Archives

Атака на Жемчужную гавань

ноября 28, 2016

75 лет назад, 7 декабря 1941 года, японская авиация атаковала американскую военно-морскую базу Перл-Харбор. О том, почему это нападение послужило поводом для вступления США во Вторую мировую войну, «Историку» рассказал главный научный сотрудник Института всеобщей истории РАН, доктор исторических наук Виктор МАЛЬКОВ.

 Battleships Burning at Pearl HarborНачало бомбардировки Перл-Харбора. Горит американский линкор «Вест Вирджиния»

Почему США не вступали в войну раньше и что было бы, если бы японцы вовсе не напали на Жемчужную гавань (именно так переводится Pearl Harbor) на Гавайях?

«Патопсихологическая проблема американского общества»

– Гибель 2,5 тыс. человек в результате атаки японцев на Перл-Харбор стала для США национальной трагедией, после которой для правительства уже не существовало выбора – вступать в войну или не вступать?

DSC6853

– Это общая ошибка, когда говорят и пишут, что погибло тогда где-то 2,5 тыс. или даже 3 тыс. моряков. Это, скорее всего, неверно. В современной историографии число жертв иногда оценивают примерно в 9 тыс. человек.

Почему? Потому что погибли два линкора, стоявшие на якоре у стенок причалов, – «Аризона» и «Оклахома». Атаковали три типа японских самолетов: обычные средние бомбардировщики; торпедоносцы, которые поднялись с японских авианосцев, подошедших близко к Перл-Харбору; и, наконец, высотные бомбардировщики. Последние несли очень тяжелые бомбы, и одна из них попала в бомбовый отсек «Аризоны», поэтому произошел взрыв невероятной силы. Все, кто находился на «Аризоне», не просто погибли – они были буквально испепелены. Идентифицировать потом тела погибших моряков оказалось невозможно. Они стали числиться пропавшими без вести.

Более того, взрыв на «Аризоне» был мощным настолько, что волна ударила и по «Оклахоме», которая перевернулась и ушла под воду. Все, кто остался на борту к тому моменту, утонули. Сколько именно человек – опять же неизвестно.

– Шок, вызванный гибелью этих военных, был настолько велик, что даже бомбардировку Хиросимы и Нагасаки, где погибло, как мы знаем, свыше 200 тыс. человек, рядовые американцы воспринимали потом как акт справедливого возмездия…

– Это даже не психологическая, а патопсихологическая проблема. Произошел удар по психическому складу американского народа, которого он не ожидал и к которому не был готов. Не забывайте, что Америка, в сущности, кроме Гражданской и участия экспедиционного корпуса на Западном фронте в конце Первой мировой, войн не знала, и поэтому ни поражения, ни победы для широких масс населения не имели того значения, что для французов, немцев, англичан или русских, ведь Европа на протяжении всей своей истории только и делала, что сражалась.

США сознательно жили почти в полной изоляции от Европы, которую большинство американцев или их предков покинули, чтобы начать новую жизнь. В том числе и историческую. И только с конца Первой мировой войны они начали свое знаменитое движение к имперскому величию, и в элитах созрело понимание, что такое движение требует соответствующего вооружения, соответствующей армии и, конечно, современного флота.

Но привыкнуть к этой мысли, к этой потребности Америка сумела далеко не сразу, и в первую очередь это касалось широких масс населения. Даже в 1930-е годы, которые европейцы прожили в ожидании неизбежной войны, американцы никакой опасности не чувствовали, и Франклин Рузвельт, со всем своим интернационализмом и чутким вниманием к мировым проблемам, ничего не мог с этим поделать. Он-то понимал, что Америка не усидит сама по себе в удалении и европейские дела обязательно, как пылесосом, ее затянут.

Различие между мышлением президента огромной державы и менталитетом большинства ее народонаселения было колоссальным. И Рузвельт не мог этого не учитывать, и на выборы 1940 года он шел – и победил – с лозунгом «Не дадим нашим сыновьям воевать». Если бы он позволил себе сказать: знаете, мы должны вмешаться – вот смотрите, что делают нацисты в Европе, только посмотрите, из каких уже сил, последних, держится Англия, идет битва за нее, и уже потерпела поражение Франция, ну и так далее и так далее, – он бы проиграл.

