Русская легенда японского спорта

Александр Куланов

Лингвистически-исторический парадокс: слова «Старко» и «якю» так же мало говорят нам (то есть абсолютно ничего), как много они говорят японцам. Якю — местное название бейсбола, самого популярного вида спорта в Японии, которым занимается едва ли не всё мужское население страны. Старко — имя гуру японского бейсбола. Точнее, псевдоним, который вынужден был когда-то взять главный бейсболист Страны восходящего солнца Виктор Старухин. 

Виктор родился в семье средней руки лесоторговца Константина Старухина и его жены Евдокии 16 марта 1916 года в уральском посёлке Нижний Тагил. Его семья, спасаясь от большевиков, ушла с колчаковской армией в Забайкалье, а потом и в Харбин. Старухины пытались начать собственный бизнес в Маньчжурии, но сложные отношения с Китаем заставили их двинуться дальше, и в 1929 году маленький Виктор с родителями оказался на Хоккайдо, в небольшом городке Асахикава.

Как и везде в Японии, на Хоккайдо был чрезвычайно популярен бейсбол, и ещё школьником Виктор увлёкся этой игрой, подавая большие надежды. В будущем Старухин станет самым фактурным бейсболистом Японии с ростом в 193 см и весом более 100 кг, но и в юности он был настолько приметным, что на молодого спортсмена «положил глаз» газетный магнат и настоящий фанат бейсбола, владелец крупнейшего японского газетного концерна «Ёмиури» и бейсбольной команды Мацутаро Сёрики. В планы Виктора не входило становиться профессиональным спортсменом, он хотел поступать в университет. Всё смешало чрезвычайное происшествие в Асахикаве. Отец Виктора, ненавидевший большевиков, заподозрил одну из русских эмигранток в том, что она работает на ОГПУ, и убил её. Полиция арестовала Константина Старухина, однако улики против него оказались довольно слабыми, и тогда на помощь пришёл Мацутаро Сёрики. Он предложил Виктору карьеру профессионального бейсболиста в команде «Ёмиури Джайантс» или в случае отказа крайне неприятные последствия для всей семьи Старухиных благодаря мощи общенациональной газеты «Ёмиури». Виктор спас отца (тот получил минимально возможное наказание — два года тюрьмы) и стал самым известным представителем России в Японии вплоть до полёта Юрия Гагарина. 

В команде Старухин играл под кличкой Старфин — её японцам легче было выговаривать, чем длинную русскую фамилию, — на позиции питчера и очень скоро добился всеяпонской известности. В 1934 году он впервые побывал в США, где получил предложение остаться, но отверг его, поскольку семья Старухиных по-прежнему находилась в положении заложников, в 1936-м вошёл в только что созданную Японскую профессиональную бейсбольную лигу, а в 1939-м поставил первый рекорд ­— 100 побед в качестве питчера. В этом и в следующем году он официально признавался лучшим игроком страны, а его семья увеличилась — жена Елена родила сына, названного Георгием.

В 1940 году планировалось включить бейсбол в программу Олимпийских игр, и на Виктора в Японии возлагались большие надежды. Он уже вошёл в состав сборной, когда стало известно, что война отменила Олимпиаду. Более того, прежняя любовь фанатов к иностранному гиганту, защищающему честь «гигантов» японской команды (название его команды переводится как «гиганты Ёмиури»), переродилась в ненависть, вызванную общим подъёмом шовинизма и ксенофобии.

Виктор Старухин взял японское имя и стал выходить на стадион как Суда Хироси, и так продолжалось до 1944 года, когда игры прекратились совсем. Некоторое время ему пришлось даже провести в лагере для интернированных в городке Каруидзава, где он испортил себе лёгкие, едва справившись с острым плевритом.

После войны Старухин вернулся в большой спорт под именем Старфин, а 1949 году добился уже 300 побед. Это произошло, несмотря на то что он играл всё хуже: давал о себе знать перенесённый плеврит, а главное, он начал много пить.

Старухин покинул большой спорт в 1955 году, оставшись непобеждённым героем 300 побед и решив попробовать себя в качестве шоумена. Его популярность была столь высока, что могла служить пропуском. Живший в Токио с 1942 года русский врач Евгений Аксёнов рассказывал мне, как однажды вскоре после войны полицейский решил проверить его документы. Отсутствие японского подданства у молодого врача-европейца насторожило полицейского. Он потребовал, чтобы Аксёнов назвал человека в Японии, который может поручиться за его благонадёжность. Растерявшийся врач развёл руками: «Ну разве что мой друг — бейсболист Старухин…», и полицейский, глубоко поклонившись в знак извинения, немедленно отпустил задержанного.

Виктор Старухин дважды признавался лучшим игроком Японской бейсбольной лиги. Он вошёл в символическую сборную всех звёзд и стал первым иностранцем, избранным в Зал славы японского бейсбола. К сожалению, сам Виктор не успел насладиться славой. В 1957 году его автомобиль столкнулся с поездом, и лучший питчер в истории японского бейсбола, начинающий радиоведущий и киноактёр погиб.

Старухин — первый иностранец — суперчемпион в японском бейсболе, и во многом благодаря ему этот вид спорт стал номером один в Японии. Присутствие Старухина на поле сделало игру зрелищнее, острее и помогло японскому бейсболу выйти на международный уровень: неслучайно этому русскому человеку в Японии установлены памятники, в его честь назван стадион.

В 1990-е годы бейсбол пришёл в Россию — сразу с именем его японского чемпиона. «Старухин… Мы очень мало знаем об этом человеке, но постоянно отвечаем на вопросы японских журналистов о нём», — говорил мне старший тренер сборных команд России по бейсболу Николай Гервасов. По его словам, в России за последние 15 лет появилось около 50 бейсбольных команд. Уже много лет проводится турнир имени Старухина, а название одного из лучших клубов страны «РусСтар» обозначает «Россия» и «Старухин».

 

Читайте дальше