Archives

День России

июня 1, 2016

Что объединяет нас на необъятном пространстве, называющемся Россией? Русский язык, память о нашей общей истории и, конечно, любовь к Родине – к тому месту, где мы родились и выросли, к тем людям, без которых мы не представляем себе нашу жизнь…

Рабочая поездка В.Путина в Дальневосточный федеральный округПрезидент РФ Владимир Путин в День космонавтики во время сеанса связи с Международной космической станцией (МКС) / фото: Сергей Гунеев/РИА Новости

Какие первые ассоциации возникают при слове «Россия»? Какой зрительный ряд? Несомненно, миллионам людей сразу вспомнятся Спасская башня с курантами и рубиновой звездой, мерные зубцы Кремлевской стены на Красной площади, храм Василия Блаженного. Всплывут в памяти и стрелка Васильевского острова, Петропавловская крепость, шпиль Адмиралтейства с корабликом. Мелькнут перед глазами купола Ферапонтова монастыря, играющие на северном солнце. Древняя церковь Покрова на Нерли. Новгородский кремль. Но Россия – это еще и Памятник затопленным кораблям в Севастополе. Затонувшим, но не сдавшимся. Это и «Родина-мать» на Мамаевом кургане в Волгограде. А также стальная ракета, устремленная ввысь. Россия – это не только красота и гармония, но и воля, интеллект, целеустремленность, героизм.

Есть «экспортные» представления о «загадочной русской душе» – о «рулетке», надежде на авось и вечном уповании на чудо. Давно примечена и широта русской натуры.

«Никогда не заглядывайтесь на вещь, принадлежащую русскому человеку: сколько бы она ни стоила, он вам ее непременно подарит!» – писал Александр Дюма после путешествия по России.

Однако не будем доверять стереотипам: в них есть правда, да не вся. В России не менее важны здравый смысл и дисциплина, ставшие основой крепкой государственности. Наш первый император верил, что русские люди «пристыдят самые просвещенные народы успехами своими в науках, неутомимостью в трудах и величеством твердой и громкой славы». И надежды Петра I во многом сбылись.

Математически точный ум, навостренная интеллектуальная оснастка – все это тоже присуще России. Не только разудалый порыв, но и дерзость мысли, пытливый рассудок – таков русский характер. Технологически передовую Россию мы увидели, когда этой весной «у высоких берегов Амура» состоялся первый запуск ракеты-носителя с космодрома «Восточный». Миллионы людей воспринимали новости с пусковой площадки как что-то личное. Почти как 55 лет назад, когда Юрий Гагарин открыл космическую эру. Сейчас в амурской тайге строится город для работников самого высокотехнологичного в мире космодрома. Новый город назвали в честь Константина Циолковского – русского учителя, изобретателя, провидца, который не сомневался в том, что именно наш соотечественник станет первым межпланетным путешественником…

«У нас нет и не может быть никакой другой объединяющей идеи, кроме патриотизма» – эти слова Владимира Путина можно считать и своеобразным рыцарским девизом Дня России.

Впрочем, порой мы сталкиваемся с неким представлением о «пагубности» и «убогости» патриотизма. Дескать, патриотизм – это для серой массы, а не для «продвинутых умов». Нередко слышим, что креативный класс космополитичен по определению, а если кто-то думает иначе, то он «ватник», ему нет места среди настоящих «креаклов».

«Ты лично сочинял «Евгения Онегина», открывал периодическую систему элементов, защищал Сталинград? Нет? Тогда какое тебе дело до чьих-то свершений?» – вот «логика» тех, кто хочет казаться «гражданином мира», а на самом деле мыслит как перекати-поле.

Убогий подход. Ведь если разобраться, он основан не только на отрицании патриотизма, но и на неприятии любой общности, любого сплачивающего начала. По существу, это отказ от солидарных интересов, крайний, воинствующий индивидуализм, граничащий с неприятием собственных корней, собственной цивилизации.

«Нельзя создать здоровое общество, благополучную страну, руководствуясь принципом «каждый – сам за себя», следуя примитивным инстинктам нетерпимости, эгоизма и иждивенчества», – сказал президент России, и эти его слова по большому счету явились ответом носителям подобного мировоззрения.

Действительно, может ли страна выжить, поставив во главу угла эгоизм и крайний индивидуализм? Вряд ли. И в 1613-м, и в 1812-м, и в 1941-м – не было бы России, если бы каждый думал только о себе и верил бы только самому себе, не имея перед глазами достойных подражания примеров из прошлого и не стараясь им следовать.

