Гроссмейстер контрразведки

Андрей Ведяев

Система государственной безопасности включает в себя целый ряд важнейших направлений, среди которых можно выделить такие, как внешняя разведка, контрразведка и охрана руководителей государства. Все эти службы взаимосвязаны, хотя удельный вес каждой из них менялся в различные периоды истории.

Например, накануне и в ходе Великой Отечественной войны доминирующую роль в обеспечении государственной безопасности играла контрразведка в лице двух её основных органов: 2-го Управления НКВД-НКГБ под руководством Петра Федотова, подчинённого наркому внутренних дел Лаврентию Берия и наркому госбезопасности Всеволоду Меркулову соответственно, и Главного управления контрразведки (ГУКР) «Смерш» под руководством Виктора Абакумова, подчинённого непосредственно наркому обороны Иосифу Сталину. Наряду со своими прямыми функциями по противодействию шпионажу, диверсантам противника и перекрытию каналов утечки военных секретов контрразведка в тот период обеспечивала поступление значительной части важнейшей разведывательной информации и участвовала в охране первых лиц государства. Например, именно благодаря контрразведчикам Федотова, проникавшим весной 1941 года в посольства Германии и её сателлитов в Москве, Сталин получал достоверную информацию о подготовке нацистов к нападению на Советский Союз (отметим, что в этих операциях активно участвовал Николай Кузнецов, сотрудник Федотова, ставший впоследствии легендарным разведчиком и Героем Советского Союза в составе 4-го Управления НКВД-НКГБ Павла Судоплатова). И именно сотрудники Федотова обеспечивали безопасность при проведении конференций лидеров трёх стран Иосифа Сталина, Уинстона Черчилля, Франклина Рузвельта и Гарри Трумэна в Тегеране, Ялте и Потсдаме. Ну а относительно проникновения сотрудников «Смерша» в разведшколы и разведцентры противника написаны многочисленные книги и сняты прекрасные фильмы.

Майор Григорий Григоренко. 1944 год

 

Никита Хрущёв, как известно, в отличие от своих предшественников спецслужбы не жаловал, боялся их, всячески старался унизить, урезать права и сократить их численность. Особенно это касалось контрразведчиков. Были закрыты почти все учебные заведения КГБ. Прекратили своё существование городские и районные органы. В ходе проводимой переаттестации абсолютное большинство сотрудников было понижено в званиях. Им уменьшили зарплаты. В этот период гонениям и репрессиям подверглись сотни заслуженных чекистов, в том числе Абакумов, Федотов и Судоплатов. Советская контрразведка оказалась в значительной степени ослаблена и уже с трудом справлялась с усиливающейся деятельностью западных спецслужб.

Ситуация стала меняться только с назначением председателем КГБ при СМ СССР Юрия Андропова. Началось всё со звонка Андропова полковнику Григорию Григоренко, которого Юрий Владимирович хорошо знал по событиям в Венгрии. «Что ты не заходишь?» такими словами начал разговор Андропов. В результате 18 ноября 1969 года полковник Григоренко был назначен первым заместителем начальника Второго Главного управления (контрразведка) КГБ при СМ СССР. 17 декабря 1969 года его произвели в генерал-майоры и через год, 2 сентября 1970 года, назначили начальником легендарного Второго главка. Именно с этого момента контрразведка начала переживать бурный подъём, а период с сер. 1970-х до сер. 1980-х годов по праву называют золотым десятилетием советской контрразведки.

Григорий Григоренко на 60-летии Юрия Андропова. 1974 год

 

Григорий Фёдорович Григоренко родился 18 августа 1918 года в городе Зенькове Полтавской области. Когда ему исполнилось 8 лет, умер отец. На руках матери осталось трое малышей. Жизнь заставила Григория рано включиться в трудовую деятельность: пасти скот, работать на деревообрабатывающем комбинате, ремонтировать обувь. Однако ему удалось окончить семилетку и поступить на рабфак, а затем на физико-математический факультет Полтавского пединститута, после окончания которого он в 1939–1940 годах работал учителем в сёлах Фёдоровка и Степановка Полтавской области.

