«Это был вызов»

Мост через Керченский пролив – мечта поколений. Не один год, не одно десятилетие и даже не один век люди задумывались о создании надежной и безопасной переправы, которая соединила бы между собой Крымский и Таманский полуострова. Начать реализацию проекта удалось только в наше время. Большая стройка развернулась сразу по всей длине моста в сложных погодных, геологических и сейсмических условиях. За рекордные 35 месяцев команда проекта смогла успешно выполнить сложнейшие технологические операции, на полгода раньше завершить работы по автодорожной части моста и вывести на пиковую мощность строительство железной дороги через Керченский пролив.

Мост надежд

– Помните ли вы тот день, когда перед вами впервые была поставлена эта амбициозная и уникальная по сложности задача – построить мост, соединяющий Крым и Кавказ? Какие были ощущения?

– Конечно же, эмоции были смешанные, но в первую очередь вся наша команда понимала, насколько важен этот мост для страны. Проект, безусловно, исторический – это настраивало на большую и серьезную работу. Когда начались предпроектные изыскания, возникло множество вопросов и задач, которые нужно было решать впервые, с нуля. Но мы понимали, как Крым, да и остальная Россия ждут этот мост, как много надежд связывают с ним, и это придавало сил и уверенности.

– Что оказалось самым непростым препятствием при возведении моста – природные факторы, проблемы с финансированием, санкции западных стран?

– В целом все, что вы называете препятствиями, скорее помогло нам максимально тщательно и вдумчиво подходить к проектированию, планированию, работе с подрядчиками, к установке каждого узла. И как результат – никаких неожиданностей. Автодорожная часть моста сдана раньше запланированного срока. Железнодорожная будет сдана согласно графику – до конца этого года.

Если говорить о конкретике, бесспорно, наибольшую сложность представлял природный фактор. Построить мост длиной 19 км в регионе со специфической ледовой обстановкой, высокой сейсмикой, сложной геологией, непростым климатом и в сжатые сроки – для всей нашей команды, конечно, это был вызов. Но мы не бежали сломя голову. Каждый шаг был просчитан, каждое решение – выверено.

Все технологии отрабатывались на пилотном участке стройки. Например, первую сваю мы погружали почти 25 дней вместо трех запланированных. Потом отработали этот процесс, оптимизировали его и вышли на результат одна свая за 24 часа – без ущерба качеству. Погодные риски мы просчитывали заранее. То есть знали, сколько штормовых дней может быть зимой, и с учетом этого составляли рабочий график. Изначально строить решили круглогодично, большими силами и высокими темпами. Крымский мост, самый длинный мост в России и Европе, не рос от берега к берегу – стройка разворачивалась одновременно на всем протяжении 19-километровой трассы. Многие технологические процессы велись параллельно на разных участках. Профессионализм всей команды, грамотное планирование и тщательная подготовка придавали уверенности. Мы не сомневались, что со всем справимся.

«Это уникальный проект»

– С какими сложностями пришлось столкнуться из-за санкций, введенных против России?

– Международные санкции не повлияли на ход строительства моста, поскольку проект был ориентирован на российских специалистов и производителей материалов. У нас есть все, что нужно, чтобы реализовать проект такого масштаба.

– В районе Керченского пролива существует пусть крайне малая, но вероятность разрушительного землетрясения. Каким запасом прочности обладает мост, какие природные катаклизмы он способен выдерживать?

– Мы строили надежный мост с гарантийным сроком минимум 100 лет при надлежащем обслуживании. Когда разрабатывалась конструкция моста, учитывались все природные факторы, в том числе возможные землетрясения. Для изучения сейсмики в регионе будущей стройки привлекались специалисты Института физики Земли. Наши проектировщики опирались на их данные. Чтобы мост не разрушился в случае сильных подземных толчков, был разработан целый комплекс решений. Это и наклонные сваи, и определенное расстояние между опорами, и специальные гидравлические устройства.

– Мост, который бы связал Крым с Кавказом и Кубанью, планировали строить и 100, и 80, и 20 лет назад. Воспользовались ли современные конструкторы наработками тех времен? Пригодилось ли что-то?

– История попыток соединить берега Керченского пролива действительно длинная. Опыт прошлых поколений помог нам, когда шла работа над современным проектом. Большое внимание уделили документации, связанной со строительством железнодорожного моста через Керченский пролив в 1944 году. Часть его опор оказалась разрушена во время ледохода. Мы провели тщательный анализ ледовой обстановки в регионе. Это и работа с архивами, и многомесячный мониторинг в самом проливе, и лабораторные исследования. Специалисты Крыловского государственного научного центра в Санкт-Петербурге смоделировали все возможные ледовые процессы, которые могут происходить в Керченском проливе, и испытали в этих условиях модели опор моста. Проект учитывает все результаты этой огромной исследовательской работы.

