Вокруг Маслова болота

Олег Будин

Неподалёку от Москвы есть край, который издавна интересует археологов. 

В школьные годы, в сер. 1970-х, я случайно попал на раскопки в местечке между Электросталью и Купавной (восточное Подмосковье), где на обширной территории были обнаружены стоянки первобытных людей IV–II тысячелетий до н. э. Мы с одноклассниками прибыли на полустанок «43 км», откуда нас повели в сторону Маслова болота к белевшей невдалеке берёзовой роще. На опушке бульдозером была расчищена площадка, по краям высились завалы из деревьев, а на изорванной техникой земле копошились археологи с лопатами в руках. От них нам навстречу направился мужчина в строительной спецовке, привычно шагая в кирзовых сапогах по торфянику. В его походке чувствовалась уверенность человека, от которого здесь зависит всё. Он подмигнул нам, вздёрнув подбородок:

— О, сколько вас! Помощники нам нужны.

Наша задача заключалась в том, чтобы помочь специалистам снять верхний слой земли, но глубже ни в коем случае не лезть, ибо по неопытности мы могли навредить делу. Если же кто и найдёт что-то необычное — сразу звать археологов. Надежда отыскать в земле какую-нибудь древность вдохновила нас, и мы дружно схватились за лопаты. Впрочем, пыл вскоре остыл, поскольку в верхнем грунте совершенно ничего не попадалось.

Руководитель раскопок, заметив смену настроения, подошёл к нам и как бы между прочим стал рассказывать всякие вещи, связанные с археологией. Присев на корточки, он показал рукой вдаль:

— Ребята, а знаете, что здесь когда-то были озёра? Очень много — да, да. Почти сплошь! За тысячи лет они постепенно заросли и высохли. Но гляньте вокруг — легко заметить, где они были. Вот тут поверхность земли ровная — тут была вода. А там, видите, там и там бугры — это были острова. На них первобытные люди ставили свои хижины, разводили костры, ловили рядом рыбу… И мы находим в земле… Много чего находим.

Такие рассказы подогревали интерес, и мы с новой надеждой начали ковырять землю, правда, так ничего и не нашли. Однако археологи сделали нам памятные подарки, и я привёз домой свои первые экспонаты: осколки глиняной посуды, скребок для обработки шкур с окаменевшим жиром на острие и обломок каменного рубила, которым в древности люди пользовались вместо топора. Для науки всё это не представляло никакой ценности — таких находок пруд пруди, но для меня они стали настоящими реликвиями. Мне впервые в жизни посчастливилось прикоснуться к прошлому.

Маслово болото огромное — не сравнить, конечно, с Шатурскими и Мещёрскими, хотя всё это звенья одной цепи, одного водного бассейна. Болото давно почти пересохло, став региональным торфяником, и в нём с царских времён велись торфяные разработки, пусть и  залежи оказались не бог весть какими. И осталось только название. А ещё история возникших вокруг селений и городов.

Если не брать во внимание первобытные стоянки, то селения в более привычном для современного человека понятии здесь тоже возникли с незапамятных времён. Татаро-монгольское иго оставило после себя многочисленные пустоши. Но после Мамаева побоища началось возрождение: иногда на прежних местах, если они были пригодны для строительства жилищ, а иногда где-то поблизости. Вымершие пространства зарастали бурьяном и деревьями.

Когда-то через эти глухие и топкие места вёл на Казань свои полки Иван Грозный по той неведомой грунтовке, которая в дальнейшем стала называться Носовихинским трактом — ныне известное шоссе. Оно не такое прямое, как трасса Горьковского направления, поскольку петляет от одного населённого пункта к другому, зато вполне соответствует историческому духу: «Эх, ты русская дорога — семь загибов на версту».

По этой же местности в петровские времена гнали на каторгу стрельцов, и в мещёрские леса бежали раскольники, скиты которых находили там вплоть до 1930-х годов минувшего века. Однако это всё в общих чертах, а более подробно об истории нашего края становится известно из писцовых учётных книг.

Современный город Электроугли поглотил собой селения, основанные несколько сотен лет назад. Деревенька Сафоново — теперь улица Центральная. Растворились среди многоэтажек Васильево, Каменка. А у Каменки история особенная, и всё из-за старинного особняка, якобы связанного с самим Малютой Скуратовым. В народе до сих пор верят, будто под развалинами здания находились казематы, где пропадали неугодные люди, а под заросшим прудом, под толстыми плитами — глухая пыточная, соединённая с каменным домом подземным ходом.

