Archives

Обустройство Тавриды

августа 31, 2019

Присоединение Крыма к Российской империи открыло новый период освоения полуострова, его интеграции в политическую, экономическую и культурную жизнь нашей страны, считает старший научный сотрудник Института российской истории РАН, кандидат исторических наук Алексей Белов

Конец XVIII – первая половина XIX века – это время кардинальных перемен в жизни Крыма. Менялись хозяйственное устройство и этноконфессиональный состав населения, строились мосты и дороги, разбивались сады, основывались города, создавался Черноморский флот.

Рай без Адама 

– Крым в XVIII веке считался непростым регионом, требующим привлечения больших ресурсов для развития. Почему же его все-таки решили присоединить к России? 

– Ситуация в 1770–1780-х годах менялась быстро. С одной стороны, было совершенно очевидно, что полуостров станет большой обузой. Его необходимо было обустраивать и, что не менее важно, защищать, причем в условиях крайней удаленности от центра страны и слабой развитости дорожной сети. Тем более что к тому моменту Россия уже имела выход к Черному морю – через Днепр. Отстраивались города Николаев, Херсон, Екатеринослав.

Но с другой стороны, из Крыма на Русь пришло христианство. В Херсонесе был крещен князь Владимир, он оттуда принес к нам веру. В то время (как, впрочем, и в наши дни) это был очень важный фактор. Город Херсон получил название в память о крымском Херсонесе, о Крещении Руси. И только когда стало ясно, что Османская империя, продолжая считать Крымское ханство своим протекторатом, не станет соблюдать договоренность о его нейтральном статусе, не откажется от агрессивной политики по отношению к России и от стремления изгнать ее из Причерноморья, в окружении императрицы Екатерины II окончательно сформировался план присоединения Крыма.

– Каким был полуостров на тот момент? 

– Мы привыкли характеризовать Крым, используя хорошо известное выражение из кинофильма «Кавказская пленница»: «Это всесоюзная кузница, и житница, и здравница». Но это справедливо для конца XX века, а во второй половине XVIII столетия полуостров в одной своей части представлял собой скалу, поросшую колючим кустарником, а в другой – холмистую безводную и, следовательно, безжизненную степь. Тогдашний Крым можно было бы образно назвать раем, из которого изгнали Адама.

Крымское ханство по своей сути было паразитическим государством. Значительную часть его доходов приносили грабительские набеги и торговля людьми. Русские, придя в Крым, прекратили эту практику, и доходов не стало. Нужно было осваивать новые земли, вкладывать деньги в развитие хозяйства – и это в условиях оторванности от центра империи, острой нехватки людей и соответствующего опыта. К тому же здесь пришлось столкнуться со многими проблемами. Первая – это саранча, уничтожавшая все посадки. С ней требовалось бороться без промедления и одновременно на огромной территории. Вторая – отсутствие топлива. Не хватало леса, надо было высаживать деревья. Третья проблема – нехватка питьевой воды. В Крыму нет полноводных рек! Вода в этих краях всегда считалась признаком достатка. Если у тебя есть небольшой фонтанчик, значит, ты неимоверно богатый человек. Александр Пушкин писал о знаменитом фонтане крымских ханов как о красивой легенде: фонтан любви, капают слезы в память о женщинах… Ситуация была проще: даже хан в своем дворце в Бахчисарае, там, где заседал диван, мог позволить себе только такой скромный фонтан.

Следующая проблема напрямую связана с предыдущей – это болезни. На фоне жары и отсутствия воды частыми были вспышки инфекционных заболеваний, холерные эпидемии. Активная торговля с Турцией, Персией и Индией означала угрозу чумы. «Заразительные болезни в области Таврической» и сопредельных регионах документы того времени называют не иначе как «свирепствующими». Так, например, согласно отчету екатеринославского губернатора Тимофея Тутолмина за 1783–1784 годы, на момент проверки в егерских батальонах значилось «здоровых – 18 732 человека, больных – 2381». Лечебниц не хватало, врачей практически не было. Всем этим пришлось заниматься российскому правительству уже в первые годы после присоединения Крыма. Обустраивать больницы, рыть колодцы, строить дороги, принимать меры для привлечения переселенцев…

