Казус Чаушеску

Вадим Эрлихман, кандидат исторических наук

Румыния стала единственной страной Восточной Европы, где «бархатная» революция обернулась трагедией с сотнями жертв. До сих пор неясно, чем были события декабря 1989 года стихийным взрывом народного возмущения или искусно спланированным переворотом.

Ещё задолго до революции Румыния заметно отличалась от других стран социалистического содружества. Ставший в 1965-м её лидером Николае Чаушеску (с 1974 года — президент страны) отказывался идти в фарватере советской политики: он сохранял тёплые отношения с Китаем и Израилем, не поддержал ввод войск Варшавского договора в Чехословакию. В то же время оставался твёрдым сторонником социализма сталинского типа и негативно воспринял начавшуюся в СССР «перестройку». Посетивший Румынию в июне 1987 года секретарь ЦК КПСС Вадим Медведев докладывал коллегам: «В румынском руководстве настороженно или критически относятся к "перестройке" и обновлению в Советском Союзе. Чаушеску заявил, что обеспокоен возвращением в некоторых соцстранах к формам капиталистической собственности. Бросает он камни и в нашу сторону».

 

Социализм по-румынски

Скоро, однако, румынскому лидеру стало не до бросания камней в сторону Москвы — в его стране разгорелся масштабный кризис. Десятилетием раньше, в условиях взлёта цен на нефть и газ, Румыния решила модернизировать свою устаревшую нефтяную промышленность, чтобы вернуть статус крупного экспортёра этих ресурсов. Деньги брались в кредит у западных стран, но в сер.1980-х стоимость нефти резко упала, а кредиты — 22 млрд долларов — надо было возвращать. Чтобы не попасть в долговую кабалу, Чаушеску ввёл ради их выплаты режим жесточайшей экономии. Были подняты цены, урезаны льготы, введены карточки на основные продукты, но купить их всё равно было трудно даже в столице. Газ и электричество включали на несколько часов в день, и зимой люди замерзали в своих домах. Сотни «неперспективных» деревень были снесены бульдозерами, а их жителей переселили в бетонные бараки «агрогородов».

До поры терпеливые румыны — их характер даже породил пословицу «Мамалыга не взрывается» — копили недовольство, которое усугублялось культом личности Чаушеску. Заслуги стареющего лидера (в 1988 году страна отметила его 70-летие) восхвалялись всё более пышно, а его родственники получали всё большую власть — особенно самоуверенная и авторитарная жена Елена, ставшая заместителем премьер-министра. По любому подозрению в нелояльности членов румынской элиты лишали постов и отправляли в провинцию «понюхать навоза», как любил говорить Чаушеску — сын бедного крестьянина. Сам он предпочитал жить в столице, которую подверг масштабной реконструкции: целые кварталы центра были снесены для постройки помпезных административных зданий. На это власть денег не жалела, что тоже вызывало растущую критику.

Борясь с недовольными, режим Чаушеску опирался на Департамент госбезопасности МВД, или секуритате, — мощную репрессивную машину, имевшую тайных агентов повсюду. Однако число диссидентов постоянно росло; к ним присоединялись и уволенные функционеры, включая влиятельного идеолога партии Силвиу Брукана. По собственному признанию, он смог организовать заговор против Чаушеску, среди участников которого были бывший лидер румынского комсомола Ион Илиеску и командующий танковой бригадой Николае Милитару. Возможно, им сочувствовал и ставший недавно руководителем секуритате Юлиан Влад. Именно благодаря ему Брукан в 1988 году вместо тюрьмы был выслан в США, где получил от Госдепартамента заверения в полной поддержке. В ноябре того же года он посетил и Москву, где смог встретиться с Михаилом Горбачёвым. В мемуарах «Растраченное поколение» Брукан пишет: «С самого начала Горбачёв заявил, что согласен с акцией по устранению Чаушеску при условии, что компартия останется в Румынии руководящей политической силой».

 

Десять дней хаоса

Однако ни власть, ни диссиденты не были готовы к тому, что случилось 16 декабря 1989 года. В этот день в городе Тимишоаре начались демонстрации против высылки из страны популярного пастора Ласло Тёкеша, лидера местных венгров, недовольных отменой их автономии. К венграм присоединились и румыны, а лозунгами неожиданно для властей стали отставка Чаушеску и широкие политические реформы. На срочном совещании президент потребовал от приближённых подавить выступления «любой ценой», после чего улетел с визитом в Иран, что красноречиво говорит о его отрыве от реальности. 17 декабря вошедшие в город войска и сотрудники секуритате с ходу открыли огонь по демонстрантам, убив до 50 человек.

Несмотря на это, беспорядки не прекращались, перекинувшись на другие города. Вечером 20 декабря Чаушеску под градом панических звонков из Бухареста прервал визит и вернулся домой, выступив с обращением к народу. Он назвал протестующих «хулиганствующими элементами» и призвал всех активных граждан направиться в столицу, чтобы поддержать его на грандиозном митинге. Не надеясь на сознательность, местные чиновники тут же начали собирать людей, сажать их в автобусы и отправлять в Бухарест.

В полдень 21 декабря Дворцовая площадь в центре столицы была до краёв заполнена народом. Чаушеску вышел на балкон здания ЦК РКП, где вместо привычной бури оваций его встретили жидкие аплодисменты. Не смутившись, он начал речь, однако уже через несколько минут её прервали выкрики «Долой диктатора!» Вскоре шум стал таким сильным, что президенту пришлось прерваться и покинуть балкон. Он потребовал от министра обороны Василе Мили подавить беспорядки, но тот отказался стрелять в народ, после чего то ли покончил с собой, то ли был убит по приказу Чаушеску. Тем временем на площади всё же началась стрельба, и демонстранты покинули её, устраивая митинги в разных районах столицы. Они пели запрещённый прежде национальный гимн «Пробудись, румын» и поднимали трёхцветный румынский флаг с вырезанным из него коммунистическим гербом.

