Archives

Триумф у Белорусского вокзала

мая 1, 2018

Издавна, с XIV века, тут проходила Тверская дорога – главная магистраль Московского княжества, соединявшая его столицу не только с Тверью (одним из важнейших русских торговых городов), но и с иностранными державами. В середине XVI столетия здесь возникла Тверская слобода, где стали селиться ямщики. Память об этом сохранилась в названиях Тверских-Ямских улиц и переулков. А площадь, которая сегодня носит название Тверская Застава, сформировалась во второй половине XVIII века, когда сюда подошла граница Москвы, правда пока еще только таможенная.

От Компанейского к Камер-Коллежскому

В то время в Российской империи существовала система внутренних таможенных кордонов. Интересно, что известному Камер-Коллежскому валу – окружавшей город мощной земляной насыпи со рвом и заставами, где проводился таможенный досмотр, – предшествовал Компанейский вал, построенный «компанейцами», винными откупщиками. Сооруженная ими в 1731–1732 годах деревянная стена с надолбами служила преградой для ввоза в Москву контрабандной водки. Однако уже через 10 лет на месте этих укреплений протянулся 37-километровый вал, учрежденный Камер-коллегией – государственной структурой, которая ведала казенными сборами.

В 1754-м внутренние таможенные пошлины отменили, но вал просуществовал еще более ста лет. На заставах теперь проверяли подорожные (документы, дающие право на получение почтовых лошадей) и записывали в книгу имена частных лиц, въезжавших в город и выезжавших из него «по собственной надобности». Въезды в Москву были оформлены одинаково: два столба-обелиска, кордегардии (караульные помещения), а чуть поодаль – амбары и избы сторожей. Надо сказать, что заставы на подъезде к городу пригодились во время страшной чумы 1770–1771 годов. Всех тщательно досматривали: не болен ли путешественник? Вещи и деньги едущих для дезинфекции протирались уксусом. А официальной полицейской границей Москвы Камер-Коллежский вал стал в 1806 году.

Новые Триумфальные ворота

В 1814-м Первопрестольная встречала русские войска, которые с победой возвращались из Франции. На пересечении Камер-Коллежского вала с Петербургской (бывшей Тверской) дорогой по указу московского генерал-губернатора Федора Ростопчина возвели деревянную Триумфальную арку. Впрочем, это была временная постройка, и вскоре после завершения празднеств ее разобрали.

К идее Триумфальных ворот вернулись в начале правления Николая I. Он любил такие сооружения: одновременно с московской в Петербурге появилась Нарвская Триумфальная арка, возведенная по проекту архитектора Василия Стасова. Автором проекта в Первопрестольной стал Осип Бове – зодчий, сформировавший новый облик Москвы после пожара 1812 года. Триумфальные ворота у Тверской заставы – памятник в честь победы над Наполеоном – торжественно открыли в 1834 году. Их нарекли Новыми, чтобы не путать с триумфальными арками, которые раньше строились по случаю коронаций и других знаменательных событий по этой же дороге, но ближе к Кремлю. При этом и саму площадь переименовали в площадь Новых Триумфальных ворот (а потом и просто в Новую Триумфальную). Хотя в народе ее продолжали называть Тверской заставой.

Великолепные рельефы для Триумфальной арки, выполненные по эскизам Бове, создали скульпторы Иван Витали и Иван Тимофеев. Это и барельефы с военными доспехами, и 44 герба русских городов, жители которых участвовали в борьбе против наполеоновской армии, и декоративные розетки, и многофигурные композиции, в аллегорической форме повествующие об освобождении Москвы и изгнании французов из России. Вершиной творчества скульпторов стала колесница крылатой богини Фамы (Славы) с шестеркой коней. Она венчала Триумфальные ворота.

Перед Бове стояла задача и новой планировки площади. Он спроектировал здания кордегардий, поставив эти изящные ампирные постройки друг напротив друга. Примечательно, что в царствование Николая I на заставах дежурили инвалидные команды, обслуживавшие шлагбаум. Инвалидами тогда называли не только увечных, но и отслуживших свой срок солдат, пожелавших остаться на службе. Рядовые дергали за цепь шлагбаума, а унтер-офицеры проверяли подорожные. Инвалид был неизменным стражником заставы, о чем в свое время упомянул Александр Пушкин в «Дорожных жалобах»:

Иль чума меня подцепит,

Иль мороз окостенит,

Иль мне в лоб шлагбаум влепит

Непроворный инвалид.

