Archives

История в пластилине

января 11, 2018

На территории комплекса «Кремль в Измайлово» находится небольшой музей миниатюр «Всемирная история в пластилине». Отдельная его экспозиция посвящена Гражданской войне и лидерам Белого движения

Набор пластилина «Детский» из 12 цветов стоил в советские времена 50 копеек. Помните? Самодеятельные скульпторы брали пластилин коробками – и, занимая все свободное пространство жилища, на листах фанеры вырастали горы, замки с древними рыцарями, «война и немцы», страны, эпохи. Правда, постепенно эти волшебные конструкции теряли свой вид, от теплого воздуха пластилиновые герои начинали подозрительно блестеть, клониться на бок, некрасиво проседать и обрастать шерстью домашних животных. Пластилин – штука недолговечная. Но некоторым увлеченным людям удается «остановить мгновенье» и сохранить легкоуязвимые фигурки на десятилетия.

Лепка из пластилина объединила несколько поколений семьи Олюниных. А для основателя музея миниатюр Сергея Олюнина хобби превратилось в главное дело жизни. Он создает пластилиновые фигурки героев русской истории – не только с душой, но и с незаурядным умением. Трагическое и притягательное прошлое оживает неподалеку от Измайловского парка.

Весь мир на книжной полке

Сергея Олюнина ваять фигурки из пластилина, устанавливая их на прочный каркас, научил отец – настоящий подвижник лепки. Этот семейный музей опровергает представления о недолговечности пластилиновых скульптур. Самому почтенному экспонату, композиции «Шахрияр и Шахразада», скоро исполнится 60 лет.

Все началось с увлечения и большой дружбы. Книжные полки в московских квартирах двух друзей – Ростислава Олюнина и Андрея Миллера – исправно заполнялись пластилиновыми фараонами, королями и военачальниками. У обоих работа не была напрямую связана с изобразительным искусством: один – редактор на телевидении и кандидат филологических наук, другой и вовсе инженер-химик. Но они интересовались историей, проглатывали все книги о прошлом человечества – и беллетристику, и научно-популярные издания, подчас редкие. Главное, что их объединяло, – художественная лепка.

В конце концов Олюнин и Миллер решили воссоздать всемирную историю в лицах – от первобытных времен до ХХ века. Это, безусловно, была задача на десятилетия. Пластилиновая армия росла медленно, но верно: тут и вожди племен, и византийские императоры, и древнегерманские вожди, и античные воины, и средневековые рыцари. В магазинах таких сувениров не сыщешь! Соавторы вдохновляли друг друга. Творили азартно. Частенько, увидев новую работу приятеля, второй тут же лепил ей пару. Один – воина из племени готов, другой – крестителя древних готов, епископа Ульфилу. Один – кровавого герцога Альбу, другой – его заклятого врага, принца Вильгельма Оранского.

Ростислав Олюнин был преданным почитателем Жюля Верна, великого фантазера, который все невероятные приключения своих героев придумал не выходя из дома. Так среди фигурок появились и литературные персонажи. И не только герои приключенческих романов, но и, например, сестры Булавины из «Хождения по мукам» Алексея Толстого. Пластилиновый мир создавался много лет – в 1960–1970-е. А последней работой Ростислава Олюнина стала скульптура из пластилина папы римского Григория XIII. Когда погиб его друг, Андрей Миллер, он больше не сделал ни одной фигурки. Не для кого стало лепить и обсуждать все это стало не с кем…

Есть невидимая грань, отделяющая хобби от чего-то большего. Олюнин и Миллер, без сомнения, перешли этот рубеж. Им удалось разработать собственную технику лепки, а кропотливое изучение изображений замечательных людей разных эпох помогло им добиваться поразительного сходства. Завсегдатаи библиотек, они копировали образцы костюмов исторических деятелей. И рыцари, и сановники у них получались как живые.

На книжных полках перемешались времена и народы: царь Ассирии Ашшурбанапал, правивший в VII веке до н. э., соседствовал с королем Хлодвигом из династии Меровингов, объединявшим разрозненные племена франков на рубеже V–VI столетий, а первый российский император Петр Великий – с последним царем Древнего Рима Тарквинием Гордым. Впечатляющая подобралась компания: она могла бы стать ярким пособием для школьных уроков истории. Но, как известно, пластилиновые фигуры существуют только в единственном экземпляре, тиражировать их поточным методом невозможно. В этом их уникальность. Соавторы не стремились на страницы журналов, не заботились о «пиаре» (в те времена и слова-то такого не было). Лепке из пластилина они посвящали не часы, а дни – целиком, к тому же без выходных и отпусков. А значит, это уже не потеха, но дело, настоящее призвание.

Трагедия русской смуты

Сергей Олюнин не стал художником, работал в «Литературной газете» на технической должности и почти не вспоминал о «пластилиновом» детстве.