– За последние годы в России построено два уникальных моста – Крымский и Русский во Владивостоке. В чем их сходство, если оно есть, и в чем различия с технологической точки зрения? Можно ли говорить, что эти проекты дали толчок развитию отечественных технологий? На каких отраслях это может сказаться в дальнейшем?

– Эти мосты, конечно, можно назвать уникальными. Вообще любой внеклассный мост – это уникальный проект, ведь он разрабатывается под определенную территорию со своими особенностями. Часто в такой работе применяются не типовые решения, которые раньше зарекомендовали себя, – природа заставляет инженеров и строителей постоянно придумывать новое, модифицировать, комбинировать. И в этом смысле и проект моста на остров Русский, и проект Крымского моста – в целом большая инновация.

Например, морская операция по установке судоходных арок Крымского моста стала первой в истории российского мостостроения. Специально для нее в Санкт-Петербурге моделировался процесс сплава арок, в Севастополе создавались плавопоры, а в Москве – комплексная система мониторинга всех конструкций. Сотни датчиков следили за состоянием каждой арки. Мы могли в режиме реального времени наблюдать, как чувствует себя гигантская конструкция на всех этапах установки, и в случае необходимости принимать нужные решения. Эти наработки и опыт позволят в будущем совершенствовать нормативно-правовую базу в сфере строительства. Такие инфраструктурные проекты – это и толчок для дальнейшего развития мостостроения в стране, и работа для мостоотрядов, и загрузка российских профильных предприятий, которые занимаются изготовлением и поставкой стройматериалов.

Человеческий фактор

– Кто те люди, которые создавали Крымский мост? Как формировались трудовые коллективы?

– Команда – главная ценность этого проекта. Еще в самом начале было понятно, что без сильной команды такой мост в указанные сроки не построить. Стройка объединила десятки тысяч специалистов со всей России. Это ученые, геологи, экологи, саперы, археологи, которые принимали участие в подготовке территории. Это инженеры, которые проектировали мост. Это монтажники, сварщики, арматурщики, крановщики и работники других строительных специальностей, которые своими руками строили то, что раньше было только проектом. В команде есть профессионалы с большим опытом, которые участвовали в строительстве БАМа, готовили инфраструктуру к саммиту АТЭС во Владивостоке, Универсиаде в Казани, Олимпиаде в Сочи.

Мы объединили на стройке Крымского моста более 30 лучших мостоотрядов страны. Некоторые из них, в частности нижегородский, ростовский и чебоксарский, создавались еще на базе мостовых военно-восстановительных поездов в годы Великой Отечественной войны. Это специалисты с большой историей, с богатым опытом. Они уже построили десятки мостов в стране. В распоряжении каждого мостоотряда значительные производственные ресурсы, накопленные за годы работы. Это парки спецтехники и штаты квалифицированных работников. Благодаря проекту Крымского моста эти организации смогли задействовать весь свой потенциал по максимуму.

– Огромное внимание со стороны общественности, СМИ, нашего государства, стран Запада, украинских политиков и т. д., которое с самого начала было приковано к строительству моста, мешало работе или, наоборот, помогало?

– Все наше внимание было сосредоточено на строительстве. Мы старались не отвлекаться на разные заявления. Зачем тратить на это время, когда столько работы?

– Планируете ли вы участие в каких-либо новых «великих стройках» в ближайшие годы, в том числе в Крыму? Известны ли вам какие-нибудь планы государства на этот счет?

– За годы работы над проектом Крымского моста мы собрали отличную команду. Судя по тому, как она справляется с текущей задачей, есть уверенность, что команда справится и с любой другой. Мы открыты для новых проектов, но сначала нужно построить железную дорогу через Керченский пролив.

– Как вы сами оцениваете то, что сделано? Что, по вашему мнению, значит для России мост, который вы построили, и что такое Крымский мост для вас лично?

– Мы на полгода раньше установленного срока запустили автодорожное движение по Крымскому мосту. Уже с мая по конец 2018 года по нему проехало свыше 3,5 млн автомобилей. Семьи, живущие на двух берегах Керченского пролива, соединились. В Керчь, самый древний город России, в прошлом году приехало в три раза больше туристов. В Крым без перебоев теперь доставляются продукты питания, стройматериалы, все необходимое. В конце этого года заработает железная дорога. Мы видим, как нужен Крымский мост. Значит, все было не зря.

(Фото: Wikipedia.org, MOST.LIFE)