И нужно еще учесть, что в тот период существовала постоянная угроза не только со стороны Османской империи, но и со стороны Франции. Екатерина II проводила аккуратнейшую, взвешенную внешнюю политику, чтобы не допустить создания широкой антироссийской коалиции – этот дамоклов меч практически всегда висел над Россией. Иностранные наблюдатели писали, что русские в первые десятилетия после обретения Крыма не столько его осваивали, сколько защищали. И в этом есть правда, хотя беспокоиться приходилось и об экономическом развитии тоже. И прежде всего обустраивать города.

Край переселенцев 

– Существовало ли какое-то сопротивление присоединению к России внутри татарского общества? И если нет, то почему? 

– В Российском государственном военно-историческом архиве сохранился один из отчетов князя Григория Потемкина. Он докладывал императрице, что, когда Крым стал российским, татары радовались. Для них закончился период войн. Потому что турки их постоянно гнали воевать против северного соседа. Потемкин писал: «Татары области Таврической… весьма обрадованы утверждением мира, коего плоды они уже вкушают. Все землевладельцы занялись теперь хлебопашеством, и примерно общее всех удовольствие. По деревням отправляют свадьбы с обыкновенным при таковых случаях празднованием. Татары ездят друг к другу пить бузу. Делают ради забавы и несказанно веселятся, отзываясь, что издревле был у них сей обычай, который пресекся со временем правления хана Шагин-Гирея». Вот такая идиллическая картина. Но потом настроения переменились.

– Чем это можно объяснить? 

– Дело шло к новой войне с Турцией, и Потемкин, будучи генерал-губернатором Новороссии, отдал тайный приказ изымать у татар оружие и лошадей. Это (особенно первое) воспринималось как оскорбление. Самое интересное, что данную политику в Крыму проводили местные чиновники, которые в основном были татарами. Возникло недовольство. Большую роль в этом процессе сыграли бывшие чиновники ханской администрации, мусульманское духовенство. Татары стали покидать полуостров. Миграция усилилась после второй екатерининской Русско-турецкой войны (1787–1791), когда стало ясно, что Османская империя не вернет себе Крым. Переселенцы так объясняли свой выбор: «Вы неверные, а мы уезжаем к тем, кто верен Аллаху». В этом переселении – большая беда крымско-татарского народа. В Турции, которая обещала заботу, татар в общем-то никто не ждал. Неудивительно, что вскоре начался обратный поток. Многие погибали во время морских путешествий. Любопытно, что возвращались в том числе представители крымской аристократии, мурзы.

Позже конец миграции татар временно положил новороссийский генерал-губернатор граф Михаил Воронцов. Он ликвидировал паспорта на выезд, не дал коренным жителям покинуть свой край и фактически спас Крым для крымских татар и сохранил их для Крыма.

– А в целом как менялся национальный состав населения после присоединения к России? 

– Сам полуостров и близлежащие территории, которые также в начале XIX века вошли в состав Таврической губернии, были землями малозаселенными. Проявляя заинтересованность в их развитии, правительство сразу стало активно привлекать сюда переселенцев. В Крым приезжали выходцы из тогдашней Австрии – представители балканских народов, в частности болгары и сербы, а также немецкие колонисты, евреи. Немецкие колонисты внесли большой вклад в развитие сельского хозяйства на полуострове. Были и переселенцы из российских центральных губерний, к началу XIX века они составляли около 13% населения Крыма. Еще больше было переселенцев из Малороссии. Правда, когда началась Крымская война, малороссы стали массово покидать полуостров – тогда соотношение быстро поменялось в пользу великороссов. Показательно, что, в отличие от русских и татар, украинцы так и не создали на полуострове своей этнической территории.

Российский Крым с самого начала был многонациональным. Не всегда представители разных народов и конфессий могли ужиться друг с другом. Вспомним, например, историю многонациональной и многоконфессиональной Феодосии. Но жизнь заставляла искать формы сосуществования, избегать конфликтов.