Так что удар, который нанесла Япония, был для массового сознания настоящим шоком, потрясением: как же так, мы же мирная страна, которая никуда не собиралась вмешиваться! Европейский конфликт нас не интересует, задирать Японию с ее планами в Азии мы и не думали. Поэтому Рузвельт затронул самое сердце американцев, когда в обращении к народу назвал атаку японцев «гангстерской».

Она оставила колоссальный след, кровавый шрам. И уж если Америка включилась в войну с Японией (а она вынуждена была включиться), то люди, которые воевали и которые ковали победу на промышленных предприятиях, говорили: «Мы этого не простим». Вот почему так легко было (и я бы даже сказал: под приветственные возгласы) Гарри Трумэну отдать приказ об атомной бомбардировке в 1945 году. Никто не говорил о жертвах. Никто! Потому что это для нас Перл-Харбор и Хиросима – несопоставимые вещи, а с точки зрения тогдашней исторической памяти американцев это было вполне законное возмездие.

Хроника пикирующих бомбардировщиков

7 декабря 1941 года, воскресенье, время местное

perl-harbor-1-39
3:42
Японские сверхмалые подводные лодки замечены на дальних подступах к Перл-Харбору.

4105-680x419
7:40
С японских авианосцев поднялись самолеты, отвечавшие за первую волну атаки на Перл-Харбор: 49 высотных бомбардировщиков, 51 пикирующий бомбардировщик, 40 торпедоносцев, 43 истребителя.

1545-680x496
7:55
На Гавайи сброшена первая бомба. Удар был нанесен по аэродрому в Канеохе.

1639-680x486
7:56
Повреждения получил первый из восьми линкоров, базировавшихся в Перл-Харборе, – «Вест Вирджиния»; его удалось спасти.

2817-680x498
8:10
Бронебойный снаряд, попавший в бомбовый отсек линкора «Аризона», вызвал взрыв около 450 тонн вооружений, что привело к затоплению корабля.

perl-harbor-1-14
8:25
Около 90% намеченных японцами целей уничтожено.

3612-680x489
Около 8:30
Окончание первой волны атаки на Перл-Харбор. Вторжение японских войск в Таиланд, который пал спустя несколько часов.

Овѓа†Ґ™† ҐвЃаЃ© ҐЃЂ≠л †в†™®.
8:54
Начало второй волны атаки на Перл-Харбор с участием 35 истребителей, 78 пикирующих бомбардировщиков, 54 высотных бомбардировщиков. На этот раз оборонявшаяся сторона встретила японцев массированным огнем, который, однако, не нанес серьезного урона противнику. Основная цель атаки японцев – уничтожение военной инфраструктуры, оставшейся в районе Перл-Харбора.

perl-harbor-1-17
Около 10:00
Последние японские самолеты вернулись на авианосцы.

«Рузвельт не пошел бы на такую провокацию»

– Распространенная конспирологическая версия гласит, что Рузвельт то ли знал о готовящейся атаке и не предотвратил ее, желая, чтобы США вступили в войну, то ли даже чуть ли не спровоцировал ее…

– Такая версия действительно есть. Но, как мне кажется, ее распространяют люди с весьма туманным представлением о той исторической ситуации. Когда я говорю об исторической ситуации, я имею в виду и персонажей, которые в той обстановке действовали.

Да, Рузвельт хотел, чтобы Америка наконец вмешалась в войну, причем пока еще держалась на плаву Англия. И он понимал, что, если не произойдет чего-то чрезвычайного, едва ли благостное настроение американцев изменится. Но решиться на какое-то, я бы сказал, провокационное действие, акцию (допустим, искусственно вызвать нападение противника) он был не готов. Ему бы не позволили это сделать ни собственные нравственные убеждения, ни его окружение. К тому же эта версия не находит никакого подтверждения в источниках.

– А сделали ли военные и разведка все от них зависящее, чтобы предотвратить атаку?

