — и будущие левые, и будущие правые, и даже партийные ортодоксы — вздохнула с облегчением, когда он объявил о своем новом курсе. 

Горбачева поддерживали до тех пор, пока перестройка не начала буксовать. Но вспомним, в чем его в тот момент упрекали? В нерешительности! Потому что все советское общество тогда хотело еще более радикальных перемен. На этом, собственно, и поднялся Ельцин. Фактически он декларировал: давайте разрушим страну и построим ее заново — в новом формате, в виде независимой от Союза России, с новой, невиданной в СССР рыночной экономикой. Население его тут же поддержало, отказав в поддержке Горбачеву. Общество рубежа 1980–1990-х годов на самом деле было гораздо радикальнее настроено, чем это представляется из сегодняшнего дня. Горбачев безуспешно пытался сдержать этот радикализм, выступая за постепенные перемены. В этом-то и состоял его конфликт с Ельциным, если иметь в виду не личностную, а политическую подоплеку. Именно благодаря своему радикализму Ельцин в конце концов переиграл Горбачева. 

Часто можно услышать, что перестройка закончилась плачевно для страны. На мой взгляд, это вопрос сложный. Действительно, Советский Союз распался. Но мне кажется, что распад СССР был объективным процессом, который невозможно было остановить. Вернее, это можно было сделать только силой, а, как известно, насильно мил не будешь. Горбачев пытался удержать расползавшийся Союз уговорами, но из этого ничего не вышло. Поэтому мой упрек не в том, что СССР распался, а в том, что, наверное, этот распад мог произойти с гораздо меньшими потерями для России. Впрочем, ответственность за распад лежит, конечно, в первую очередь не на Горбачеве, а на Ельцине. 

У Горбачева были другие ошибки, за которые он, и только он, несет ответственность. Безусловно, его принципиальная ошибка состоит в том, что он (даже непонятно почему) не подписал никакого соглашения с Западом по поводу нерасширения НАТО. И конечно, не получил тех выгод, которые мог бы получить от согласия на объединение Германии. 

Кстати, Ельцину часто приписывают то, чем мы на самом деле обязаны Горбачеву. Ведь свобода слова появилась именно при Горбачеве. Выезд за границу также стал возможен при Горбачеве: это он разрушил железный занавес, а не Ельцин. 

Увы, даже самые очевидные плюсы не компенсируют в народной памяти негативные оценки человека, который стоял у руля государства в тот критический момент, когда оно распадалось. В этом смысле и Горбачев, и его главный политический противник Ельцин, вне зависимости от их реальных шагов и мотивов, обречены остаться в истории со знаком минус. Так уж устроена историческая память: те, кто теряет страну, воспринимаются потомками как политические неудачники. И с этим ничего не поделаешь.

 

Фото: НАТАЛЬЯ ЛЬВОВА

Читайте дальше