Санкт-Петербург. Во время празднования Дня государственного флага России на Исаакиевской площади / фото: ТАСС

День России – это во многом и праздник нашей истории. И ее знаковые эпизоды – тоже образы страны. Как тут не вспомнить такие грандиозные события, как Крещение Руси, Ледовое побоище, ополчение Минина и Пожарского. А еще Александра Суворова и его «науку побеждать», голос Шаляпина, музыку Чайковского, победный флаг над Рейхстагом, маршала Жукова, объезжающего войска, построенные на Парад Победы, полет Гагарина. И концерт оркестра Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева в освобожденной Пальмире – чем не событие из этого ряда?

Так уж получилось, что мы ищем образцы в нашей истории. Отсюда – интерес к историческому знанию, к нашему прошлому. Конечно, глупо считать собственной заслугой победы и открытия предков. История дает нам уроки не для того, чтобы мы учились хвастаться. Но вспомним слова Пушкина:

«Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно; не уважать оной есть постыдное малодушие».

Яркие примеры из прошлого помогают нам поверить в себя, найти силы в «минуты жизни роковые». Так мы получаем мотивацию на созидание, а не прозябание. И первый шаг к успеху – понимание, что мы не из «страны дураков», что летопись жизни нашей Родины – это в большей степени история успеха, нежели «хождение по мукам». История взлетов – несмотря ни на что. Уж такое это упрямое слово – «Россия».


Редакция журнала «ИСТОРИК»

Имя России

июня 1, 2016

Как возникло название нашего государства? Процесс сложения имени «Россия» имеет длинную и весьма непростую историю.

У Мясницких ворот Белого города в XVII веке. Худ. А.М. Васнецов. 1926

Название «Россия» восходит к более древнему – «Русь», служившему для обозначения того государства, которое в исторической науке условно называется Древнерусским.

С названьем кратким «Русь»

Между тем однозначного ответа на вопрос, откуда появилось название «Русь», нет. Имеются различные гипотезы, но далеко не все из них заслуживают доверия. К числу фантастических относится, например, еще недавно пользовавшаяся большой популярностью версия о том, что «Русь» происходит якобы от слова «Рось» – названия реки, притока Днепра, находившегося в земле восточнославянского племени полян. На самом деле это абсолютная фикция. И Рось была пограничной рекой между Русью и Великой Степью; и живших по этой реке людей называли вовсе не росами, а поршанами; и в первом слоге слова «Рось» изначально был не гласный звук «о», а совсем другой – сверхкраткий гласный «ъ», из которого звук «у» развиться никак не мог. И подобного рода гипотез огромное множество. Объединяет их одно: все они не имеют ни малейшего отношения к действительности.

Существуют и более достоверные гипотезы. В частности, одна из них исходит из того, что название «Русь» не является славянским. То, что это название не местное, не должно нас смущать. Большое число названий стран и народов, под которыми они сейчас известны, не являются автохтонными. Так, «Франция», к примеру, берет начало от наименования группы германских племен, франков, а «Англия» – от имени германского же племени англов. «Болгария» тоже название не славянское, а тюркское. Название «Испания», по-видимому, восходит к финикийскому языку, а «Китай» – монгольское по происхождению. Япония получила свое название благодаря Китаю… И этот список можно продолжить.

Первоначально слово «русь» использовалось не как название страны, а как название общности, то есть было, по сути, этнонимом. Самоназвания восточнославянских племен образовывались с помощью суффиксов -ан/-ян, -ен («поляне», «северяне», «словене», «полочане») или -ич («кривичи», «вятичи», «радимичи»). Название «русь» не относится ни к первому, ни ко второму типу. Вместе с тем схожие по внешней форме названия племен хорошо известны по древнерусским летописям – это «чудь», «весь», «корсь», «жмудь», «пермь», «сумь» и т. п. Всё это названия племен или финно-угорских (западнофинских), или балтских.

Иначе говоря, очевидно, что слово «русь» – финского происхождения, прижившееся в древнерусском языке и обретшее в нем такую форму. А как оно звучало по-фински? Так же, как звучит и теперь: «руотси» (ruotsi). Указывало его значение, как указывает и сейчас, вовсе не на славян (и не на нынешних русских), а на шведов, то есть на древних варягов. То, что название «русь» связано именно с варягами, которые появились на территории будущей Руси еще в середине VIII века, отметил и летописец в «Повести временных лет». Он объясняет, почему славянский народ имеет неславянское название, и пишет: «…ибо от варягов прозвались русью, а прежде были славяне».

Исследователи полагают, что в основе финского «руотси» лежит самоназвание варягов «ротс» – слово, восходящее к корню со значением «грести», то есть плыть на гребных судах. Именно так именовали себя скандинавы, двигавшиеся по рекам на восток, в земли финно-угорских племен. На финской почве слово приобрело произношение «руотси», а в славянском, древнерусском языке превратилось в «русь», подобно тому, как самоназвание финнов «суоми» в древнерусском получило форму «сумь».