– Есть один очень важный момент, который остается загадочным для историков по сей день. Его понять действительно очень сложно. Дело в том, что в акватории Перл-Харбора японские мини-подлодки появились примерно в 3:40 утра. В общем-то было ясно, что они туда зашли не просто для того, чтобы помахать ручкой, а для того, чтобы по крайней мере провести разведку. Кстати, одну или две лодки потопили: за ними вдогонку пустились сторожевики с более дальних рейдов. И это было не за пять минут до первой волны атаки, а за несколько часов. За оставшееся время можно было хотя бы дать Вашингтону знать, что японцы уже нарушили покой акватории и что они приближаются к Перл-Харбору.

– А что бы это изменило?

– Как минимум корабли, наверное, получили бы команду выйти из бухты и рассредоточиться. В реальности же оказалось, что они стояли борт к борту, что, конечно, облегчало задачу нападавшим. А если бы рассредоточились, то можно было бы выйти из этого положения и не допустить, скажем так, «американской Цусимы».

– Почему же этому не придали значения?

– А вот это и есть то, что мы обычно называем разгильдяйством, хотя некоторые и говорят: «исторический казус». Вероятно, командованию на месте даже в голову не пришло, что за этими подлодками могут последовать эскадрильи бомбардировщиков. Посчитали типовой разведкой.

– Кто-то в итоге был наказан?

– Адмирал Хазбенд Киммел, командующий Тихоокеанским флотом, был понижен в звании и выпал из когорты ведущих морских офицеров. Но этим по большому счету все наказание и ограничилось. На мой взгляд, не в последнюю очередь благодаря тому, что с самого начала атаки и до ее конца (а адмирал в это время находился на одном из островов по соседству и видел все своими глазами) он с документальной точностью, минуту за минутой, зафиксировал все происходившее в дневнике, не стараясь скрыть какие-то собственные ошибки и просчеты в организации обороны. Эти сведения потом тщательно изучались в ходе расследования, и, скорее всего, такая откровенность была оценена по достоинству, в том числе – опосредованно – американским общественным мнением, которое не стало вешать на него всех собак.

«Японцы хотели заставить Америку паниковать»

– В чем, с вашей точки зрения, был стратегический расчет Токио? И насколько он оправдался?

– Для Японии уже с начала ХХ века военной доктриной стали постоянная агрессия, приобретение территории, поскольку страна остро нуждалась в сырьевых богатствах. Отсюда, в частности, и война с Россией в начале XX века. Но главное – отсюда курс на широкую экспансию по всей Азии. И заметьте, ни одна из великих держав Европы не препятствовала – все предпочитали заниматься своими делами. К тому же в Японии видели в первую очередь естественного врага пугавшей всех Советской России.

В ходе Первой мировой войны японцы присоединились к Антанте и в результате получили германские владения в Китае. Это разгорячило их, они почувствовали свою силу, очень быстрыми темпами стали сколачивать хорошо вооруженную армию, уже европейского типа, а затем, как человек, который идет от успеха к успеху, возомнили себя полными хозяевами ситуации. Попробовали прощупать Советский Союз – не получилось; ничего страшного, двинулись в другом направлении.

ПаЃж•бб Ѓ°к鹿•≠®п ҐЃ©≠л ЯѓЃ≠®®. 2Президент США Франклин Рузвельт произносит в конгрессе речь об объявлении войны Японии. 8 декабря 1941 года

– Вы про Халхин-Гол?

– Да. Что касается Соединенных Штатов, то самое большее, на что они пошли, – это на доктрину непризнания японских завоеваний в Китае, когда японцы в 1931 году захватили Маньчжурию.

И вот в этом смысле атака на Перл-Харбор соответствовала общей ситуации в Азии: слабость одних, отсутствие всякой воли к сопротивлению у других. Так отчего не нанести удар по Перл-Харбору и Гавайям, чтобы раз и навсегда покончить с амбициями Вашингтона в Тихом океане? А там дальше – рукой подать до Новой Зеландии и Австралии, у Токио были обширные планы.

– С военной точки зрения выглядит немного авантюрно. Неужели они не понимали, что у американцев останутся ресурсы для продолжения боевых действий даже после такой чувствительной потери?

