Разрушитель на троне

Рой Медведев, историк, народный депутат СССР (1989–1991)

Эпоха Ельцина была не самой светлой страницей в истории нашей страны. Это было десятилетие смуты и упадка, а отнюдь не период расцвета демократии, как кто-то пытается преподнести.

Для того политического движения, в котором я участвовал в 1980–1990-е годы, Ельцин был политическим противником, и уже поэтому я не могу считать себя объективным наблюдателем. Тем не менее я всегда полагал, что, как историк, как специалист по истории ХХ века, я не вправе обойти вниманием ни эпоху, ни фигуру Бориса Ельцина. Так родилась моя книга «Борис Ельцин. Народ и власть в России в конце ХХ века». Это не классическая монография, поэтому я и дал ей подзаголовок — «Из наблюдений историка»… 

С моей точки зрения, Ельцин был ключевой фигурой своего времени: он принимал судьбоносные решения о разрушении СССР и КПСС, он сыграл главную роль в формировании нового государства — Российской Федерации, он обладал огромной властью, участвовал в решении многих мировых проблем. В этом отношении он, безусловно, историческая фигура, и в понятии «эпоха Ельцина» нет никакого преувеличения. Но, к сожалению, в отличие от Смутного времени начала XVII века в начале 1990-х наш народ не смог выдвинуть таких героев, какими были для своей эпохи Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский. По крайней мере первый президент «новой России» Борис Ельцин не смог стать таким героем, и в этом смысле эпохой Ельцина трудно гордиться… 

 

«День гласности» 

Конечно, Ельцин был чрезвычайно ярким политиком, раньше таких у нас не было. Мы с ним встречались несколько раз, разговаривали лично, много раз я слушал его выступления, и в разные периоды жизни у меня складывалось разное впечатление о нем. Расскажу о том, о чем я раньше никогда не писал. 

Первый раз я слушал Ельцина в Высшей комсомольской школе осенью 1988 года. Там в то время раз в неделю проводили, как называли это организаторы, «День гласности», куда приглашали известных людей и задавали им самые разные вопросы. Ельцин, за год до этого снятый с поста первого секретаря Московского горкома партии, был одним из первых. Он уже тогда являлся оппонентом Михаила Горбачева и считался едва ли не лидером оппозиции — главным борцом с привилегиями партийных начальников. В тот вечер Ельцин очень откровенно отвечал на все вопросы, что было не принято. Открыто и весьма нелестно говорил он не только о партийном руководстве и лично о Горбачеве, но и о влиянии на Горбачева его супруги Раисы Максимовны, что аудиторией воспринималось на ура. Тогда Ельцин произвел впечатление сильного, волевого и не боящегося откровенно говорить с народом человека. Я тоже ушел с той встречи буквально восхищенный Ельциным. Мне он показался настоящим русским богатырем-самородком, который может многое сделать! 

В следующий раз — почти год спустя — мне довелось говорить с Ельциным по телефону. Этот разговор произвел совсем иное впечатление. Ельцин откровенно сказал: «Рой Александрович, мне говорят, что вы опытный историк, и я вас хочу спросить: что за человек был Яков Михайлович Свердлов? Я возглавлял Свердловскую область и Свердловский обком партии, но о том, кто такой Свердлов, я почти ничего не знаю». И в течение 40 минут я рассказывал Ельцину про обстановку того времени, про личность первого председателя ВЦИК Якова Свердлова, то есть про то, что все уже знали (по крайней мере из газетных и журнальных публикаций), а он почему-то не знал. Оказалось, что он человек, совершенно невежественный по отношению к прошлому. Меня это не очень удивило: они почти все были такие, книг не читали, особенно по истории, социологии, политологии. У них не было времени на это, они читали докладные записки. Правда, Ленин читал, Сталин читал очень много, Путин читает много — это видно, но остальные лидеры страны, в том числе и Ельцин, книг не читали… 