На севере будущей Руси, куда и проникали варяги, славянские племена соседствовали с финскими, и контакты между ними были очень активными. Поскольку варяги сыграли большую роль в объединении восточнославянских и иных племен в Древнерусское государство, слово «русь» стали использовать для обозначения земли и народа, подчиненного власти князей Рюриковичей. Так и возникло это название.

Здесь нужно сказать, что жители Руси называли себя именно так, собирательно – «русью». А в единственном числе использовали слово «русин». Наименование же «русичи», которое любят употреблять во всяческих стилизациях под средневековую Русь, известно нам только по «Слову о полку Игореве»: это название несет на себе печать высокого стиля и характерно лишь для литературного языка.

«Русь» и «Росия»

Первое упоминание слова «русь» в исторических источниках датируется 839 годом. Оно содержится в так называемых Бертинских анналах – анналах Франкского государства, написанных на латинском языке. В том году к императору франков Людовику Благочестивому, сыну Карла Великого, прибыло посольство от византийского императора Феофила, а вместе с ним послы некоего «народа Рос», правитель которого именуется «хаканом» (каганом). Послы эти оказались шведами, то есть варягами. Слово «Рос» здесь, видимо, отражает как раз скандинавский прототип этого названия. Как бы то ни было, это первое достоверное упоминание названия Руси. А в сочинениях восточных авторов, писавших на арабском языке, Русь впервые упоминается в 840-х годах, причем именно в качестве названия народа, в форме «ар-рус» (русы). Наконец, в Византии имя Руси стало известно в 860 году, когда столица империи Константинополь подверглась внезапному нападению русов и оказалась в осаде. Об этом событии рассказывают разные византийские источники: они называют нападавших «народом росов».

Итак, название «русь» как обозначение народа известно по меньшей мере с конца 830-х годов. А в качестве названия страны, с корневым гласным «о», оно впервые зафиксировано византийским императором Константином VII Багрянородным в его трактате «Об управлении империей».

Константин Багрянородный, один из самых выдающихся правителей Византии, составил свое произведение, служившее осмыслением опыта управления государством и назиданием наследнику престола, в 948–952 годах. Среди соседей Византии император упоминает и росов: им посвящена девятая глава произведения. Там же фигурирует и название страны – «Росия», правители которой титулуются архонтами. Константин даже пишет о «внешней Росии», под которой, возможно, подразумевает все древнерусские земли, подчиненные власти киевских князей. Именно сочинение византийского императора является первым дошедшим до нас источником, где слово «Россия» употребляется в ее самом начальном греческом прототипе.

Византийцы продолжали именовать Русь Росией и в дальнейшем. Это название, разумеется, было знакомо прежде всего представителям древнерусской церковной среды, поскольку они долгое время подчинялись Константинополю. Благодаря влиянию церковной традиции слово «Росия» (а затем «Россия») вошло и в светский официальный обиход.

«Всея Росии» и «всея Руси»

Уже в период домонгольской Руси в источниках фиксируется титул «всея Росии», со всей очевидностью также имеющий греческое происхождение. Его древнерусским эквивалентом был титул «всея Руси», которым обозначался масштаб власти как духовных владык – митрополитов, так и светских – князей (причем князей, занимавших «главный» княжеский стол). Однако в домонгольское время употребление этого титула носило, судя по всему, спорадический характер (по крайней мере применительно к князьям), и лишь с начала XIV века он использовался относительно регулярно (при титуловании духовных владык в большей степени).

Монета византийского императора Константина VII Багрянородного. Первое употребление слова «Росия» (тогда с одной буквой «с») зафиксировано в его трактате «Об управлении империей»

Предстоятели Русской церкви, находившиеся в иерархическом подчинении константинопольскому патриарху, первоначально именовались «митрополитами Росии». Титул «всея Росии» впервые зафиксирован в греческой надписи на печати митрополита Константина. Сложно сказать, однако, какому именно митрополиту Константину принадлежала эта печать: с середины 1150-х по конец 1160-х киевскую кафедру занимали два митрополита с таким именем; но в любом случае можно думать, что слова «всея Росии» в титуле древнерусских первоиерархов появились в середине XII века. Позднее этот титул в форме «всея Руси» стал постоянным для митрополитов, имевших резиденцию в Киеве, затем во Владимире и, наконец, в Москве.

