Зам. главного редактора «Историка» — в «Известиях» о Павлике Морозове

 

Правда на правду

Ровно 100 лет назад, 14 ноября 1918 года, в селе Герасимовка Туринского района Тобольской губернии в семье красного партизана Трофима Морозова родился сын Павел. Тот самый всенародно известный Павлик Морозов, Павка-коммунист, которого считали и героем, и предателем, и мучеником, и провокатором. Подробности трагической судьбы и парадоксы посмертной памяти — в материале «Известий».

Истинная история Павлика сколь трагична, столь и загадочна. От него осталась лишь одна невнятная фотография, на которой щуплый мальчишка в картузе (вероятно, отцовском!) стоит на заднем плане среди одноклассников. Мемуары очевидцев, родственников, учителей вряд ли можно считать достоверными: сначала они подстраивались под официоз, а потом просто мало что помнили…

Был ли Павлик пионером? На волне разоблачений появилось предположение: не был, не состоял, не участвовал, миф чистой воды. И всё-таки, скорее всего, в пионеры он записался. Правда, красного галстука не получил: их ни в Герасимовке, ни в соседнем крупном посёлке Тавда не было. Да и по всему Союзу галстуки в те годы носили далеко не все пионеры, только образцово-показательные.

Морозовские места — глухие. О скудном уровне жизни в Герасимовке можно судить по такому факту: электричество в эту деревню провели лишь в 1947 году, к 15-летию гибели всесоюзно знаменитого Павлика Морозова. Там мало что знали о большой политике, о том, какие решения принимаются в Кремле. Только учителя могли со знанием дела рассказать пионерам о начинаниях Советской власти, посоветовать книги, которых в Герасимовке остро не хватало, но всё-таки они были…

Тавдинский детектив

Что же случилось в 1932 году в окрестностях Тавды и Герасимовки? Рассказывать вкратце криминальную историю — дело неблагодарное, но попробуем. Трофим Морозов во время Гражданской войны бил колчаковцев в рядах красных партизан. В конце 1920-х его — одного из немногих более-менее грамотных мужиков в Герасимовке — выдвинули в председатели сельсовета. Он оказался нечист на руку: принимал подношения от переселенцев и выдавал им фальшивые справки. Кроме того, поколачивал жену, а потом и вовсе оставил её с детьми, переселившись к молодой соседке.

До поры до времени бывшему партизану всё сходило с рук. Над ним сгустились тучи, когда милиция неожиданно арестовала переселенцев с подозрительными справками. Есть сведения, что некоторые «бумаженции» были составлены детской рукой: возможно, не поднаторевший в чистописании Трофим привлекал к «работе» своего сына Пашку.

В те годы любое дело получало политический оттенок. Трофимовы справки преждевременно предоставляли ссыльным кулакам свободу передвижения, а это уже, не больше и не меньше, контрреволюция. На суде против отца Павел Морозов не выступал. Хотя бы потому, что никакого суда не было. Судьбу провинившегося столоначальника решала «тройка». А Павлик просто дал честные показания против отца. Несомненно, под влиянием матери, которая присутствовала во время беседы пионера со следователем и не скрывала обиды на неверного мужа.

20 февраля 1932 года на заседании «тройки» Трофима Морозова признали виновным в «фабрикации подложных документов, которыми снабжал членов к/р (контрреволюционной. — Прим. ред.) повстанческой группы и лиц, скрывающихся от репрессирования советской власти», и приговорили к заключению в исправительно-трудовом лагере на 10 лет.

Однако настоящая развязка трагедии произошла через семь месяцев. Бабушка отправила внуков — Павла и Фёдора — в лес по клюкву, а через несколько дней в чащобе нашли тела убитых братьев. Феде было восемь лет, Павлику — 14. Судя по ранам, Павлик сопротивлялся, но убийцы оказались сильнее… Началось следствие, получившее резонанс в областной прессе. Кто мог убить мальчишку? В округе орудовала банда братьев Пуртовых. Подозрения могли пасть и на беглых ссыльных. Но мать погибших мальчишек, Татьяна Семёновна, дала показания против мужней родни.

Уральский областной суд признал виновными в убийстве мальчишек их родственников по линии отца — дядю Арсения Кулуканова, двоюродного брата Данилу Морозова, деда Сергея и (как соучастницу) бабушку Ксению. Кулуканова и Данилу расстреляли, а 80-летние Сергей и Ксения Морозовы умерли в тюрьме.

Любопытно, что за участие в строительстве Беломорканала Трофим Морозов, несмотря на убийство сыновей, вышел на свободу раньше срока. Правда, ему хватило благоразумия не возвращаться в Герасимовку. Село к тому времени превратилось в мемориал пионера Павлика Морозова…

Далее — https://iz.ru/811164/arsenii-zamostianov/pioner-soiuznogo-naznacheniia-kak-krestianskii-malchik-stal-sovetskim-sviatym