Помнить об этом!

75 лет назад, 27 января 1944 года, советские войска полностью освободили Ленинград от фашистской блокады. Она длилась 872 дня – целую вечность по меркам того времени. В сентябре 1941-го Красной армии ценой неимоверных усилий удалось остановить врага практически в черте города: линия фронта пролегала в 4 км от Кировского завода, в 16 км от Зимнего дворца. В тот момент наступавшие на Москву гитлеровцы не могли позволить себе бросить на ленинградское направление дополнительные ресурсы.

В итоге решено было взять город измором. Осенью 1941 года Адольф Гитлер отдал приказ войскам полностью уничтожить Ленинград вместе с его жителями. Рачительные немцы готовы были даже отказаться от мощной промышленной и транспортной инфраструктуры, которую первоначально планировали использовать в своих целях после взятия города.

«Блокада возникла никак не по соображениям военной необходимости, а была прежде всего средством геноцида», – признает современный немецкий историк Йорг Ганценмюллер. Директива начальника штаба Военно-морских сил Германии от 29 сентября 1941 года не оставляет никаких сомнений в отношении планов нацистов: «Фюрер решил стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населенного пункта не представляет никакого интереса. Финляндия точно так же заявила о своей незаинтересованности в существовании этого города непосредственно у ее новых границ». При этом, как отмечалось в документе, «прежние требования Военно-морского флота о сохранении судостроительных, портовых и прочих сооружений, важных для Военно-морского флота, известны Верховному главнокомандованию вооруженных сил, однако удовлетворение их не представляется возможным ввиду общей линии, принятой в отношении Петербурга».

План уничтожения Ленинграда был предельно жесток, он не оставлял населению никаких шансов. «Предполагается окружить город тесным кольцом и путем обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбежки с воздуха сровнять его с землей. Если вследствие создавшегося в городе положения будут заявлены просьбы о сдаче, они будут отвергнуты, так как проблемы, связанные с пребыванием в городе населения и его продовольственным снабжением, не могут и не должны нами решаться. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения», – говорилось в директиве.

Всего, по разным оценкам, за время блокады погибло от 630 тыс. до 1,5 млн человек – горожан, бойцов Красной армии, беженцев из окрестных районов Ленинградской области, попытавшихся спастись «за городскими стенами» от стремительно наступавших летом-осенью 1941-го нацистских войск (цифры разнятся именно из-за беженцев: их число в военной суматохе не поддавалось точному учету). По подсчетам историков, свыше 90% погибших – это жертвы страшного голода, ставшего неизбежным следствием тотальной блокады. Ни одна из воюющих держав никогда – ни до, ни после – не несла таких чудовищных жертв среди гражданских лиц.

Самой тяжелой для ленинградцев стала зима 1941–1942 годов. В этот период суточная норма выдачи хлеба рабочим и инженерно-техническим работникам опускалась до 250 граммов на человека. Служащие же, иждивенцы и дети и вовсе получали тогда мизерные 125-граммовые кусочки блокадного хлеба. Разрежьте килограммовую буханку черного хлеба на восемь частей, и вы получите представление о тех блокадных нормах…

Только в декабре 1941 года в Ленинграде умер 52 881 житель, потери же за январь-февраль 1942-го составили 199 187 человек. Ежедневно от голода умирали тысячи людей. Трудно читать страшные данные похоронной статистики тех дней, отразившей в том числе и пиковые величины: 15 февраля 1942 года на Пискаревское кладбище для захоронения были доставлены 8452 умерших человека, 19 февраля – 5569, 20 февраля – 10 043. Лишь на этом кладбище в безымянных братских могилах покоится около полумиллиона горожан. «Люди от голода настолько ослабели, что не сопротивляются смерти. Умирают так, как будто засыпают. <…> Смерть стала явлением, наблюдаемым на каждом шагу. К ней привыкли, появилось полное равнодушие: ведь не сегодня завтра такая участь ожидает каждого», – писала об этих страшных месяцах одна из тех, кому удалось пережить блокаду.

Но, несмотря на это, город выстоял. И не просто выстоял: крупнейший центр советского военно-промышленного комплекса на протяжении всей войны поставлял фронту танки, минометы, винтовки, снаряды. Ленинградский фронт сражался, сковывая значительные силы врага, которые тот так и не смог перебросить ни к Москве, ни к Сталинграду, ни на Курскую дугу. В итоге Ленинград победил. Без этой январской победы 1944-го не было бы Победы мая 1945 года…

Увы, воспоминания об этой страшной и великой странице нашей истории постепенно тают в актуальном новостном потоке. Школьный курс истории явно не справляется с функцией поддержания исторической памяти о войне: слишком много у этого курса других, более прагматических задач. В итоге мы имеем то, что имеем. «Если спросите, какое главное мемориальное кладбище в Петербурге, уверен, что в других городах, кроме самого Петербурга (да и в Питере уже, наверное, немногие знают), точно никто ничего не скажет», – с горечью констатировал на недавней встрече с правозащитниками Владимир Путин, который сам вырос в семье блокадников. С таким положением вещей нужно что-то делать. «Мы должны, конечно, сами знать и ничего не забывать и идущим за нами поколениям передавать эти знания», – считает президент.

Начать, наверное, нужно с того, чтобы отдавать себе отчет: живя в России, не знать о войне, не помнить о ней просто неприлично. Как неприлично задаваться нелепыми и кощунственными вопросами о том, не лучше ли было бы нам (по примеру французов, сдавших немцам Париж) «сдать Ленинград» – якобы для того, чтобы «сберечь сотни тысяч жизней». Мое глубочайшее убеждение: такие вопросы возникают от глупости и невежества. И если с человеческой глупостью вряд ли что-то можно поделать, то с невежеством давно уже пора вступить в непримиримый бой.