Заметную роль играли в Крыму беглые и старообрядцы. И в значительной степени Новороссийский край обустраивали подневольные люди. В том числе каторжники. Речь идет прежде всего о приморских территориях, поскольку в то время силы каторжников активно использовало Адмиралтейство. Подневольные люди строили верфи, пристани, корабли.

Это была тяжелая, адская работа. Когда каторжники ее выполняли, их отпускали на свободу, предоставляли им землю, право обзавестись своим хозяйством на этих территориях. Еще большую роль в освоении полуострова сыграли военные.

Практически с нуля 

– Насколько была велика роль военных? 

– Армия и флот стали важными факторами освоения Крыма и с точки зрения развития экономики, и с точки зрения увеличения численности населения. Все города на побережье так или иначе были связаны с Черноморским флотом. Севастополь со временем получил статус его главной базы. При этом войска здесь решали не только сугубо военные, но и важнейшие хозяйственные задачи. Военные прокладывали дороги, рыли колодцы, возделывали землю.

Французский математик и политический деятель Шарль-Жильбер Ромм, побывавший в Крыму в 1786 году, издал книгу о своем путешествии. Там он писал: в Судаке греки выращивали виноград, а сейчас русские продолжают их начинание, развивают традиции, из Венгрии выписывают лозу, поднимают новую землю, засаживают ее виноградниками. И Ромм подчеркнул: для этой работы употребляют 300 человек солдат, ничего не смыслящих в этом деле. А что получилось в итоге? Во второй половине XIX века князю Льву Голицыну удалось основать мощнейшие предприятия по производству вина, его продукция вошла в перечень лучших марок мира. Но база-то для этого была создана в первые десятилетия истории российского Крыма, когда появлялись новые поселения, а военные строили дороги, таскали на себе привезенную почву, обрабатывали землю.

– Какие отрасли экономики развивались тогда наиболее активно? 

– Очень важно, что на полуострове стали выращивать хлеб, которого здесь веками остро не хватало. И к концу XIX века Крым не только обеспечивал себя зерном, но и торговал им. Раньше тут практически не было ни земледелия, ни промышленности. Существовало только кустарное производство: обработка кожи, изготовление войлока. Крымское ханство играло роль скорее сырьевого или военного придатка Османской империи. Такой экономика Крыма не могла оставаться после его присоединения к России.

Достаточно быстро стали развиваться овцеводство и виноградарство. В 1804 году в Судаке открылось казенное училище виноделия. В 1830-м Воронцов принял решение бесплатно предоставлять землю тем, кто будет заниматься садоводством. Единовременно тогда распределили около 200 десятин. В меньшей степени уделяли внимание овощеводству. Для расчистки территорий под парки приходилось взрывать горы. Землю завозили на кораблях. Кстати, появилось табаководство, которое погибло в Крыму в 1990-е годы.

С промышленным производством было сложнее. Потемкин создал монетный двор. Но выпустили одну монету – и все. Почему? Серебро надо завозить, металл. А зачем везти в Крым металл, когда эти же монеты можно чеканить в Петербурге? Похожая история с химической промышленностью. Одному дворянину-предпринимателю, пытавшемуся открыть в Крыму химическое производство, выдали крупный кредит, всячески ему помогали, но он разорился. В чем причина? Все та же проблема отсутствия сырья. Завозить его издалека было просто невыгодно.

Зато развивалось кораблестроение. Море кормило. Жители всех городов и поселков на побережье занимались рыболовством. А значит, была необходимость в строительстве и ремонте самых разнообразных судов. Накануне Крымской войны насчитывалось 114 таких предприятий. Правда, в основном это были небольшие мануфактуры.

Пространство Крыма 

– Полуостров активно развивался, однако Крымская война показала проблему с коммуникацией между ним и остальной империей. Почему так произошло? 

– Есть знаменитая фраза, что в России две беды – дураки и дороги. С моей точки зрения, сказано неточно и вульгарно. Точнее и глубже ту же идею выразил император Николай I: «Беда моей страны – это ее пространство».