В 1940 году Григоренко призвали в армию и уже в ноябре направили в органы военной контрразведки. Он стал помощником оперуполномоченного Особого отдела 151-й стрелковой дивизии. В марте 1941 года его перевели в Особый отдел 4-й воздушно-десантной бригады, дислоцировавшейся в Конотопе. В её составе он и оказался на Юго-Западном фронте, где 18 августа 1941 года был тяжело ранен. После госпиталя его направили в Особый отдел 14-й сапёрной бригады на Сталинградский фронт. Там в августе 1942 года он выезжал в УНКВД по Сталинградской области для оказания помощи в работе по созданию агентурно-оперативных позиций с целью использования их в тылу немецких войск. В том же году Григоренко прошёл трёхмесячные курсы при Высшей школе НКВД СССР по подготовке руководящего состава для работы на освобождаемой от немецких оккупантов территории. После их окончания он служил уже в центральном аппарате контрразведки в 1-м (немецком) отделе 2-го Управления НКВД СССР.

В 1943 году хорошо зарекомендовавший себя молодой контрразведчик попал на передний край интеллектуальной борьбы. Он стал одним из четверых оперативных работников, в задачу которых входила организация работы по использованию захваченных вражеских агентов в радиоиграх с немецкими разведорганами. На базе этой группы в 3-м отделе ГУКР «Смерш» было создано 2-е отделение, которое отвечало за радиоигры с противником. Руководил отделением талантливый контрразведчик Дмитрий Тарасов. Всего за годы войны контрразведка «Смерш» совместно с территориальными органами госбезопасности при прямом участии Григоренко и других сотрудников отделения провела 181 радиоигру. Их целью являлись дезинформация немецкого командования, проникновение в агентурные сети немецких спецслужб, выявление и ликвидация их агентуры и получение информации о планах немецкого военного командования.

Один из примеров таких радиоигр операция «Туман» по разоблачению и срыву плана убийства Сталина, разработанного немецким разведывательно-диверсионным органом «Цеппелин» (нем. Unternehmen Zeppelin) внешней разведки службы безопасности СД (VI отдел РСХА). В отличие от военной разведки Абвер на «Цеппелин» возлагались задачи политической разведки, диверсионно-террористической деятельности и создания сепаратистских национально-повстанческих движений в советском тылу.

В своих мемуарах шеф VI отдела РСХА бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг пишет, что летом 1944 года его вызвал к себе министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп и заявил о необходимости ликвидации Иосифа Сталина. Затем состоялся разговор с рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером, который возложил выполнение операции на органы «Цеппелина». На роль киллера выбрали уроженца Черниговской области, выходца из кулаков Петра Шило, осуждённого за растрату казённых денег, но бежавшего и скрывавшегося в Воронежской области. Взяв фамилию жены и став Гавриным, он поступил в Воронежский юридический институт и был принят на должность старшего следователя в воронежскую прокуратуру. Через год он перебрался в Киев, где был арестован, этапирован в Воронеж, но вновь бежал, скрываясь в Уфе. В 1940 году он изменил фамилию на «Таврин», перебрался в Свердловск и устроился там на работу в трест «Уралзолото», откуда был призван в Красную армию. Попав на фронт офицером, он отличился в боях на Калининском фронте. За это дважды был представлен к ордену Красной Звезды. Но в мае 1942 года Тавриным заинтересовался Особый отдел, после чего подо Ржевом Таврин ушёл к немцам.

Пройдя подготовку по индивидуальной программе во Пскове, Таврин, по легенде, становится Героем Советского Союза, майором, заместителем начальника отдела контрразведки «Смерш» 39-й армии 1-го Прибалтийского фронта. В пару он получил жену и радистку Лидию Адамчик (Шилову), младшего лейтенанта того же отдела «Смерш». Таврин должен был ликвидировать Сталина при помощи портативного гранатомёта «Панцеркнакке», который крепился на руке террориста и пробивал бронированную плиту с расстояния около 300 м.

5 сентября 1944 года с рижского военного аэродрома взлетел самолёт Arado 232 B-05, который приземлился в Кармановском (ныне Гжатском) районе Смоленской области. Из самолёта выкатили мотоцикл, на котором Таврины поехали на восток. Однако самолёт при посадке получил повреждение, и лётчики решили его взорвать. Взрыв привлёк внимание районного отделения НКВД, двое немецких пилотов были захвачены и дали показания. В результате этого Тавриных задержали недалеко от Смоленска и доставили в Москву. По другой версии, контрразведке «Смерш» было заранее известно о засылке двух диверсантов, и район приземления оперативно перекрыли.

