Archives

Арбатские ворота

августа 30, 2018

В XIII веке, когда еще не было и намека на площадь, здесь проходила одна из важнейших торговых дорог – Волоцкая, связывавшая Москву с Великим Новгородом. Тогда ее окружал лес, тут протекал ручей Черторый. На месте этой дороги позже возникла Поварская улица. Со временем неподалеку появилась еще одна дорога – Смоленская, которая вела в Литву и Польшу. Вокруг нее образовался живописный пригород, прозванный купцами Арбатом. Сегодня большинство ученых склоняются к тому, что в основе этого известного топонима лежит арабское слово «арбад» со значением «предместья». Впрочем, есть и другая версия, указывающая на его происхождение от слова «арба». Но как бы то ни было, именно торговым людям Арбат обязан своим названием.

Борис, Глеб и Тихон Амафунтский

Неудивительно, что и первые ворота, появившиеся здесь с сооружением земляного вала, окрестили Арбатскими. С 1483 года возле них стояла деревянная церковь во имя святых Бориса и Глеба. По указу великого князя Василия III уже в 1527-м ее выстроили в камне, что по тем временам для московских предместий было еще редкостью. Вероятно, этот храм стал местом особого великокняжеского и царского богомолья перед военными походами, поскольку располагался на западном, одном из главных направлений. Позже в Борисоглебской церкви появились усыпальницы двух известных дворянских фамилий: в Воскресенском приделе покоились Мусины-Пушкины, а в Казанском – Бестужевы.

В XVI веке у Арбатских ворот возвели вторую церковь – во имя святителя Тихона Амафунтского (кстати, единственную в Москве с таким посвящением). Первоначально деревянная, она сгорела, и в 1689 году было построено новое, каменное здание, которое в присутствии царевны Софьи освятил сам патриарх Иоаким. Конечно, в дальнейшем храм претерпел еще множество изменений: так, в 1756-м граф Гавриил Головкин пристроил к нему придел Воскресения Словущего, по своим размерам не уступавший самой церкви. В 1812 году храм сильно пострадал от огня и грабежей, и городские власти даже назначили его на слом, но прихожанам тогда удалось отстоять церковь. В результате она не только обрела новую колокольню, но и получила очень необычный для православного храма «парный» облик. Тихоновская церковь состояла из двух симметричных, внешне почти одинаковых «половин», которые венчали широкие купола с главками.

Не миновали изменения и древний храм Бориса и Глеба. Постройку XVI века разобрали в 1763 году и вскоре на средства бывшего канцлера графа Алексея Бестужева-Рюмина, заботившегося о прахе своих предков, воздвигли новую церковь. Автор ее проекта архитектор Карл Бланк известен строительством в Москве и пригородах нескольких храмов в модном тогда стиле елизаветинское барокко. Эта церковь выделялась большим куполом с вытянутыми окнами и богатой изящной лепниной.

Сами Арбатские ворота Белого города, возведенные в XVI столетии, простояли около трех веков. Многое они повидали за свою историю: в Смутное время, в 1611 году, москвичи дали здесь бой отряду рыцаря Новодворского, спешившего на подмогу польскому отряду в Кремле, а позже тут находилась ставка руководителя Второго народного ополчения князя Дмитрия Пожарского, готовившегося отразить нападение гетмана Ходкевича. После сноса стен Белого города в конце XVIII века и открылось широкое пространство, названное Арбатской площадью.

Хлеба и зрелищ!

Долгое время, однако, здесь не было масштабного строительства. Гостиница, фонтан с ключевой водой, несколько низких домиков, принадлежавших местным храмам, – вот, пожалуй, и все, чем могла похвастаться эта площадь в XIX веке. Настоящие перемены ждали ее только в ХХ столетии.

Впрочем, в 1872 году на первом этаже дома, расположенного в самом начале Арбата и принадлежавшего купцам Фирсановым, открылся недорогой трактир «Прага». Это было ничем не примечательное заведение, пользовавшееся популярностью главным образом у местных извозчиков (они называли его «Брага»). Но в 1896-м новый хозяин пожелал превратить его в первоклассный московский ресторан, какому позавидовала бы Европа. Любопытно, что трактир достался купцу Семену Тарарыкину, который не заплатил за него ни копейки – просто выиграл на бильярде. Купец полностью перестроил здание, доверив работу архитектору Льву Кекушеву, позаботился о роскошных интерьерах, а официантов одел в русское платье. «Прага» стала одним из фешенебельных ресторанов Москвы, где кутили самые богатые горожане.

