Реликвия дома Зорге

Александр Куланов

«ТАСС. 20 ноября 2019 года, 16:31. Москва. Министр обороны Сергей Шойгу принял от директора Службы внешней разведки Сергея Нарышкина настенную карту Юго-Восточной Азии, которая была привезена разведчиком Рихардом Зорге в Японию в сентябре 1933 года и размещалась в его рабочем кабинете. Торжественная церемония передачи исторической реликвии прошла в Национальном центре управления обороной РФ.

Шойгу выразил Нарышкину искреннюю благодарность за передачу карты, которой разведчик пользовался во время своей деятельности. Министр отметил, что собранные группой Зорге сведения сыграли важную роль при планировании операций Красной армии на начальном этапе Великой Отечественной войны и оказали серьёзное влияние на принятие стратегических решений.

"Есть информация, что Зорге одним из первых оповестил о дне начале войны. Это, конечно, большая заслуга. Но главная его заслуга заключается в том, что он позволил за счёт своей информации, разведывательной информации, нашим вооружённым силам, нашей стране перебросить огромное количество войск с Дальнего Востока, с восточного направления под Москву. И именно это позволило одержать, пожалуй, первую и, может быть, одну из основных побед в Великой Отечественной войне", — сказал он.

Министр обороны напомнил, что 7 ноября исполнилось 75 лет со дня смерти легендарного разведчика. "В мае во время визита в Японию я возложил цветы на его могилу в знак памяти о всех разведчиках, которые отдали жизнь за Великую Победу", — добавил Шойгу.

По данным российского военного ведомства, вплоть до своего ареста в Токио 18 октября 1941 года Зорге постоянно пользовался этой картой Юго-Восточной Азии в повседневной работе, в том числе при составлении донесений в Москву. Известно, что в ходе обыска, проводившегося подразделением японской полиции, из квартиры разведчика были изъяты все его личные вещи. Вместе с тем возглавлявший расследование сотрудник токийской прокуратуры Мицусада Ёсикава эту карту к материалам дела не приобщил. Многие годы карта хранилась в доме Ёсикавы в качестве семейной реликвии, а после его смерти была подарена семье его друга — Ёсио Сига, известного коммунистического деятеля послевоенной Японии».

 

Не только карта

К этому пространному сообщению ТАСС мало что можно добавить, но кое-что всё-таки найдётся. Прокурор Ёсикава Мицусада (в странах Дальнего Востока принято писать фамилию перед именем, и Ёсикава как раз фамилия) действительно вёл следствие в отношении главных членов группы Зорге, а потом выступал — уже в качестве свидетеля — в ходе разбирательства американских разведывательных и судебных органов по тому же делу. Рано утром 18 октября 1941 года Ёсикава лично присутствовал при аресте Рамзая и обыске его дома.

О самом обыске мы знаем не очень много. Известно, что в его ходе был изъят германский «Статистический ежегодник», который служил ключом для шифра советской разведгруппы, около тысячи томов библиотеки Зорге, посвящённой главным образом истории и экономике Японии (арестованный резидент потом шутил: «Мне жаль полицейских,  которые обыскивали мой дом, им пришлось перетряхнуть каждую книгу в моей обширной библиотеке»), и все документы. Но вот спустя 78 с лишним лет выясняется, что из дома было вынесено практически всё, включая некоторые предметы меблировки, и далеко не всё потом в дом вернулось. В общем-то, обычное дело, хотя… Некоторую пикантность ситуации придаёт тот факт, что это «не всё», судя по всему, не было оприходовано ни в прокуратуре, ни в полиции, а самым незаметным образом переместилось в частные дома других людей.

Неизвестно, раскатывал ли потом кто-нибудь по Токио на мини-автомобильчике «советского Джеймса Бонда» (так уже после войны окрестили Зорге бойкие журналисты), но в креслах, изъятых из дома советского разведчика, семья прокурора Ёсикавы ещё долго коротала послевоенные вечера — не пропадать же добру? Лишь когда невостребованная мебель совсем пришла в негодность, её отправили в утиль. Но что-то и сохранилось. В 2015 году в одном из букинистических магазинчиков Токио был продан поздравительный адрес на имя Зорге по случаю его 40-летия, подписанный рейхсминистром иностранных дел Иоахимом фон Риббентропом с приложением его же парадного фотопортрета. Откуда он взялся спустя ровно 80 лет? В некоторых учебных заведениях Японии, порой бесконечно далёких от Токио, хранятся реликвии, имеющие непосредственное отношение к делу Зорге, например, записки, отправленные им уже из тюрьмы. Как они там оказались? Ходят слухи, совершенно в стиле рыбаковской «Бронзовой птицы», о некоей вазе, в которой была обнаружена записка от Зорге и которая тоже — вроде бы — стоит у кого-то дома. Теперь вот карта...