Таврин на допросах дал согласие на сотрудничество. Было принято решение начать радиоигру, проведение которой поручили капитану Григоренко под руководством начальника 4-го (зафронтового) отдела ГУКР «Смерш» полковника Георгия Утехина. Общее руководство операцией возглавил начальник ГУКР «Смерш» комиссар ГБ 2-го ранга Виктор Абакумов.

27 сентября 1944 года Шилова под контролем Григоренко передала первую шифрограмму, содержащую информацию о якобы успешном прибытии диверсантов по месту назначения. 25 октября из Германии пришёл ответ с просьбой указать координаты, где остались самолёт и экипаж. В Германию ушло сообщение: «Нахожусь в пригороде Москвы, посёлок Ленино, улица Кирпичная, 26. Сообщите, получили ли моё дополнение о высадке. Ещё раз прошу, чтобы со мной работал опытный радист. Передавайте медленно. Привет всем. Л.П.».

Практически сразу последовал ответ: «Вашей задачей является прочно обосноваться в Москве и подготовить проведение поставленной вам задачи. Кроме того, сообщать о положении в Москве и Кремле». Так началась операция под кодовым названием «Туман». Несколько месяцев Григоренко водил за нос немецкие спецслужбы. Берлин торопил Таврина, тот отправлял телеграммы, что дело продвигается: «В час испытаний заверяю преданности делу. Буду добиваться выполнения поставленных мне задач и жить надеждой победы». В январе 1945 года Таврины получили радиограмму «Пётр и Лида... мы победим. Может быть, победа ближе, чем мы думаем. Помогайте и не забывайте нашу клятву. Краус».

Радиоигра «Туман» продолжалась вплоть до капитуляции Германии. Впоследствии один из высокопоставленных чиновников РСХА утверждал, что органы «Цеппелина» придавали Таврину исключительное значение. Его считали «крупным номером», которому предстояло обеспечить «Цеппелину» большие почести и широкие полномочия.

После окончания операции всех её участников представили к правительственным наградам, а Григоренко помимо всего прочего стал признанным асом радиоигр. Он всегда рассматривал эту операцию как пример противостояния интеллектов двух сильнейших спецслужб, в котором «Смерш» продемонстрировал своё полное превосходство.

После войны Григоренко продолжил службу в военной контрразведке, затем вновь служил под руководством генерал-майора Утехина в 1-м Управлении МГБ СССР (внешняя контрразведка). После этого он перешёл во Второй главк контрразведку, где стал заместителем начальника 3-го, а затем 5-го отдела (контрразведка против стран Западной Европы). В марте 1954 года полковника Григоренко командировали в Венгрию в качестве заместителя старшего советника КГБ. Здесь по его инициативе были реализованы некоторые новые формы осуществления совместных мероприятий с венгерскими спецслужбами по вербовке агентов из числа иностранцев, проникновения к шифрам и секретным материалам западных стран. Во время работы в Венгрии Григоренко близко познакомился с Андроповым, бывшим в то время послом СССР в Венгрии. Во время октябрьских событий 1956 года Григоренко оказался в составе колонны, которая попала под артиллерийский обстрел. Он получил множественное осколочное ранение в голову, после чего долго лечился во львовских и московских госпиталях.

Всесоюзное совещание руководящих работников КГБ СССР. Григорий Григоренко второй справа

 

В 1959 году полковник Григоренко получил новое назначение. Он стал заместителем начальника службы активных мероприятий Отдела «Д» (дезинформация) ПГУ КГБ СССР (внешняя разведка), которым руководил легендарный Иван Агаянц. В 1963 году по инициативе Григоренко на базе 14-го отдела ПГУ была создана Служба № 2 (внешняя контрразведка), то есть контрразведка за пределами нашей страны. Её полковник Григоренко возглавлял до ноября 1969 года, после чего последовало его возвращение во Второй главк контрразведку.

Генерал-майор Валерий Красновский

 

Одним из учеников Григория Григоренко был начальник 4-го Управления ФСБ России генерал-майор Валерий Красновский. Я попросил Валерия Ивановича, который близко знал Григория Фёдоровича, рассказать об этом великом мастере контрразведывательного искусства.