А на другой стороне Арбатской площади, ближе к Воздвиженке, в 1909 году открылся первый московский кинотеатр. Заказчиком строительства «Художественного электротеатра» выступил предприниматель Альберт Брокш, пригласивший в качестве архитектора Николая Благовещенского. Что ж, зрительный зал с экраном в светящемся гроте, рассчитанный на 400 человек, и фойе с фонтаном не могли не привлечь состоятельную публику. Однако посетителей оказалось так много, что в 1912–1913 годах здание пришлось расширять и перестраивать. За дело взялся признанный мэтр эпохи – архитектор Федор Шехтель. Теперь электротеатр вмещал уже 900 человек – рекорд для Москвы того времени! Примечательно, что и после революции «Художественный» сохранил свое название и предназначение. Здесь проходили крупнейшие кинопремьеры: например, в 1926 году впервые демонстрировался «Броненосец «Потемкин»», а в 1931-м – первый советский звуковой фильм «Путевка в жизнь».

К столетию со дня рождения Николая Гоголя, которое отмечали в 1909 году, на Арбатской площади со стороны Пречистенского бульвара торжественно открыли памятник писателю. Но это был не тот монумент, который мы привыкли видеть на этом месте, а совсем другой, созданный скульптором Николаем Андреевым. Его Гоголь, кутаясь в шинель, мрачно взирал на прохожих, повесив нос. На гранях постамента расположились барельефы с героями его произведений.

В прессе сразу же развернулась дискуссия, нужен ли городу такой памятник, примут ли его москвичи. Многие были уверены, что столь скорбный Гоголь не украшает площадь. Однако памятник пережил на этом месте и революцию, и Великую Отечественную войну. Он исчез отсюда лишь в 1951-м. Горожане шептались, что на «депрессивный» памятник вдруг обратил внимание Иосиф Сталин, часто проезжавший мимо него по пути на «Ближнюю дачу» в Кунцеве. Сначала андреевского Гоголя перевезли в Донской монастырь, а спустя несколько лет установили в двух шагах от Арбатской площади, во дворе дома на Никитском бульваре, где великий писатель скончался. На бывшем Пречистенском бульваре, к тому моменту уже давно ставшем Гоголевским, в 1952 году, к столетию смерти автора «Ревизора», открыли другой памятник, работы скульптора Николая Томского. Его Гоголь словно остановился в задумчивости, в руках у него книга, а на лице едва заметная улыбка.

Есть метро!

Путешествия памятника Гоголю – лишь малая часть тех перемен, которые выпали на долю Арбатской площади после 1917 года. Ее храмам революционная эпоха не оставила шансов. Уже в 1922-м Моссовет принял постановление, предусматривающее «в связи с новой планировкой города» снос Борисоглебской церкви как «стесняющей движение». Храм был разрушен в 1930 году.

Символом перемен для всего этого района стал первый советский «небоскреб» на углу Калашного и Нижнего Кисловского переулков. Еще до революции здесь началось возведение доходного дома, но в процессе работ рухнула одна из его стен. Недострой простоял несколько лет, и только в середине 1920-х был воплощен смелый конструктивистский проект для нужд Моссельпрома. Высокую угловую башню этого дома и сегодня видно с Арбатской площади. Именно для него Владимир Маяковский придумал знаменитый слоган «Нигде кроме, как в Моссельпроме»: здание украсила соответствующая реклама.

В 1932 году между Арбатской площадью, Знаменкой и Крестовоздвиженским переулком разместился Арбатский рынок, для которого возвели широкие стеклянные секции. А годом позже пришел скорбный черед Тихоновского храма. Его превратили в своеобразную каменоломню: прямо в нем был устроен небольшой заводик по производству бетона, а сверху здание церкви постепенно разбирали, бросая кирпичи в камнедробилку.

Бетонное производство организовали тут не случайно: на площади развернулось масштабное строительство. Чуть поодаль от места, где находилась церковь, вырос вестибюль станции «Арбатская» – одной из 13 первых станций Московского метрополитена, открытых 15 мая 1935 года. Павильон, спроектированный архитектором Леонидом Теплицким, начали возводить прямо внутри Арбатского рынка, а после завершения работ одну из стеклянных рыночных секций разобрали.

Оригинальное здание станции иногда называют «китайчатым», поскольку оно отдаленно напоминает пагоду, но на самом деле при строительстве предполагались совсем иные ассоциации. Ведь по соседству, на Знаменке и в переулках, располагался Народный комиссариат обороны, а символом армии Страны Советов являлась красная пятиконечная звезда. Ее форма и цвет и были выбраны для павильона станции. Правда, в народе бытовала другая история: будто бы Лазарь Каганович, ведавший строительством Московского метрополитена, при обсуждении предложений по переустройству Арбатской площади просто взял со своего стола чернильницу, имевшую форму пятиконечной звезды, положил ее на план и обвел. Так или иначе, многие москвичи и сегодня называют этот павильон «звездочкой», назначая там встречи.

На близость здания к Наркомату обороны должны были указывать и фигуры, которые предполагалось установить на крыше, – метростроевца с отбойным молотком и красноармейца с винтовкой. Однако эта идея, отложенная на потом, так никогда и не была реализована. Равно как и проект полного переустройства Арбатской площади, которая тоже должна была получить форму пятиконечной звезды! Все эти планы перечеркнула война.

