«Всю жизнь я возвращаюсь к нему»

Сергей Никоненко

90 лет назад, 25 июля 1929 года, родился Василий Макарович Шукшин. Без этого имени невозможно представить себе русскую культуру ХХ века.

Шукшин был русским человеком и настоящим патриотом — без малейшего притворства. Он любил Россию, любил свой Алтай, своё село Сростки, свою речку Катунь. Как светились его глаза, когда он встречал земляка… «Уверуй, что всё было не зря: наши песни, наши сказки, наши неимоверной тяжести победы, наше страдание — не отдавай всего этого за понюх табаку». Так говорил, так писал и так думал Шукшин.

Мы познакомились в 1959 году. А в 1968-м Василий Макарович пригласил меня на роль Васьки в фильм «Странные люди». Это очень важный для Шукшина герой. Пытливый, добрый, простодушный. Но его доброта перехлёстывает, он постоянно нарушает общепринятые правила и попадает впросак. До Шукшина такого характера у нас не было ни в литературе, ни на экране…

С тех пор всю жизнь я возвращаюсь к шукшинским героям. Уже после смерти Шукшина как режиссёр я снял три фильма по его прозе: «Ёлки-палки!..», «А поутру они проснулись» и «Охота жить». Были ещё спектакли, чтецкие программы… Снова и снова я перечитываю его рассказы. Они не отпускают меня. Ведь там — неординарные, русские люди. Живые, непричёсанные.

В Василии Шукшине всегда жила литература — задолго до того, как он начал печататься. Он был переполнен своими будущими образами… Но я узнал его как писателя чуть ли не в самую последнюю очередь, до меня дошло как до жирафа. Мне представлялось, что настоящие писатели должны творить в особом кабинете, при свете какой-нибудь необычной лампы. А оказалось, что классика русской литературы создаётся на коленке: в залах ожидания, в простеньких гостиницах, где Шукшин жил во время съёмок.

Уже тогда его рассказы высоко оценил самый требовательный редактор Советского Союза — Александр Твардовский. Попасть на страницы «Нового мира» в те годы мечтал каждый литератор, но удавалось это немногим. А рассказы Шукшина там появлялись регулярно. Я почитывал их и, встречая Василия Макаровича, говорил ему по-дружески: «Молодец, хорошо пишешь!» Но он оставался для меня в первую очередь кинематографистом. Так продолжалось несколько лет, пока мне не попался рассказ «Материнское сердце». Вот тогда у меня при чтении просто волосы зашевелились. После этого я не мог скрыть изумления при встрече: «Вася, да ты писатель!» Как Шукшин хохотал после этих моих слов!

Он не всегда был признанным. В то время, когда мы с ним познакомились, он оказался не у дел. Неприкаянный, бездомный, как говорится, «без определённого места жительства»: мыкался, подолгу задерживался в гостях, ночевал на вокзалах. Мне повезло, в трудную минуту мне удалось помочь Шукшину, и несколько месяцев он жил у меня. Но и тогда уже было ясно, что он победит. Такой талант не мог не победить. Да и шукшинский характер сломать было невозможно, как невозможно было сломить наш народ в годы войны…

Шукшин мечтал о роли Степана Разина, о фильме, который снимет по своему роману о нём «Я пришёл дать вам волю». Для него это был самый романтический и корневой герой. Этот замысел он вынашивал долго. Но не довелось. Просто не хватило здоровья. Почему Шукшин ушёл так трагически рано? Одна из причин — его ранимость, которую он, сильный человек, никогда не показывал, ни перед кем не раскрывал. Кому-то он казался суровым, даже грубым, а мне запомнился удивительно тактичным, всё понимающим человеком. Василий Макарович всё пропускал через душу, все беды страны, у него было обострённое чувство справедливости. Для Шукшина никогда не существовало чужого горя. Наверное, с этим и связана его ранняя — в 45 лет — смерть, которой никто не ожидал.

Сергей Никоненко, народный артист РСФСР

Читайте дальше