Другой разговор, который состоялся уже в Верховном Совете СССР в конце 1989 года, произвел такое же впечатление. Он попросил меня рассказать о разнице между терминами «либерал», «радикал», «демократ». Видимо, к тому времени он уже не считал себя коммунистом и поэтому подбирал для своей политической позиции какое-то другое определение. Но каким должно было быть это определение, он тогда, похоже, не знал. Поэтому и наводил справки… 

Председатель Верховного Совета РСФСР Борис Ельцин и президент СССР Михаил Горбачев

 

Умелый популист 

На самом деле Ельцина тем, кем он стал, сделал Горбачев. В 1985-м Горбачев вызвал его в Москву, сначала рекомендовал его секретарем ЦК партии по строительству, потом предложил избрать первым секретарем Московского горкома партии — фактически сделал его первым лицом Москвы. И на этом посту Ельцину прощали очень многие проступки. Пока в октябре 1987-го он не решил выступить против самого Горбачева и его окружения. Причем сделал это неумело, вскоре публично раскаявшись в содеянном. Горбачев простил ему и это и, как потом сам вспоминал, вместо того чтобы отправить Ельцина куда-нибудь послом, назначил заместителем председателя союзного Госстроя. А позже — в разгар демократизации и гласности — и вовсе позволил Ельцину выдвинуться в народные депутаты СССР от Москвы, хотя, как говорят, обещал «в политику его больше не пускать»… 

Я присутствовал при избрании Ельцина председателем Верховного Совета РСФСР в конце мая 1990 года. Несмотря на бешеную популярность Ельцина в народе и на раскол среди коммунистов, у Горбачева еще были шансы остановить его «триумфальное шествие» во власть. Но против популярного Ельцина ЦК выдвинул очень слабого кандидата, совершенно не подготовленного ни в политическом, ни в культурном плане, — бывшего первого секретаря Краснодарского крайкома КПСС Ивана Полозкова. Однако даже в этой ситуации у Горбачева оставались козыри. В руках Политбюро ЦК КПСС имелось медицинское досье на Ельцина. Оно было секретным для всех, кроме высшего руководства. Несколько доверенных людей Горбачева передали мне его просьбу: выступить на съезде с тем, чтобы я мог высказать свое неблагоприятное мнение о Ельцине, а заодно обнародовать это досье. Из досье же совершенно ясно следовало, что Ельцин страдает чрезвычайным пристрастием к алкоголю. Сам Горбачев, видимо, испугался озвучивать заключение медиков. Но и я сказал, что озвучивать досье не буду: «Зачем я буду читать медицинское досье Ельцина, если оно секретно и мне по статусу недоступно? Очевидно же, что сам я его получить никак не мог, иначе как из рук Горбачева. Так пусть он сам и озвучивает». 

Горбачев же на это не решился. Вместо этого он собрал у себя в кабинете несколько десятков коммунистов, призывал их голосовать против Ельцина, но на Съезде народных депутатов так и не выступил. А в момент решающего голосования и вовсе улетел в загранкомандировку в США. В итоге Ельцин победил с минимальным перевесом. 

Так Горбачев сам себе вырастил политического противника, который во многих отношениях оказался сильнее его самого. Если не по уровню знаний, то уж по стремлению к власти, по решительности, по своим волевым качествам Ельцин, безусловно, превосходил Горбачева. В итоге он его переиграл, фактически смахнув с шахматной доски. 

В 1991-м, во время первых выборов президента России, усилия ЦК уже не могли ничего изменить, потому что за Ельциным стояла московская толпа. 

Он умел быть демагогом. В те годы он выступал очень умело, действовал как опытный популист. Шел, например, записываться на прием в обычную московскую поликлинику, но лечился все равно в Кремлевской больнице. Выходил из Кремля на Красную площадь и шел пешком — его приветствовали, женщины буквально вешались ему на шею. Еще бы! Политик такого уровня, а передвигается не на персональном автомобиле, а как все — на метро. А он доходил до станции метро, садился в черный лимузин и уезжал. Это была совершенно очевидная игра на публику! Так он завоевывал дешевую популярность — как борец с привилегиями. 

