Брюквенный пирог в сталинградском «котле»

Олег Назаров

75 лет назад, 19 ноября 1942 года, после 80-минутной артиллерийской подготовки части Красной армии перешли в контрнаступление под Сталинградом. Мощный советский контрудар стал полной неожиданностью для немецкого командования.

Операция «Уран»

Идею стратегической наступательной операции под кодовым названием «Уран» выдвинули начальник Генерального штаба РККА генерал-полковник Александр Василевский и первый заместитель наркома обороны СССР генерал армии Георгий Жуков. Замысел Ставки ВГК состоял в том, чтобы ударами трёх фронтов — Юго-Западного генерал-лейтенанта Николая Ватутина, Донского генерал-лейтенанта Константина Рокоссовского и Сталинградского генерал-полковника Андрея Ерёменко — прорвать оборону войск, прикрывавших фланги 6-й армии генерал-полковника Фридриха Паулюса, и затем продолжить наступление по сходящимся направлениям. Главная цель заключалась в том, чтобы окружить и уничтожить войска гитлеровской Германии и её сателлитов, упорно стремившихся взять Сталинград.

Накануне контрнаступления советские войска имели в своём составе 1 млн 42,3 тыс. человек, около 22,5 тыс. орудий и миномётов, около 1,5 тыс. танков, свыше 1,5 тыс. боевых самолётов.

Расстановка войск противника под Сталинградом была следующей. На левом фланге группы армий «Б» (ею командовал генерал-полковник Максимилиан фон Вейхс) по рубежу Дона на фронте 190 км находилась 2-я венгерская армия под командованием генерал-полковника Густава Яни. С ней соседствовала 8-я итальянская армия, занимавшая полосу шириной 180 км. Ею командовал генерал армии Итало Гарибольди. К итальянцам примыкала 3-я румынская армия генерал-лейтенанта Петре Думитреску, оборонявшая полосу в 170 км. У Клетской начинались позиции 6-й германской армии. В её состав входил 369-й хорватский пехотный полк. 6-я армия занимала участок шириной 140 км, правым флангом упиравшийся в Сталинград. Южнее её на участке шириной в 50 км действовала 4-я танковая армия под командованием генерал-полковника Германа Гота. Южнее Сталинграда располагалась 4-я румынская армия генерал-лейтенанта Константина Константинеску, которая обороняла полосу в 280 км. В сумме только германские и румынские войска насчитывали более 1 млн 11 тыс. человек, 10,3 тыс. орудий и миномётов, 675 танков и штурмовых орудий, свыше 1,2 тыс. боевых самолётов.

Советские солдаты быстро прорвали оборону румын, обратив их в бегство. Вечером 22 ноября Паулюс сообщил в штаб группы армий «Б»: «Армия окружена… Запасы горючего скоро кончатся, танки и тяжёлое оружие в этом случае будут неподвижны. Положение с боеприпасами критическое. Продовольствия хватит на 6 дней».

На следующий день войска Сталинградского и Юго-Западного фронтов соединились в районе Калач-на-Дону — хутор Советский и приступили к ликвидации окружённой группировки противника.

В Сталинградском «котле»

Немецкое командование не сразу оценило масштаб катастрофы. Однако вскоре и Адольфу Гитлеру, и его фельдмаршалам и генералам пришлось признать очевидное: 6-я армия надёжно заблокирована в разрушенном ею же городе на Волге. И, пока в Берлине судорожно искали выход из положения, в которое попала армия Паулюса, имевшиеся у неё запасы топлива, боеприпасов и продовольствия быстро сокращались.

Паулюс и его генералы осознавали, что для спасения надо прорываться из окружения на запад. Однако Адольф Гитлер не разрешил 6-й армии оставить Сталинград. Перечить же фюреру Паулюс не решился.

Гитлер понадеялся на обещания рейхсмаршала Германа Геринга обеспечить снабжение окружённой армии по воздуху. Паулюс просил ежедневно присылать 750 т припасов, из которых 380 т приходилось бы на продовольствие, 120 т — на горючее и 250 т — на боеприпасы. Кроме нежелания оставлять Сталинград, отмечает военный историк Алексей Исаев, «с немцами сыграла злую шутку ситуация под Демянском. Зимой 1942-го 2-й армейский корпус вермахта благополучно снабжался по воздуху, 100 тыс. человек. И, когда 6-я армия была окружена, немцы думали, что получится то же самое, что со 2-м корпусом». Несмотря на то что немцев снабжали с двух крупных аэродромов в станицах Тацинская и Морозовская, по словам Исаева, Паулюсу «привозили от 40 до 200 т в сутки».

Выполнить обещание Геринг не смог. В результате окружённые в Сталинградском «котле» немецкие солдаты получали далеко не всё, что им было жизненно необходимо. И, хотя в отличие от румынских и итальянских войск поддерживать дисциплину в 6-й армии Паулюса удавалось долго, перенести недостаток тёплой одежды и продовольствия в условиях наступившей русской зимы оказалось крайне сложно.

Бывало, что обезумевшие от голода и холода гитлеровцы шли в атаку с целью снять с убитого на нейтральной полосе бойца Красной армии его валенки и полушубок или поживиться останками давно околевшей лошади. 10 декабря 1942 года ефрейтор 10-й роты 578-го полка 305-й пехотной дивизии Леопольд Шоркгубер признался в дневнике: «Я совершенно отчаялся. Сталинград — это ад. Мы варили мясо дохлых лошадей. Нет соли. У многих дизентерия. Что плохого сделал я в своей жизни, что я так наказан?».

Вопросом, чем виноваты перед немцами жители Сталинграда, мирную жизнь которых разрушили гитлеровские оккупанты, Шоркгубер не задавался…

Большой проблемой для немцев были головные уборы. Неслучайно на головах убитых и сдавшихся в плен «белокурых бестий» увидеть можно было всё что угодно — вплоть до портянок советских солдат.

Представление о настроениях в немецких окопах дают дневниковые записи и письма солдат и офицеров вермахта. 3 декабря Курт Ройбер в письме родным поделился: «После отпуска ни разу не раздевался. Вши. Ночью мыши. Сверху сыплется песок. Вокруг всё грохочет… Вспоминается прекрасная прежняя жизнь с её радостями, искушениями и любовью. Каждый мечтает только об одном — жить, выжить!». В свою очередь, 27 декабря ефрейтор Роберт Ян констатировал: «В сущности говоря, мы все больны… Кожи у меня скоро совсем не будет видно, всюду гнойная сыпь; если в ближайшее время не наступит улучшения, я покончу с собой… В животе бурлит, вши кусают, ноги обморожены. Я духовно и физически конченый человек… Несмотря на злополучное положение, в котором мы находимся, люди воруют друг у друга… Я погиб… Тысяча проклятий, это ад, хуже ничего быть не может…».

Показательно то, что немецких солдат, выбывших из строя по болезни, оказалось больше, чем выбывших по ранениям.

С тех пор прошло 75 лет. О многих победах, одержанных нашими дедами и прадедами на полях Великой Отечественной войны, в мире не помнят или не знают. О многих, но только не о победе Красной армии в битве на Волге. Показательно, что все эти 75 лет слово «Сталинград» не нуждалось в разъяснениях и тем более в переводе.

Читайте дальше