Камер-Коллежский вал просуществовал до середины XIX века. Жизнь Новой Триумфальной площади изменилась, когда упразднили заставы и срыли остатки земляных насыпей. Владимир Гиляровский в книге «Москва и москвичи» писал: «В домиках кордегардии при мне уже помещались то городские метельщики, то полицейская стража, то почтенные инвалиды, растиравшие на крыльце, под дорическими колоннами, в корчагах нюхательный табак для любителей-нюхарей. Потом поместилась в одном из домиков городская амбулатория, а в другом – дежурка для фельдшера и служителей».

Привокзальная площадь

В XIX веке ямская гоньба стала уступать место более современным видам дальнего пассажирского сообщения. С 1820 года между Москвой и Петербургом начали курсировать дилижансы, а в 1851-м столицы связала железная дорога, вскоре названная Николаевской. Вокзал Московско-Смоленской железной дороги на Новой Триумфальной появился в 1870-м. Всего через год эту дорогу продлили до Бреста, и вокзал из Смоленского быстро переименовали в Брестский.

Новая железная дорога соединила Первопрестольную с западными губерниями империи. Сегодня в это трудно поверить, но в начале ХХ столетия дешевая рабочая сила поступала в столицы главным образом не с востока, а из Прибалтики, Белоруссии и Польши. Многие из прибывавших в Москву поляков селились неподалеку от Брестского вокзала и работали на железной дороге. Неудивительно, что именно в этом районе, на Малой Грузинской улице, в 1901–1911 годах возвели польский костел – католический храм Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии, который сохранился до наших дней.

Развивался и городской транспорт. В 1872-м от Иверских ворот у Красной площади до нынешнего Белорусского вокзала пустили регулярную линию конно-железной дороги – конку. А в 1899 году здесь зазвенели первые трамваи: по дороге к Петровскому путевому дворцу они проезжали прямо под Триумфальной аркой.

Первопрестольная пышно отмечала столетие победы в Отечественной войне 1812 года. К предстоящим торжествам Брестский вокзал полностью перестроили. Согласно проекту архитектора Ивана Струкова вокзальное здание украсили башни со шпилями и остекленные арки входов, а в

интерьерах чувствовалось влияние неоклассицизма, напоминавшее об эпохе Александра I. В честь этого императора Московско-Брестскую железную дорогу переименовали в Александровскую, и такое же название получил вокзал. Тогда же здесь был построен и Тверской путепровод над железной дорогой.

Значительным событием для Новой Триумфальной площади стало возведение старообрядческого храма во имя Святителя Николы Чудотворца. Еще в XIX веке здесь появилась деревянная часовня с небольшой старообрядческой моленной. Преобразовать часовню в храм удалось только после 1905 года, когда в Российской империи была объявлена свобода вероисповедания и старообрядцы получили возможность легально строить свои церкви. Сооружение храма по проекту архитектора Антона Гуржиенко на месте часовни началось в марте 1914-го. Средства на строительство жертвовали именитые купцы-старообрядцы. Никольская церковь была создана в неорусской стилистике, ориентирующейся на новгородское храмовое зодчество. Она должна была напоминать Спас на Нередице. Храм освятили в 1921 году, когда завершилась отделка интерьеров. Но действующим он оставался недолго. В годы Великой Отечественной в церкви размещался склад противовоздушной обороны, а после войны – мастерские скульпторов. В наше время храм вернули старообрядцам.

После революции многие «романовские» названия исчезли с карты Москвы, и Александровский вокзал не стал исключением. Его снова назвали Брестским. В августе 1922-го бывшую Александровскую и Московско-Балтийскую железные дороги объединили, и вокзал переименовали в Белорусско-Балтийский. В 1930-е годы после очередной реорганизации железных дорог от этого названия осталась только первая половина и вместе с тем новое имя получила площадь – площадь Белорусского вокзала.

Тогда же произошло, пожалуй, наиболее печальное событие в истории этих мест: были разобраны Триумфальные ворота. Дело в том, что к началу 1930-х сеть наземного транспорта в Москве сильно разрослась. Нагрузка на столичные трамваи увеличилась, появились автобусы и троллейбусы. В этих условиях требовалось расширение главных городских магистралей. Под снос попали многие памятники архитектуры.

Газета «Рабочая Москва» 3 июля 1936 года писала: «Трест «Мосразборстрой» приступает к сносу Триумфальной арки на площади Белорусско-Балтийского вокзала. Снятие фигур и скульптурных групп будет производиться очень осторожно. В начале августа на месте Триумфальной арки откроется широкая площадь». В другой газетной публикации управляющий того самого треста «Мосразборстрой» Иванюк сообщал, что арку разбирают «на отдельные части с тем, чтобы можно было снова собрать ее».

