Archives

«Выбирайтесь своей колеёй!»

августа 29, 2016

Сентябрьский номер журнала «Историк» посвящен отечественным железным дорогам. Поводов для этого более чем достаточно.

rudakov2016

200 лет назад – в 1816 году, находясь в Англии, будущий император Николай I впервые увидел рельсовые дороги на рудниках и даже прокатился на тамошнем паровозе. Через 20 лет – в 1836 году – стартовало строительство первой в России «чугунки» – железной дороги общего пользования, соединившей Санкт-Петербург и Царское Село. Еще через 15 лет – в 1851-м – началась эксплуатация знаменитой и по-прежнему самой востребованной российской трассы Санкт-Петербург – Москва. Прошло еще 40 лет, и в 1891 году началось, а еще через четверть века – в 1916-м, то есть 100 лет назад, – было завершено строительство Транссибирской железнодорожной магистрали, не только связавшей западные и восточные рубежи необъятной империи, но и соединившей Европу с Азией, Запад с Дальним Востоком.

Каждый раз выбор в пользу строительства железнодорожного пути был непростым. Свою роль играли косность и боязнь «всего иностранного», казнокрадство и нехватка финансовых ресурсов на столь масштабные работы, сомнения в эффективности таких дорог и тяжелые природно-климатические условия в России. Однако тех людей, которые на каждом историческом этапе продвигали проекты развития этого нового вида сообщения, не пугали преграды: они четко понимали, что великой державе не обойтись без металлических артерий. Два главных мотива – экономический и оборонный – лежали в основе этого, без всякого преувеличения, грандиозного проекта…

Это была во всех смыслах слова своя колея.

В прямом смысле, потому что русская пятифутовая (1524 мм) железнодорожная колея изначально отличалась от европейской в 1435 мм. Русские инженеры справедливо рассудили, что узкая европейская колея существенно ограничит объемы перевозок отечественных железных дорог. Учитывая российские расстояния, это было верное решение. К тому же в военных условиях разница в колейности страховала от возможности использования противником наших железнодорожных коммуникаций, и это тоже было весьма предусмотрительно.

Но это была своя колея еще и потому, что общество выстрадало ее (вспомним некрасовскую «Железную дорогу», на которую мы не раз еще будем ссылаться в этом номере), долго и трудно дорастая, буквально – дозревая до «железки».

С позиций сегодняшнего дня тому же Николаю I часто ставили на вид неразвитость сети железных дорог в России (к моменту его смерти их было всего две – «пригородная», из столицы империи в Царское Село и Павловск, и знаменитая дорога из Петербурга в Москву), равно как и то, что по протяженности железнодорожных путей мы сильно уступали тогдашним западным «партнерам». Его преемников – Александра II и особенно Александра III, наоборот, всячески хвалят за резкий подъем железнодорожного строительства. При этом как-то забывается то обстоятельство, что долгие годы само общество резко негативно относилось к «чугунке», что ее экономическая эффективность до поры до времени (по крайней мере до эпохи промышленного бума) была не вполне очевидной. И лишь когда этот бум (после отмены крепостного права и целого ряда экономических шагов правительства) действительно наметился, железнодорожное строительство, в целом железная дорога стали «модным трендом» в экономической жизни страны…

Так что история отечественной железной дороги – это не столько история рельсов и шпал, вагонов и паровозов (хотя это тоже удивительно увлекательная тема). Это прежде всего история о том, что на каждом историческом отрезке времени важно выбрать именно свою колею – путь, который отвечает коренным интересам страны и общества. Этот выбор всегда непрост. Однако разумной альтернативы ему все равно нет. Настоящий кумир позднесоветской эпохи Владимир Высоцкий очень точно написал и спел про «чужую колею».

Сам виноват – и слезы лью,
И охаю –
Попал в чужую колею
Глубокую.
Я цели намечал свои
На выбор сам,
А вот теперь из колеи
Не выбраться.

Финал этой песни хорошо известен: «Выбирайтесь своей колеёй!» Собственно, в XIX веке так и сделали. Этот подход и теперь представляется весьма актуальным.


Владимир Рудаков,
главный редактор журнала «Историк»