Иначе обстоят дела с княжеской титулатурой. Здесь первое известное нам упоминание титула «всея Росии» отмечено уже на печати киевского князя Всеволода Ярославича (княжил в Киеве в 1078–1093 годах), сына Ярослава Мудрого и отца Владимира Мономаха. Эта печать имеет надпись на греческом языке, чем и объясняется присутствие именно формы «Росия». В других случаях, впрочем весьма редких, древнерусские источники фиксируют использование титула «всея Руси» применительно к некоторым великим князьям, таким как, например, Владимир Мономах и Юрий Долгорукий. Более или менее регулярно эти слова стали употреблять с XIV века при титуловании князей, занимавших владимирский великокняжеский стол. Известны случаи титулования «великими князьями всея Руси» Михаила Ярославича Тверского, Ивана Калиты, Семена Гордого, Василия I, Василия II и, наконец, Ивана III.

Muscovy1715Moscovy и Russia – такие названия нашей страны приведены в заголовке карты, изданной в Лондоне в 1715 году

Исследователи справедливо полагают, что титул «всея Руси» был сопряжен с главенством над Русью: его применяли при титуловании митрополитов – первых лиц в древнерусской церковной иерархии и князей – обладателей великокняжеского стола во Владимире (в послемонгольский период). До конца XV века употребление этих слов в великокняжеской титулатуре не было обязательным, и только при Иване III титул «всея Руси» стал официально использоваться во всех случаях, когда писалось государево имя. Конечно, это было связано с объединением русских земель в годы его правления и формированием нового, сильного государства. На известной печати Ивана III с изображением двуглавого орла (1490-е) в великокняжеском титуле есть показательные слова: «господарь [государь] всея Руси».

Любопытно, что в XVI – первой половине XVII века титул «всея Руси» принимает форму «всея (всеа) Русии». Соответственно, название страны в именительном падеже – «Русия». Этот вариант в определенной мере можно считать переходным между традиционным «Русь» и новым «Россия». Слово с древним корнем приобрело окончание греческой формы, но страна еще не получила официального названия «Россия». Иностранцы же, приезжавшие сюда в то время, предпочитали именовать этот край Московией – по названию столицы.

От «Росии» к «России»

Когда же слово «Росия» из церковного обихода попадает в светский? Установлено, что с конца XIV века форму «Росия» стали регулярно использовать при титуловании церковных иерархов, а с конца XV века она встречается и при титуловании великих князей. Слова «Росия», «Росийское царство», «Росийская держава», как показал историк Б.М. Клосс, в XV–XVI веках широко используют церковные авторы, и даже Иван Грозный употребляет выражение «Великия Росии государство». Та же тенденция заметна и в первой половине XVII века. Распространенным становится прилагательное «росийский».

В послесловии к изданию московского «Апостола» 1564 года Иван Федоров титулует Ивана Грозного «всея Великая Росия» самодержцем. Такой же титул, как и слова «Росийское царьствие», «государь всея Росиа» наряду с традиционными наименованиями «Русь» и «Русия», присутствует в чине венчания на царство Федора Ивановича (1584 год). «Самодержцем всея Великия Росия» назван царь Федор и в Уложенной грамоте об учреждении Московского патриаршества в 1589 году.

Там же наша страна именуется «великим Росийским царствием». Как можно заметить, происходит постепенное вхождение в официальный светский обиход формы «Росия» и новые названия начинают вытеснять старые. Однако в царской титулатуре полная смена наименования происходит только в середине XVII века при Алексее Михайловиче.

2410486Земский собор. Худ. С.В. Иванов. 1908. Во времена Ивана Грозного и его сына царя Федора наряду с традиционными названиями «Русь» и «Русия» начинают использовать такие, как «Росийское царьствие», «Великия Росии государство»

Существенное изменение государева титула было связано с событиями 1654-го и последующих годов – с Переяславской радой, присоединением Левобережной Украины и войной с Речью Посполитой. Весной 1654 года в титуле Алексея Михайловича начинают появляться слова «всея Великия и Малыя Росии самодержец», а в конце 1655 года к ним добавляется «и Белыя». С тех пор триада «Росий» закрепляется в титуле московских царей.

Одновременно, также с 1654 года, как показали новейшие исследования, название «Росия» в изданиях Московского печатного двора стали печатать с двумя буквами «с» – «Россия», тогда как в государственном делопроизводстве до конца XVII века по-прежнему использовали написание с одной буквой «с».

Современное написание названия появилось, как удалось установить историкам, в 1590-х годах, но не на территории Московского государства, а в Киевской митрополии. В киевских и виленских изданиях первой половины XVII века слово «Россия» уже последовательно печаталось с двумя буквами «с».

Печать Ивана III

По-видимому, южнорусским справщикам Московского печатного двора мы и обязаны нововведением, ставшим впоследствии общераспространенным. Как можно думать, двойное «с» возникло в слове «Россия» не без влияния латинского языка, где фигурировало название Russia. Официально форма «Россия» закрепилась лишь при Петре I, после принятия им в 1721 году нового титула – «императора Всероссийского».


Евгений Пчелов,
кандидат исторических наук