Генерал-полковник Григорий Фёдорович Григоренко долгие годы был соратником, а затем и заместителем Юрия Владимировича Андропова. Человек незаурядный, широко эрудированный, энергичный, с аналитическим складом ума, глубоко исследовавший каждую возникающую проблему, абсолютно не признававший наличие мелочей в оперативной работе, требовательный, жёсткий руководитель, не терпевший даже мелких нарушений законности и чекистской дисциплины. Григоренко создал высокопрофессиональный коллектив единомышленников, сорвавший многочисленные операции западных спецслужб, работавших против СССР. Он нанёс им ощутимые потери, украсив историю органов государственной безопасности истинными образцами чекистского мастерства. Многие из оперативных дел, которыми руководил Григорий Фёдорович, послужили основой для вышедших в нашей стране фильмов и книг. Можно отметить такие из них, как «Путь в „Сатурн“» — художественный фильм по документальной повести Василия Ардаматского «„Сатурн“ почти не виден» и «ТАСС уполномочен заявить…» — многосерийный художественный фильм, снятый по одноимённому роману Юлиана Семёнова.

В телефильме «ТАСС уполномочен заявить» Михаил Глузский сыграл роль генерала Фёдорова. Его прототипом был Григорий Григоренко

 

Валерий Иванович, а какие человеческие качества Григория Фёдоровича вы бы отметили?

Прежде всего это пунктуальность и точность, граничащие с педантичностью. Верность раз и навсегда заведённому порядку. Вместе с тем эти качества не подавляли в нём творческого начала. Всегда доброжелательный к подчинённым, он очень жёстко требовал выполнения всех своих приказов и распоряжений. Никому и в голову не приходила мысль, что можно упрощённо отнестись к выполнению его указаний. Он редко повышал голос, почти никогда не перебивал, как правило, молча, достаточно пристально смотрел в глаза докладывающего. Соврать, уйти в сторону было немыслимо.

Вероятно, эти черты его характера, суровая жизненная школа и физико-математическая подготовка и привели к разработке знаменитой «Системы комплексных взаимосвязанных оперативных мер управления всеми элементами контрразведывательного процесса», которая в основных чертах используется и в наше время?

В результате разработанной под руководством Григоренко системы мер разоблачалось по несколько агентов иностранных разведок в год, как правило, глубоко законспирированных. Среди них сотрудник МИДа СССР Александр Огородник, инженер кафедры физики одного из вузов Москвы А. Нилов, техник одного из научно-производственных объединений Ленинграда В. Калинин, сотрудники ГРУ Анатолий Филатов и Евгений Иванов, работник авиационной промышленности Петров, сотрудник КГБ Армении Норайр Григорян, сотрудник Аэрофлота Каноян, представитель Минхимпрома Московцев, научный сотрудник Бумейстер, работник Внешторгбанка СССР Крючков и другие. Были схвачены с поличным и выдворены из СССР сотрудники ЦРУ супруги Крокетт, Марта Петерсон и Ричард Осборн, работавшие в Москве под дипломатическим прикрытием. Были проведены десятки контрразведывательных операций по проникновению в спецслужбы западных стран.

И тем не менее 1 августа 1983 года Григоренко перевели на должность заместителя министра общего машиностроения СССР курировать безопасность ракетно-космической отрасли. Что могло послужить причиной такого решения?

После перехода на работу в ЦК КПСС Андропова со стороны нового руководства КГБ по отношению к начальнику Второго главка генерал-полковнику Григоренко почувствовался некоторый холодок. В 1983 году его вызвал к себе председатель КГБ СССР Виктор Михайлович Чебриков и объявил ему, что есть мнение перевести его на другое место работы под предлогом того, что Григоренко руководит Вторым главком уже 13 лет и до него контрразведку так долго никто не возглавлял. Из девяти оборонных министерств Григоренко выбрал Министерство общего машиностроения СССР, то есть ракетно-космическую отрасль в период максимального со времени Карибского кризиса ядерного противостояния с США, которые объявили о создании Стратегической оборонной инициативы (СОИ). Министром общего машиностроения СССР был Олег Дмитриевич Бакланов. Под его руководством Григорий Фёдорович продолжил реализацию своего системного взгляда на безопасность и создание систем защиты и противодействия американским спецслужбам. После развала Союза, работая советником генерального директора АО «Рособщемаш», а затем в ОАО «Корпорация Рособщемаш» с 1992 года и до своего ухода из жизни в 2007 году, Григорий Фёдорович реализовал целый комплекс мер, направленных на предотвращение расхищения и вывоза за рубеж государственных секретов.