Утром 22 декабря Чаушеску снова собрал невыспавшихся подчинённых с тем же требованием — «любой ценой» подавить восстание. Помня судьбу Мили, ни его сменщик Виктор Стэнкулеску, ни генерал Влад из секуритате не возражали ему, но и не соглашались, кивая друг на друга. Так и не добившись от них чёткого ответа, президент поднялся на крышу здания, где сел в вертолёт и вылетел на свою дачу на озере Снагов.

Расстрел Николае и Елены Чаушеску. 25 декабря 1989 года. Казнь бывшего президента страны транслировалась по румынскому телевидению

В тот же день в Бухаресте начались уличные бои: неизвестные снайперы в чёрной форме стреляли с крыш по восставшим, армейским патрулям и просто мирным жителям. В ответ генерал Стэнкулеску объявил, что переходит на сторону народа и приказывает войскам уничтожить террористов. По общему мнению, это были сотрудники секуритате. Правда, никто не объяснил, почему они расстреливали случайных людей, вместо того чтобы занять стратегические объекты столицы, которые без всяких затруднений достались восставшим. В том числе румынское телевидение, по которому тогда же, 22 декабря, было объявлено о создании Фронта национального спасения — нового правительства страны во главе с Ионом Илиеску. В его состав вошло несколько видных диссидентов и бывшие партийные функционеры, включая Брукана.

Чаушеску всё ещё пытался найти поддержку, но один румынский уезд за другим принимал сторону новой власти. 23 декабря он вылетел на вертолёте в гарнизон, где ему обещали помочь, но вскоре после вылета военные заставили его приземлиться, усадили в машину и отвезли в город Тырговиште, где заперли на гауптвахте местного гарнизона. А через двое суток, 25 декабря, расстреляли вместе с женой после краткой комедии суда. Супругов обвинили в хищении миллиарда долларов из бюджета и «геноциде»: по версии судей, по их вине в дни революции погибло 60 тыс. человек. Уже тогда в эту цифру мало кто верил, а позже было определено, что число жертв составило 1104 человека. Большинство из них было убито уже после бегства Чаушеску, при этом загадочные «террористы» так и не были найдены и осуждены, а бывшие руководители секуритате ушли из жизни при весьма странных обстоятельствах. Поэтому многие считают суд над экс-президентом фарсом, а саму декабрьскую революцию — кровавой инсценировкой.

 

Что скрывает Илиеску?

Особенно много вопросов возникает к Иону Илиеску, который и сегодня остаётся патриархом румынской политики. До 2004 года он дважды занимал пост президента, проведя рыночные реформы, хоть и не столь радикальные, как в других бывших соцстранах. Отличался хитростью и умением манипулировать массами, особенно шахтёрами, которые кулаками и железными прутьями защищали его от оппонентов. Его не раз обвиняли не только в этом, но и в гибели людей в декабре 1989 года. Под давлением родственников погибших весной 2019 года дело было передано в суд, но он, по оценкам экспертов, может работать ещё не один год, а Илиеску скоро исполнится 90…

Военная прокуратура, передавшая дело в суд, считает, что заговор военных против Чаушеску действительно существовал и они заранее выбрали Илиеску на роль нового лидера (сам он это с негодованием отрицает). Раскрыта будто бы и главная загадка румынской революции — откуда взялись таинственные снайперы, вызвавшие уличные бои в Бухаресте и других городах. По версии прокуроров, ещё в 1987 году румынская армия закупила на Западе оборудование, позволяющее имитировать звуки стрельбы и взрывов. Его якобы и включали 21 декабря на Дворцовой площади и в других местах скопления людей, чтобы вызвать панику и настроить народ против власти.

Но если речь идёт о простой имитации, откуда взялось множество убитых и раненых? По версии следствия, под влиянием панических слухов военные, сотрудники секуритате и гражданские активисты стали стрелять друг в друга и занимались этим почти неделю, так и не поняв, что происходит. Поверить в это трудно, как и в то, что никто из загадочных «террористов» не был опознан (пусть даже посмертно) как сотрудник румынской госбезопасности. Не были ли они тогда агентами иностранных спецслужб или наёмниками, нанятыми то ли режимом Чаушеску, то ли, наоборот, его врагами? Такие версии тоже выдвигались не раз, но так и не получили подтверждения. Хотя подобные методы с тех пор не раз применялись при разжигании массовых протестов — например, в Киеве, где в феврале 2014-го такие же снайперы, расстреливая из окон и митингующих, и сотрудников правопорядка, помогли своим спонсорам совершить государственный переворот.

Пока что в Бухаресте предпочитают видеть в случившемся 30 лет назад «руку Москвы»: будто бы Илиеску как сторонник «перестройки» получил от Горбачёва помощь для совершения переворота. Но тут версии конспирологов явно хромают: о причастности советских спецслужб к событиям 1989 года не говорит ни один документ, ни один свидетель. Да и зачем советскому лидеру было менять власть в Румынии, которую к тому времени он вместе со всей остальной Восточной Европой фактически уже сдал Западу? Однако такие неувязки мало беспокоят тех, кому хочется лишний раз обвинить в чём-то нашу страну и списать на неё «скелеты в шкафу», запрятанные собственными политиками.

Читайте дальше