– Они, видимо, рассчитывали, что этот удар вызовет в Соединенных Штатах панику. И в Берлине, и в Токио все время исходили из того, что Рузвельт, который «задержался» на своем посту, может подать в отставку, тем более что он был болен и выборы 1940 года проходили в очень трудной для него обстановке. Я не исключаю, что это требует дополнительного исследования, однако японская верхушка, судя по всему, рассчитывала, что шок от нападения и уничтожения флота расколет американскую элиту и приведет даже к импичменту Рузвельта. Но сделать это, как известно, не удалось, хотя в конгрессе поднялся очень большой шум.

– То есть не то чтобы немедленно возникло политическое единство, этакое «сплочение вокруг флага»?

– Нет-нет.

– А что же происходило?

– В конгрессе потребовали расследования случившегося, и оно было немедленно начато. Причем были созданы две комиссии. Одна – во главе с военно-морским министром Франклином Ноксом, который, кстати, был республиканец, хотя администрация вся состояла из демократов.

А дальше Рузвельт сделал умный ход, согласившись на создание еще одной комиссии – во главе с членом Верховного суда Соединенных Штатов Оуэном Робертсом. И эта вторая комиссия действовала параллельно, как бы проверяя и удостоверяя результаты работы первой в более независимом качестве.

Мне кажется, вот это стремление к открытости, подчеркнуто честный подход – проведем расследование, узнаем, кто виноват, они понесут наказание – и убедили страну, что не стоит поддаваться панике, нельзя верить пугающим слухам и так далее. Что президент, может, уже давно и не способен самостоятельно передвигаться, но ситуацию он все-таки держит под контролем.

– Но в войну-то они сразу вступили…

– На самом деле они не столько вступили, сколько оказались вовлеченными. Рузвельт, выступая перед конгрессом, заявил: мы фактически находимся в состоянии войны с Японией. Однако это еще не было формальным объявлением. Ему очень помогли Германия и Италия. Они объявили войну в знак солидарности с Японией, поскольку посчитали, что Япония уже фактически начала ее – после такого-то нападения. Это, конечно, очень способствовало реализации намерений Рузвельта: его избавили от необходимости начинать войну самому.

«СССР не пришлось воевать на два фронта»

– Достаточно ли быстро американцы сумели вернуть себе стратегическую инициативу на Тихом океане?

– Еще накануне войны Рузвельт втайне от конгресса мобилизовал огромные финансы на строительство флота. Начал, как Россия накануне Первой мировой, осуществлять программу создания современного флота. Уже в 1940 году Рузвельт планировал заложить 11–15 авианосцев – только представьте себе! И подобно Зимнему дворцу, Белому дому не хватило времени: японцы нанесли удар первыми. Но эта уже запущенная программа сильно облегчила ведение боевых действий в дальнейшем. К 1943 году она заработала в полную силу и обеспечила коренной перелом.

– А какую роль сыграл Тихоокеанский фронт в общем ходе Второй мировой войны? Мне кажется, мы из России смотрим на те события с некоторым скепсисом: все-таки основное, с нашей точки зрения, происходило в Европе…

– Почему американцы были такими, я бы сказал, «кисельными», видя экспансию Японии в Азии? В Вашингтоне до последнего надеялись, что Токио повернет на север, в направлении советского Дальнего Востока. Это был, пожалуй, самый главный вопрос тогдашней стратегии международных отношений. Если вы почитаете литературу тех лет, ознакомитесь с выступлениями политиков, особенно ярых антисоветчиков, то увидите, что все они проникнуты одной заботой – как бы заставить Японию, чтобы она, если можно так выразиться, «думала» не на юг, а на север. Потому что Америка, если бы север стал ключевым направлением для японцев, от этого только выиграла бы.

Но в Токио в итоге выбрали другое направление, и в общем, конечно, это уберегло СССР от ведения войны на два фронта: к западному не добавился еще и дальневосточный. И, вне всякого сомнения, в этом колоссальная историческая заслуга Георгия Жукова, принимавшего самое активное участие в сражении на Халхин-Голе. Там его военный талант если еще и не вполне развернулся, то все же достаточно, чтобы четко дать понять японцам, что не время идти на русский север. Правда, и на американский юг, как показала история, тоже.


Беседовал Дмитрий ПИРИН