Вспомним карту Новороссии. Все дороги шли до Кременчуга, до Екатеринослава. Дальше надо было следовать уже по воде. А Днепр, как любая река, – это мели, перекаты, опасности. И это главная магистраль! Конечно, любая переброска людей или грузов превращалась в серьезную проблему. При этом строительного материала в Крыму остро не хватало, почти все приходилось завозить.

Российское правительство критикуют за неразвитую инфраструктуру в Таврической губернии и вообще в Новороссии к началу Крымской войны. Но как ее было развивать?.. Скажем, есть у нас знаменитый порт на Енисее за полярным кругом – Игарка. Туда вели, но так и не достроили железную дорогу. Чтобы доставить в порт все необходимое, надо сначала добраться до Архангельска и затем ледокольным флотом везти груз по Северному Ледовитому океану. Так вот, фигурально выражаясь, Игарка и тогдашний Крым – примерно одно и то же. Слишком велики были масштабы трудностей. Нельзя сбрасывать со счетов фактор пространства и уровень возможного развития транспорта в данных условиях.

– Получил ли в то время заметное развитие торговый флот? 

– Крымские города всегда торговали – преимущественно с Турцией. Оттуда поставляли практически все: башмаки, халаты, сладости, хлеб, оружие и т. д. Сотни наименований. Этот поток шел столетиями. Но серьезного торгового флота в XVIII веке в Крыму не было. В приморские города прибывали небольшие суда – фелюги (как правило, с греческой или турецкой командой в 8–10 человек). Евпатория и Феодосия – это два мощных, процветавших торговых города. В Феодосии еще живы были традиции итальянских факторий, имел место торговый обмен с Кубанью и прикаспийскими территориями. А Евпатория, если учесть розу ветров, очень удачно расположена. Умелые моряки в определенные сезоны могли в кратчайшие сроки достичь Босфора. Правда, когда незадолго до присоединения Крыма греки и армяне стали переселяться в Россию, торговля в крымских городах пришла в упадок. И теперь приходилось все выстраивать заново. К тому же торговле мешали войны. Лишь после Крымской войны и последующего восстановления хозяйства на полуострове его порты превратились в крупные центры торговли. Это уже конец XIX века.

– Какие новые населенные пункты появились в Крыму в первые десятилетия после его присоединения к России? С какой целью они создавались и за счет чего развивались? 

– Пробежимся по карте. Какие города существовали в Крыму до того, как он стал российским? Евпатория, Судак, Феодосия, Бахчисарай, Карасубазар, переименованный в Белогорск. Керчь была небольшим поселением. Все остальное создано Россией. Симферополь строили на окраине маленького татарского городка. Основали Севастополь – город исключительный. Знаменитый Южный берег Крыма – Ялта, Алушта – был освоен при Воронцове, когда там солдаты прорубили дорогу в скалах вдоль моря. Россия активно вкладывалась в строительство крымских городов.

Характерная особенность Крыма в XIX веке – быстрый рост городского населения. К 1851 году 30% населения полуострова были горожанами. Представляете, все только начиналось, мы все делали заново – и уже 30%! А в конце XIX века доля горожан достигла 42%. По меркам того времени степень урбанизации в принципе невиданная. Для крестьянской России – тем более. Основными факторами такого роста были расцвет Севастополя как военно-морской базы и активизация жизни в торговых приморских городах.

Крымский бриллиант 

– А кто и когда открыл Крым в качестве курорта? Какие места предпочитали первые «отпускники» и другие отдыхающие? 

– Когда в 1824 году у императора Александра I заболела супруга, он повез ее лечиться в Таганрог. Не в Севастополь и не в Ялту, а в Таганрог. Тогда еще Крым не считался лечебным курортом.

Однако спустя несколько десятилетий сюда уже специально приезжали, чтобы укрепить свое здоровье. Вообще Крым – это исключительное место. Здесь уникальное смешение горного, морского и степного воздуха. После Крымской войны доктор Сергей Боткин пришел к выводу, что на Южном берегу – в Ливадии, Ялте – можно лечить туберкулез. В Крыму начали открывать пансионаты. Популярным стало и лечение сакскими грязями.