На самом деле Каменка, основная застройка Электроуглей, именовалась сельцом Любимовским, которое сначала принадлежало родственнику матери Петра I А.С. Нарышкину. После же находилось во владении князей Волконских, где в нач. XVIII века стояли деревянный княжеский дом, сад и людские для крепостных. В 1770-х годах на месте вотчины возник трёхэтажный каменный особняк в стиле классицизма с монументально оформленным фасадом. Усадьба была обнесена каменной стеной, которую венчали две башни с бойницами. За усадьбой около парка крепостные вырыли большой пруд, устланный, по всей видимости, плитами, для того чтобы удержать уход воды в грунт. Все эти атрибуты усадьбы, когда она, обветшав, разрушилась, и послужили поводом к различного рода слухам.

У других селений история менее знаменитая, но не менее достойная в силу своей давности и неповторимости. Около Маслова болота на твёрдой суглинистой почве с незапамятных времён стояла деревенька Кудиново, известная из писцовых книг с 1585 года как Анкудиново. Здесь добывали глину, делали посуду. А в дальнейшем глина понадобилась для промывания сукна шерстяной фабрики, основанной в слободе Купавне в 1736 году купцом Бабкиным. Но буквально через сотню лет и Кудиново потеряло своё слободское значение. В 1820 году при владельце князе Юрие Долгоруком там начали строительство каменной церкви Покрова Богородицы, в которой и по сей день ведутся службы.

Из писцовых книг мы узнаём о другом селении в кудиновской округе. В северном направлении появляется деревенька Колунтаево с десятком дворов. Семью из них владел князь Василий Толстой, а четырьмя дворами обладал князь А.В. Хованский. Постепенно название Колунтаево трансформировалось в Колонтаево. В советское время в Колонтаеве расположился замечательный дом отдыха с огибающим его озером. Мне самому не раз доводилось там отдыхать, купаться, ловить рыбу — место живописное. У берега в заводях среди зелёных округлых листьев — жёлтые цветки кувшинок, где окуньки гоняют по поверхности воды очумевших от погони мальков, качаются на мелких волнах разомлевшие под солнцем чайки, а на противоположном берегу вдали простираются травянистые поля. Оттуда льются ласкающие слух трели жаворонков. Хотя сейчас пейзаж несколько портят построенные неподалёку многоэтажные кирпичные коттеджи.

С южной стороны Маслова болота на восток от современных Электроуглей появилось селение со смешным названием Храпуново. И это неудивительно: там был постоялый двор, так необходимый путникам на Носовихинском тракте. Теперь это железнодорожная станция Горьковского направления. Неподалёку от неё в советское время возник дачный посёлок имени Воровского. Впоследствии он стал посёлком городского типа с многоэтажными домами и оставшимся пока вдоль шоссе частным сектором.

В нескольких километрах от Храпунова по тракту выросло Есино, которое, по сведениям межевой канцелярии нач. XIX века, вместе с деревней Бабеево и селом Иванисовом (как ни странно, все названия почему-то среднего рода!) принадлежало князю Александру Одоевскому, члену декабристского Северного общества. После восстания в 1825 году он был сослан в Сибирь, лишён всех дворянских привилегий, а поместье перешло графине Е.С.Толстой.

Историческая деревня Иванисово, которая принадлежала когда-то князю Одоевскому, известна и тем, что стоит возле храма Казанской иконы Божией Матери. В документах говорится, что «издревле на погосте Черневе, что на речке Раменке, в дворцовой Куньевой волости стоял деревянный храм». На его месте, понятно, возвели затем каменный — это привычная история и для многих других церквей. А вот волость Куньева указывает на то, что здешние земли были покрыты дремучими лесами, где водились куницы. И ещё Иванисово с юго-восточной стороны как бы ограничивает наше Маслово болото, вокруг которого мы весь разговор вертимся. Однако болото остаётся болотом, а Иванисово — населённым пунктом, и обычно о селе говорят в привычном для людей понимании, что оно находится по пути от Электростали к Фрязеву. Но мне было важно показать тот исторический и пространственный ореол данного огромного района, простирающегося на десятки километров во все стороны. А Электросталь и Фрязево — это уже темы для других, не менее интересных историй.

 

Читайте дальше