На деле же работа отнюдь не была ювелирной, а в дальнейшем некоторые скульптурные детали ворот и вовсе оказались уничтоженными. Так, из 12 капителей колонн сохранилась только одна, остальные в годы Великой Отечественной войны отправили на переплавку. Скульптуры и рельефы передали на хранение в Музей архитектуры, и много лет их можно было увидеть в бывшем Донском монастыре.

После войны возникли планы восстановления Триумфальной арки у Белорусского вокзала. Но не сложилось. Позднее, в 1965-м, Совет министров СССР принял постановление о воссоздании ворот, однако на другом месте – на Кутузовском проспекте, рядом с Музеем-панорамой «Бородинская битва». Арку построили к 1968 году. При этом от подлинного памятника XIX века были использованы лишь колесница Славы и фигуры воинов. Детали декора и барельефы выполнили заново, а оригиналы так и остались в Музее архитектуры. Сегодня они выставлены в Скульптурном дворике музейного здания на Воздвиженке, а несколько рельефных фигур, в частности трубящих ангелов, по-прежнему можно увидеть на стенах Донского монастыря.

«Мы за ценой не постоим…»

В годы Великой Отечественной площадь Белорусского вокзала стала героическим символом расставаний и встреч. Отсюда на фронт отправлялись добровольцы. Здесь звучало «Прощание славянки». 26 июня 1941 года Краснознаменный ансамбль впервые исполнил песню «Священная война» поэта Василия Лебедева-Кумача и композитора Александра Александрова – об этом сегодня напоминает мемориальная доска, установленная на стене вокзала. А четыре года спустя сюда вернулись уже солдаты-победители. Вся Москва приходила их встречать. В 1970 году на экраны вышел фильм режиссера Андрея Смирнова «Белорусский вокзал» – история фронтовых друзей, встретившихся через четверть века после Победы. В картине прозвучал марш Альфреда Шнитке на стихи Булата Окуджавы – марш, без которого с тех пор не обходится ни один День Победы:

Нас ждет огонь смертельный,

И все ж бессилен он.

Сомненья прочь, уходит в ночь отдельный

Десятый наш десантный батальон…

В 1951 году на площади Белорусского вокзала разбили сквер с цветником, а на возвышении установили памятник Максиму Горькому. Москва давно ждала эту скульптуру. Памятник еще в 1939-м спроектировали скульптор Иван Шадр и архитектор Михаил Барщ. После смерти Шадра проект доработала Вера Мухина – автор «Рабочего и колхозницы». Великий пролетарский писатель пристально вглядывается в Москву, вернувшись после долгих странствий. В руке у него – шляпа и дорожная трость. Место для монумента было выбрано не случайно: именно здесь в 1928 году Горького торжественно встречали после возвращения из Италии. Тысячи людей приветствовали тогда легендарного Буревестника революции. После смерти писателя Тверская и 1-я Тверская-Ямская улицы, ведущие от Кремля к площади Белорусского вокзала, были переименованы в улицу Горького.

Площадь не раз оправдывала свое старое название – Новая Триумфальная. Тут чествовали героев. В 1934-м москвичи встречали здесь команду парохода «Челюскин» и их спасателей – полярных летчиков, ставших первыми героями Советского Союза. Тремя годами позднее в открытых автомобилях по площади проехали новые триумфаторы – летчики Валерий Чкалов, Георгий Байдуков и Александр Беляков, возвратившиеся после знаменитого трансполярного беспосадочного перелета из СССР в США.

Станция метро «Белорусская», открытая здесь еще до войны, в сентябре 1938 года, сохранила свое название до наших дней, чего нельзя сказать о самой площади. В 1990 году ей вернули историческое название – Тверская Застава.

Сегодня Белорусский вокзал остается одним из самых многолюдных в Москве, ведь отсюда отправляется экспресс в международный аэропорт Шереметьево, а поезда – не только в Белоруссию, но и в Прагу, Берлин, Париж… В 2000-е годы на площади планировалось организовать крупную транспортную развязку и соорудить торговый комплекс, для чего пришлось даже временно демонтировать памятник Горькому. Предполагалась и перестройка Тверского путепровода. Однако строители столкнулись с непредвиденными трудностями: подземные воды помешали реализовать «футуристический» проект. Благодаря этому сохранились исторические пропорции площади.

После недавней реконструкции она преобразилась, но не утратила привычного обаяния. По Лесной улице к Белорусскому вокзалу снова движутся «счастливые» трамваи – «девятка» и «семерка». 31 июля 2017 года на свое историческое место вернулся и памятник Горькому.