Те двести дней

75 лет назад, 2 февраля 1943 года, завершилась Сталинградская битва – главное сражение не только нашей Великой Отечественной, но и всей Второй мировой войны. Потом еще будут Курская дуга, операция «Багратион», взятие Берлина, победное знамя над Рейхстагом. Но в основе всех этих побед, несомненно, лежал именно Сталинград. Именно там, на Волге, произошло самое настоящее рукотворное чудо, когда отступавшая долгие месяцы с тяжелейшими боями Красная армия остановилась и, накопив силы, двинулась на врага. Как медленно распрямляющаяся пружина, она начала движение в обратном направлении, дойдя, казалось, до самого края земли, потому что, как сформулировал один из защитников Сталинграда, «за Волгой для нас земли нет».

Трудно сейчас это представить, но всего в битве на Волге с июля 1942-го по февраль 1943-го с обеих сторон приняло участие около 3,5 млн человек (примерно 2,1 млн наших и 1,4 млн противника). При этом почти 600 тыс. наших солдат и офицеров навсегда остались в волжской земле. А кто считал мирных жителей – сталинградцев и беженцев, оказавшихся в Сталинграде, которые пали от вражеских пуль, бомб и осколков в городе, за каждый метр которого на протяжении долгих 200 дней шли ожесточенные бои?

Впрочем, когда мы говорим о противнике, стоит иметь в виду, что это были не только немцы, но и итальянцы, румыны, венгры, хорваты и даже эстонцы из 36-го полицейского батальона. Обороняя растянувшиеся на сотни километров фланги, войска сателлитов Германии дали возможность главным силам гитлеровской коалиции на этом направлении – 6-й полевой армии Фридриха Паулюса и 4-й танковой армии Германа Гота – нанести мощнейший удар по Сталинграду. Одних румын под Сталинградом насчитывалось порядка 240 тыс., чуть меньше (около 230 тыс.) было итальянцев. Общая численность войск сателлитов Германии, участвовавших в боях на Волге и на Дону, сильно превышала полмиллиона человек. Важно помнить, что без их участия сражение за волжскую твердыню не было бы столь долгим и кровопролитным.

Особенно трудными для защитников Сталинграда выдались вторая половина лета и осень 1942-го. Но город, носивший имя Верховного главнокомандующего, выстоял. Ключевую роль в его обороне сыграла 62-я армия под командованием будущего маршала, а тогда генерал-лейтенанта Василия Чуйкова.

19 ноября 1942 года Красная армия перешла в контрнаступление. Как и победная битва под Москвой 1941 года, сталинградское контрнаступление было продуманным и, самое главное, основательно обеспеченным ресурсами – не только людскими, но и материальными (техникой и боеприпасами). В этом смысле Сталинград лишний раз доказал: только такие – тщательно спланированные и хорошо подготовленные – операции могли привести к поставленной цели, а контрнаступления «на ура!», к коим советское командование нет-нет да и прибегало в 1941–1942 годах, не имели шанса на успех.

Замысел Ставки Верховного главнокомандования состоял в том, чтобы ударами трех фронтов – Юго-Западного (командующий – генерал-лейтенант Николай Ватутин), Донского (генерал-лейтенант Константин Рокоссовский) и Сталинградского (генерал-полковник Андрей Ерёменко) – прорвать оборону войск, прикрывавших фланги 6-й армии Паулюса, продолжить наступление по сходящимся направлениям и в конечном счете окружить и уничтожить противника. Кольцо замкнулось уже 23 ноября. «Ни одного немца не выпустим живым из Сталинграда» – эту фразу писали в те дни бойцы Красной армии на сталинградских развалинах. К началу февраля 1943-го задача была выполнена: оставшиеся на тот момент в живых нацисты и их союзники (91 тыс. из 330 тыс. попавших в окружение) во главе с фельдмаршалом Паулюсом сдались в плен…

Через год после окончания войны, осенью 1946-го, журнал «Знамя» опубликовал повесть «В окопах Сталинграда», написанную 35-летним Виктором Некрасовым, который с августа 1942-го по февраль 1943-го сражался на Сталинградском фронте. В конце повести попавшие в госпиталь участники величайшего в истории сражения выпивают за новый, 1943 год. Один из них, капитан Сумароков, произносит, на мой взгляд, очень важные слова, напрямую касавшиеся того, что волновало в те дни миллионы людей. «Мы никогда не говорили о том, что у нас там, в самой глубине… На сердце… Мы смеемся, шутим, ворчим, кричим иногда друг на друга, ругаем часто начальство, всяких там старшин и интендантов. Но все это где-то сверху, на поверхности… А внутри одно, одно и то же, одно и то же… Сверлит, сверлит… Одна мысль… только одна… Прогнать их к черту. Всех до единого… До единого».

Так оно в итоге и получилось. Спасибо им за это!