 

Можно всё посмотреть?

На первый взгляд это кажется довольно странным, но мы должны быть благодарны японским силовикам времён Второй мировой войны. Ведь если бы тот же Ёсикава и некоторые чиновники не прихватили бы себе на память по одной (или не одной) реликвии из дома Зорге, этих бесценных для нас вещей мы могли бы и вовсе не увидеть. Сам дом сгорел во время одной из американских бомбардировок Токио, как сгорели, по уверениям официальных властей, и его библиотека, и рукопись неоконченной книги, и оригиналы его показаний, данных на следствии. То, что осталось, уцелело по большому счёту случайно. Однако даже из того немногого, что пережило пожары 1945 года, мало что дотянуло до наших дней, как те самые кресла, о которых мне рассказал один японский зоргевед. Карта, полученная министром обороны РФ в ноябре 2019 года, до передачи её одному из российских дипломатов тоже когда-то хранилась то у него, то у его коллеги. Хранилась на полке, сложенная во много раз, со сгибами, без оригинального чехла, который существовал, но поистёрся и отправился вслед за креслами.

Японская подруга Зорге Исии Ханако, оказавшись первый раз у него дома в 1936 году, после войны вспоминала обстановку: «На столе стояла печатная машинка, рядом лампа, здесь же были разбросаны книги, бумаги, печати. В нише токонома висел свиток и стояли цветы, а заодно в ней хранились портативный патефон и книги. По соседству на стеллажах и в выдвижных ящиках стояли книги, часы, лежал фотоаппарат. И повсюду, включая стены и фусума, сплошняком висели карты, карты...»

Вышло так, что одна из этих карт, совсем не секретная, всю свою жизнь оказывалась доступна довольно узкому кругу лиц. Сначала на неё смотрели Зорге и те, кто бывал у него дома. Потом — его последние посетители: японский прокурор и полицейские, позже — местные коммунисты и зоргеведы. Теперь эту карту можем увидеть мы: с начала года она входит во временную экспозицию, посвящённую 75-летию Великой Победы, развёрнутую в Музее современной истории России в Москве. Остаётся ждать и надеяться, что выставка окажется долговременной, и карта не забудется в запасниках и не останется навечно в Зале боевой славы военной разведки, где её смогут видеть только бывшие и будущие «зорге».

 

Карта разведчика (справка ТАСС)

«Карта Юго-Восточной Азии на английском и японском языках JAVA-CHINA JAPAN LYN изготовлена британской компанией Edward Stanford Ltd. Размер карты в рамке — 120x94 см, масса — около 10 кг.

Карта публиковалась по заказу голландской судоходной компании JAVA-CHINA LAPAN LYN (Так в документе. А.К.), осуществлявшей пассажирские и грузоперевозки в Юго-Восточной Азии с 1902 года.

По оценкам специалистов, карта была изготовлена в период с 1924 по 1932 год, так как острова Сайпан и Палау, присоединённые к Японской империи в 1919 году, указаны как японская территория. В то же время Маньчжурия, превращённая под японским воздействием в 1932 году в марионеточное государство Маньчжоу-го, ещё не выделена в отдельную государственную единицу. Кроме того, на карте указана Монголо-Бурятская Республика, образованная в 1923 году.

Впечатанные жирные голубые линии представляют собой основные торговые маршруты того времени между Японией, Китаем, Явой и Голландской Ост-Индией. Тонкими синими линиями выделены Китайско-Восточная железная дорога, Транссибирская магистраль и Южно-Маньчжурская железная дорога, по которым осуществлялась доставка грузов из Европы через Советскую Россию в Китай».

 

 

 

 

Читайте дальше