«Возвращение к истокам» началось, когда Сергей, как и многие в нашей стране в 1990-е, обратился к книгам Александра Солженицына. Его поразила судьба адмирала Александра Колчака. Яркая личность, противоречивая фигура. Исследователь Арктики, военный моряк, в годы Гражданской войны он мог стать шансом для России, но проиграл и был казнен. Захотелось оживить, материализовать трагически погибшего «правителя Омского». Тут-то и вспомнилось фамильное увлечение, и вскоре на свет явился пластилиновый Колчак – с ярко переданным характером, с подробными деталями костюма, вплоть до складок. Чем-то он напоминал фигурки Олюнина-старшего, но было в нем и что-то новое. Темперамент мастера Сергея Олюнина, его взгляд на личность в истории. Душа требовала продолжения.

Вслед за Колчаком рождались другие пластилиновые скульптуры. Сергей решил оживить в миниатюре трагический пласт русской истории – эпопею Гражданской войны. И начал с белых. По его замыслу, известные вожди Белого движения – Лавр Корнилов, Антон Деникин, Петр Врангель, Алексей Каледин, Яков Слащёв – должны были соседствовать с полузабытыми героями. Так появились скульптуры сестры милосердия Марии Берг, поэта Ивана Савина, полковника Йозефа Швеца, преподававшего гимнастику в родной Чехословакии и затянутого в водоворот Гражданской войны, профессора математики Владимира Даватца…

Не всегда удавалось сразу поймать характер: например, мастер долго трудился над созданием образа генерала Александра Кутепова. Только шестой вариант этой фигурки показался достигшим цели. Со временем замысел Сергея Олюнина приобретал все больший масштаб: восстановить историю Белого движения во всех подробностях – через личности.

Нет ничего безрадостнее Гражданской войны, и мастер не идеализирует своих героев. Но не принимает беспамятства.

Погружаясь в историю Белого движения, копаясь в книгах и документах, он неожиданно наткнулся на собственную фамилию. Олюнин Николай Алексеевич, капитан 1-го ранга. Прадед! А в семье никогда не говорили о нем, будто и не было его вовсе… Николай Олюнин командовал бронепоездом «Адмирал Колчак», действовавшим на железной дороге Москва – Архангельск. 19 февраля 1920 года бронепоезд был захвачен красными на станции Холмогорская. Почти все офицеры погибли. Прадеду и нескольким его товарищам удалось вырваться, они перешли финскую границу. Николай Олюнин жил в Хельсинки.

После революционных потрясений свою семью – жену и сына – он увидел лишь однажды, когда супруга приехала к нему оформить развод. Она вышла замуж за командира Красной армии. Про белого офицера в семье никогда не вспоминали: много лет он оставался фигурой умолчания. Так бывает: увлечение помогло прикоснуться к семейной тайне. Сергей воспринял это открытие как знак: значит, нужно продолжать это путешествие во времени.

Постепенно сложилась целая экспозиция – «Трагедия русской смуты. 1917–1922». 55 персонажей, у каждого – «лица необщее выраженье». Объединяет их, пожалуй, одно – печать трагических испытаний, выпавших на долю многих в то время.

Но не только история Белой гвардии занимает мастера. В последние годы Сергей Олюнин создал любопытную коллекцию жанровых сценок в пластилине «Сказка старой Москвы». Какой была Первопрестольная, скажем, сто лет назад?

Один за другим возникли колоритные сюжеты: вербный торг на Красной площади, крещенские купели на Москве-реке, масленичные гуляния в Зоологическом саду, пикники в дачных Сокольниках, мытищинские чаепития на пути в Троице-Сергиеву лавру… По дворам бродили шарманщики, распевая песни. А вот одноногий георгиевский кавалер рассказывает, как наши чудо-богатыри били басурман.

Во многом эти композиции были навеяны книгами Ивана Шмелева, и неудивительно, что есть среди ликов старой Москвы и его скульптурный пластилиновый портрет. Автор романа «Лето Господне» за работой, за своим писательским столом. А еще у этой серии скульптур мастера тоже имеется личный мотив: другой прадед Сергея Олюнина, Иван Иванович Соколов, жил в Замоскворечье, на Ордынке, и учился в той же гимназии, которую окончил Шмелев, будущий писатель.

В экспозиции «Столпы империи» – сплошь хорошо знакомые нам исторические лица. Граф Сергей Уваров – министр народного просвещения, автор формулы «Православие, самодержавие, народность», обер-прокурор Святейшего синода Константин Победоносцев, премьер-министр Петр Столыпин, несколько коронованных особ… Но, пожалуй, самым удачным получилось изображение министра иностранных дел Александра Горчакова. Он картинно оперся на трость и, кажется, готов к дипломатическим баталиям во славу и к пользе Отечества.

Частный музей «Всемирная история в пластилине» находится в Москве, на территории «Измайловского кремля». Найти его просто. Там есть вывеска, на которой изображена симпатичная девочка, держащая в руках марципановую жабу. Дело в том, что здесь можно не только ознакомиться с экспозицией, авторами которой стали уже три поколения Олюниных (сын Сергея помогает отцу в работе, причем отвечает за портретное сходство), но и принять участие в мастер-классах, постигая основы художественной лепки, в том числе «сладкой лепки» из марципана. В рамках цикла экскурсий «Всемирная история в деталях» можно узнать неожиданные и занимательные факты из истории материальной культуры разных эпох и народов. И вам обязательно расскажут об уникальной технологии изготовления скульптур из пластилина, представленных в коллекции.

Хозяин всегда на месте. Добро пожаловать.