Думаю, курс на суверенитет России («освобождение России от диктата Союза», как он это тогда преподносил) был выбран с той же целью — приобрести дешевую популярность. И он ее приобрел, став первым президентом России. Но цена оказалась слишком высока… 

Президент РФ Владимир Путин и первый президент РФ Борис Ельцин. Май 2000 года

 

Pro et contra 

В целом я оцениваю его президентство очень отрицательно. Он хотел разрушить советскую систему, а вместе с ней разрушил огромную страну. Он ничего не понимал в экономических теориях, не разбирался в отличиях Чикагской и Гарвардской школ. Не понимали в этом особенно и Егор Гайдар, и другие «экономисты-реформаторы» ельцинского призыва. Но тем не менее он легко пошел на приватизацию, на либерализацию цен, на ликвидацию вкладов граждан. Он сам признавал в мемуарах, что хотел разрушить социалистическую модель хозяйствования, а вместе с ней разрушил российскую экономику. Все эти решения принимались единоличными указами Ельцина: в конце 1991-го он добился у Верховного Совета России чрезвычайных полномочий сроком на один год для проведения экономической реформы и получил их. В течение года он управлял не при помощи законов, а при помощи указов, и, когда этот срок завершился в конце 1992-го, оказалось, что страна уже в значительной степени разрушена. Когда парламент обратил на это его внимание, подвергнув жесткой критике итоги «реформ», Ельцин пошел на роспуск Верховного Совета, а затем и вовсе расстрелял из танков парламент, председателем которого еще недавно был сам. Он был разрушитель, а не созидатель. И управлял он не благодаря знаниям, а благодаря, как он сам говорил, «системе сдержек и противовесов», то есть противопоставляя одну группу людей из своего окружения другой, сталкивая их лбами, сталкивая их интересы. Поэтому я оцениваю его президентство очень отрицательно, оно принесло нашей стране огромный вред. 

К выборам 1996 года Ельцин пришел уже полной развалиной. Он по месяцу не появлялся в Москве. Было совершенно понятно, что управлять государством он не способен. В этом смысле он исчерпал себя еще за несколько лет до своего ухода в отставку. 

По большому счету я вижу только два позитивных поступка, совершенных Ельциным. Самое главное — он нашел в себе силы обеспечить передачу власти человеку иного склада, чем он сам. Владимир Путин не входил в ближайшее окружение Ельцина, но произвел на него сильное впечатление своей твердостью, своей решительностью, своей верностью. Например, в истории с Анатолием Собчаком, которого Путин помог вывезти за границу на лечение, фактически предотвратив его арест. Это вызвало у Ельцина глубокое уважение: Путин не мог не знать, что Ельцин не любил Собчака. Но он все-таки пошел на этот шаг и, рискуя карьерой, спас человека, которого считал своим учителем. Уже потом, когда Путин стал премьер-министром, Ельцин был поражен его успехами во время войны в Чечне. Благодаря Путину борьба с террористами пошла по совершенно иным правилам, чем прежде. 

Известно, что тогдашний президент США Билл Клинтон был страшно обеспокоен тем, что Ельцин выбрал своим преемником «человека из КГБ» — человека из разведки. И Клинтон несколько раз звонил по этому поводу Ельцину. Но тот проявил упрямство и не послушался советов со стороны. Он увидел в Путине человека с сильной волей, человека с мощным созидательным потенциалом, человека чести, который если дал слово, то его сдержит. Это был, на мой взгляд, единственно правильный выбор. С приходом Путина появилась надежда на то, что худшее для России уже позади. 

Уходя, Ельцин попросил прощения у граждан. Он не был похож на человека, который будет просить прощения, признаваться в совершенных ошибках. Но он все-таки нашел в себе силы для этого. 

 

 

Курьезы из жизни Ельцина 

Первый президент России отличался экстравагантным поведением. В этом проявлялся не только его характер, но и его политический стиль. 

 

Пассажир троллейбуса 

В декабре 1985 года, возглавив Московский горком КПСС, Ельцин стал завоевывать популярность необычными поступками. Он мог неожиданно нагрянуть в магазин, в поликлинику, пару раз, оставив свой персональный лимузин, проехался по улице Горького в 20-м троллейбусе. Слухи о демократизме Ельцина быстро распространились по столице. Один из таких троллейбусов ныне хранится в музейной экспозиции «Ельцин-Центра». 