Генштаб и часовня

23 июля 1941 года площадь серьезно пострадала во время бомбардировки. Одним из снарядов был уничтожен дом на углу Воздвиженки и Арбатской площади (позже там разбили сквер). Несколько бомб попали в Арбатский рынок, который вскоре после войны окончательно снесли. Горожане, находившиеся в этот момент на площади, бросились в метро, и в давке, образовавшейся у дверей и на лестнице, погибло немало людей. Бомбы угодили также в перегон между станциями «Арбатская» и «Смоленская», когда там проходил поезд, были жертвы и среди пассажиров. Выяснилось, что на этих станциях неглубокого заложения нельзя было спрятаться от бомбардировок, как, например, на «Маяковской» или «Курской».

Это обстоятельство учли в начале 1950-х, когда городские власти приняли решение построить линию-дублер. 5 апреля 1953 года в Москве торжественно открылись станции «Арбатская», «Смоленская» и «Киевская» Арбатско-Покровской линии. Старые станции закрыли, но ненадолго: в 1958 году их участки были включены в состав новой Филевской линии. С тех пор в городе две «Арбатских», две «Смоленских» и целых три «Киевских» станции!

Для новой «Арбатской» павильон был выстроен по проекту архитектора Леонида Полякова. Здесь поднимающихся на эскалаторах пассажиров встречал огромный мозаичный портрет Сталина в полный рост. Век мозаики, правда, оказался коротким: после развенчания культа личности ее уничтожили, оставив только лепное обрамление. Снаружи павильон был отмечен тремя широкими арками в духе времени – схожим образом оформлены и станции Кольцевой линии. Впрочем, не все прошло гладко: Полякова неожиданно обвинили в… скрытых симпатиях монархии! Критики увидели в сочетаниях декоративных щитов и крупных дубовых листьев очертания имперского двуглавого орла.

В 1960-х Арбатская площадь стала воротами к Новому Арбату (тогда проспекту Калинина), в связи с чем был снесен ряд зданий со стороны Никитского бульвара и у Поварской улицы. Также здесь появился тоннель. Но самые значительные изменения произошли на площади, когда Министерство обороны СССР задумало грандиозное расширение и строительство нового здания для Генерального штаба. Это была настоящая стройка десятилетия, которая завершилась в 1987 году. Целый квартал между Воздвиженкой, Знаменкой, Крестовоздвиженским переулком и Арбатской площадью занял восьмиэтажный дом, спроектированный архитекторами Михаилом Посохиным, Юрием Поповым и Николаем Минаевым. Его стены отделаны белым мрамором, змеевиком и гранитом.

Вся западная часть площади оказалась словно накрыта этим корпусом, ради которого был уничтожен целый ряд исторических зданий. Так, на Воздвиженке разобрали бывший доходный дом «Америка», в котором в октябре 1892 года поселился композитор Сергей Рахманинов. Также снесли дом, где в молодости жили Петр Чайковский и Николай Рубинштейн. Исчез и сквер возле кинотеатра «Художественный», а находившийся перед ним фонтан перенесли во двор нового гигантского здания. Наконец, павильон станции «Арбатская» Арбатско-Покровской линии был встроен в корпус Генштаба. Теперь выход сделали через боковую стену нового здания со стороны Воздвиженки, а огромные арки павильона, когда-то направленные на Арбатскую площадь, заложили (их очертания видны внутри современного вестибюля станции). Сейчас этот павильон можно наблюдать лишь с высоты птичьего полета: на соответствующих снимках отчетливо просматривается, что он не был снесен и сохранился, только скрыт от глаз прохожих.

Павильону станции «Арбатская» Филевской линии повезло больше. Его не тронули и не перестроили, а в этом году отреставрировали, вернув стенам исторический цвет.

В 1990-е годы городские власти вспомнили об уничтоженных храмах площади. Воссоздать их на старом месте в прежнем виде уже невозможно, но оставить напоминание о них потомкам все же получилось. На месте алтаря Борисоглебской церкви установили небольшую стелу, увенчанную главкой с православным крестом, ниже расположена доска с рельефным изображением утраченного храма. А чуть в стороне от места, где стояла Тихоновская церковь, освятили небольшой храм-часовню во имя святых Бориса и Глеба и святителя Тихона Амафунтского. Часовню строили по образу Борисоглебской церкви. Ее открытие и освящение приурочили к 850-летию Москвы, на церемонии присутствовал президент России Борис Ельцин со своими внуками Борисом и Глебом.

В 1994 году Арбатская площадь несколько уменьшилась в размерах: та ее часть, что примыкала к Новому Арбату, Поварской улице и Никитскому бульвару, теперь стала площадью Арбатские Ворота. Впрочем, москвичи этого будто бы не заметили и по старинке именуют все это пространство Арбатской площадью. «Прага» уже который год закрыта для рядовых посетителей, на реставрации и кинотеатр «Художественный». И все же площадь пользуется любовью горожан, по-прежнему назначающих свидания то у Гоголя, то у кинотеатра.