ГКНПЦ имени М.В. Хруничева. Григорий Григоренко восьмой слева 

 

И это несмотря на личное горе, постигшее его в этот период.

Григорий Фёдорович был, без приуменьшения скажем, исторической личностью и мужественно переносил многочисленные удары судьбы, выпавшие на его долю. Главным для него всегда было дело, за которое он боролся. Поэтому в силу самой специфики профессии контрразведчика и непростой судьбы у него было очень мало близких друзей. Особое место в его жизни занимали супруга Татьяна Дмитриевна и сыновья Виктор (1940 года рождения) и Александр (1945 года рождения). В 1995 году неожиданно умер Виктор Григорьевич, полковник ГРУ, а в 1996 году Александр Григорьевич, подполковник внешней разведки. Оба ничем не болели, ни на что не жаловались, были здоровыми крепкими ребятами. Татьяна Дмитриевна не пережила такого горя и ушла из жизни в 1997 году. Это был самый тяжёлый период в жизни Григория Фёдоровича, и я старался навещать его дома как можно чаще, чтобы поддержать. Мы подолгу беседовали и о нашем прошлом, и о текущих делах. Григорий Фёдорович часто вспоминал Петра Мироновича Машерова, первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии и одного из руководителей партизанского движения на территории Белоруссии в годы войны,  выдающегося, по его мнению, человека, с которым они были в очень близких отношениях. При первом знакомстве в Минске, где я тогда работал заместителем начальника управления, они проговорили пять часов. Пётр Миронович открыл руководителю контрразведки страны целый пласт скрытой борьбы с засылаемой в партизанские отряды агентурой Абвера и СД, которая готовилась в различных «школах гестапо» на оккупированной территории Белоруссии. Этого нельзя было прочесть ни в одной книге, ни в одном очерке. К сожалению, и здесь произошло несчастье: 4 октября 1980 года 40 лет назад Петра Мироновича не стало в результате трагического несчастного случая. Следует отметить, что именно благодаря Григорию Фёдоровичу бережно сохраняются славные страницы истории контрразведки. В марте 2000 года по его инициативе была зарегистрирована Ассоциация ветеранов контрразведки «Веткон», которая успешно работает и сегодня, и где находится мемориальный кабинет её создателя — генерал-полковника Григория Фёдоровича Григоренко.

Поразительно то, что Григорий Фёдорович, возглавив «Веткон», продолжал работать консультантом в Рособщемаше. И это несмотря на возраст и состояние здоровья.

Масштаб личности Григория Фёдоровича Григоренко и его вклад в историю ещё ждут своей объективной оценки. При этом, по воспоминаниям тех, кто работал рядом с ним и в органах госбезопасности, и на «гражданке», его всегда отличали такие черты, как скромность, доброжелательность, стремление помочь ближнему. Работая в Рособщемаше, он постоянно принимал многих из своих бывших коллег, включая руководителей различных структур КГБ СССР и ФСБ России. В свои уже немолодые годы Григорий Фёдорович ездил на работу в общественном транспорте. По воспоминаниям сослуживцев, в метро он уступал место пожилой или беременной женщине, или старику, помогая им при этом сесть или подержать их вещи. Принимая друзей у себя дома, Григорий Фёдорович всегда сам ходил в магазин, готовясь к их встрече, при этом помнил до мелочей их вкусы и привычки.

Руководство КГБ СССР. Григорий Григоренко третий слева во втором ряду 

 

Мы надеемся, что имя Григория Фёдоровича Григоренко, который прошёл большой путь от помощника оперуполномоченного до заместителя председателя КГБ СССР, будет по достоинству оценено будущими поколениями историков и патриотов нашей страны и навсегда войдёт в золотой фонд истории отечественных спецслужб. Ведь его боевой опыт и знания основ и нюансов оперативной работы были на голову выше большинства руководителей КГБ позднего периода. Это был профессионал высочайшего уровня. Настоящий гроссмейстер «Большой игры». С его уходом ушла живая частица эпохи, унёсшая с собой многие тайные аспекты и секреты периода жесточайшего противостояния двух систем с различным общественным строем, периода расцвета советской госбезопасности и её больших побед. К сожалению, этот период остаётся по-настоящему неозвученным и нераскрытым для большинства граждан нашей страны, особенно для подрастающего поколения. И наша задача  сделать всё, чтобы рассказать правду о тех, кто стоял на страже права наших граждан на свободу, независимость и созидательный труд.

Читайте дальше