 

Поперек рельсов 

В конце 1991 года Борис Ельцин пообещал «лечь поперек рельсов, если реформы приведут к повышению цен более чем в три-четыре раза». Вопреки обещаниям президента уже в январе 1992-го цены выросли более чем в 20 раз, но на рельсы он так и не лег.

 

 

 

«Костикова за борт!» 

В 1994 году во время визита в Красноярск Ельцин отправился на теплоходную прогулку по Енисею. Президента раздражали шутки пресс-секретаря Вячеслава Костикова. Ельцин скомандовал: «Костикова за борт!» Пресс-секретаря бросили в реку, после чего, выловив из воды, угостили горячительным, «чтобы не простудился». 

Дирижер полицейского оркестра 

31 августа 1994 года в Берлине Ельцин оживил торжественные мероприятия по случаю вывода российских войск из Германии. Играл немецкий полицейский оркестр. Ельцин вырвал у дирижера палочку и, к удивлению канцлера Гельмута Коля, принялся энергично дирижировать. А потом нетвердым голосом запел «Калинку». Художества российского президента транслировали в прямом эфире все мировые СМИ. «Сорвался. Тяжесть отпустила после нескольких рюмок» — так объяснял Ельцин свое поведение в мемуарах. 

 

Проспал Ирландию 

На 30 сентября 1994 года, во время остановки самолета президента России, возвращавшегося после визита в США, в ирландском аэропорту Шеннон были запланированы переговоры Ельцина с премьер-министром Ирландии Альбертом Рейнольдсом, который встречал высокого гостя у трапа. Сорок минут с «борта № 1» никто не спускался, а потом к ирландцам вышел… первый вице-премьер Олег Сосковец, объяснивший, что Ельцин устал и переговоров на высшем уровне не будет. «Скажу честно: проспал! А охрана не разбудила», — заявил журналистам изрядно помятый президент России, когда прибыл в Москву. 

 

Побег за пиццей 

Президент США Билл Клинтон в беседе с журналистом Тейлором Бранчем, опубликованной в 2009 году, утверждал, что во время визита в США в 1995-м Ельцин решил, убежав от охраны, отведать пиццу в одном из заведений Вашингтона. Американские спецслужбы обнаружили полуголого президента России на Пенсильвания-авеню, возле Белого дома. Там путешественник пытался поймать такси. 

 

Предвыборные танцы 

В ходе президентской предвыборной кампании 1996 года в Ростове-на-Дону певец Евгений Осин участвовал в проходившем на стадионе концерте в поддержку Ельцина. В разгар концерта на сцене появился и сам Ельцин. Он обратился к публике с зажигательной речью, а потом, попросив музыкантов «подыграть», пустился в пляс. Предвыборный тур по стране окончился для Ельцина переизбранием и очередным инфарктом. 

 

«Девальвации не будет. Твердо и четко» 

14 августа 1998 года, во время визита в Великий Новгород, президент Ельцин так ответил на вопрос корреспондента «Интерфакса»: «Девальвации рубля не будет, это я заявляю твердо и четко. Я тут не фантазирую, это все просчитано». Через три дня, 17 августа, правительство объявило дефолт, курс национальной валюты упал с 6 до 9–10 рублей за доллар, а к январю — до 21 рубля. 

 

«Не так сели» 

5 мая 1999 года, на заседании оргкомитета по подготовке встречи третьего тысячелетия, Ельцин, прервав свою речь, неожиданно обвел присутствующих тяжелым взглядом и произнес: «Не так сели. Степашин — первый зам. Исправить! Сергей Вадимович, пересядьте!» Только что назначенный первым вице-премьером Сергей Степашин занял кресло рядом с премьером Евгением Примаковым. Через неделю Примаков был отправлен в отставку, а Степашин назначен председателем правительства. 

Фото: РИА «Новости»

Читайте дальше