Что же касается привычного для нас пляжного отдыха, нужно сказать, что в первой половине XIX века на Черном море не купались. Не было такой традиции. Например, стоит Воронцовский дворец в Алупке: там жили, отдыхали, прогуливались в парке, но в море не купались. Не было представления о том, что вода лечит. Только по мере развития медицины возникла такая практика – плавать, загорать, заниматься гимнастикой на пляже. Кстати, свою роль в развитии курортов на полуострове сыграла Крымская война. Тут лечили раненых. Местные климатические условия и врачи совершали чудеса. Пошли слухи о чудодейственном крымском климате, это стало своеобразной рекламой. Крым становился здравницей, центром оздоровления.

Стоит упомянуть и о другом влиянии Крымской войны. После нее Севастополь остался практически без финансирования, поскольку Россия лишилась военного флота на Черном море. И на некоторое время город моряков превратился, как бы мы сейчас сказали, в туристический центр. Во время войны он был почти полностью разрушен и разграблен. Французы вывезли из Севастополя все, что могли, вплоть до лестницы Морской библиотеки. Они вывезли даже гнилые мешки, которые защитники города использовали при строительстве брустверов. Конечно, после такого разгрома Севастополь пришлось восстанавливать. И первыми большими домами, которые привели в порядок, стали гостиницы, предназначенные главным образом для иностранцев. Европейцам было очень интересно посмотреть на то легендарное место, где русские столь героически держали оборону. Приезжали и родственники погибших французов и англичан. А вскоре у наших соотечественников возник интерес к морю, к купаниям в севастопольских бухтах. Не все знают, что первым курортным центром для любителей морского отдыха стал именно Севастополь, на время лишенный своего военного флота.

– Это дало заметный толчок экономическому развитию Крыма? 

– Отчасти да. Но большую лепту в курортное развитие внесла еще и царская семья. Когда в Ливадии в 1866 году построили императорскую летнюю резиденцию, вся российская аристократия тоже устремилась в Крым. Многим хотелось расположить свои апартаменты вблизи нового дворца государя. Развитие Южного берега и его жемчужины – Ялты – в значительной степени связано с этим.

Стратегически важным начинанием стало, безусловно, проведение в Крым железной дороги. Строительство линии до Симферополя завершилось в 1874 году. Пока железной дороги не было, развитие полуострова шло медленно. Она наконец связала его с другими областями страны, с ее центром.

Российская империя обустраивала крымскую землю. Это дело долгое, кропотливое и затратное. Представим себе алмаз. Сколько стоит камень? А сколько стоит бриллиант? Российское правительство превратило Крым в настоящий бриллиант, постепенно его огранивали, придавали совершенную форму.

Дороги и города 

Присоединение Крыма к России привело к активному строительству здесь дорог и мостов. В 1809 году в Симферополе был возведен деревянный мост на сваях через самую протяженную крымскую реку Салгир; в следующем, 1810-м, появились мосты через Качу и Альму. В 1826 году был завершен участок горной дороги от Симферополя до Алушты, в 1837-м – от Алушты до Ялты, а в 1848-м – от Ялты до Севастополя. Железнодорожное сообщение с полуостровом было установлено в 1870-х годах, уже после Крымской войны.

Хозяйственное развитие Таврической области (позднее губернии) сопровождалось строительством новых городов. В 1783 году был основан Севастополь, спустя двадцать с небольшим лет ставший главным портом российского Черноморского флота (к началу Крымской войны численность населения города достигла 47 400 человек). В 1784 году начали строить Симферополь – административный центр Тавриды (к 1849 году в нем насчитывалось 13 768 жителей).

В начале XIX века стала расширяться Керчь, которая до того была поселением всего в несколько десятков домов (к середине столетия число горожан приблизилось к 12 000). На месте небольшой деревушки выросла Ялта, превратившаяся в центр Южного берега Крыма. С 1865 по 1897 год население Таврической губернии увеличилось почти в три раза. К 1917 году число жителей достигло 750 000 человек. Причем к этому времени рост населения шел уже не за счет переселенцев, а в результате естественного прироста.

(Фото: НАТАЛЬЯ ЛЬВОВА)