Павловская реформа

220 лет назад, 5 апреля 1797 года, Павел I ввел новый порядок наследования российского престола. Создавая ясную систему передачи власти, император хотел положить конец эпохе дворцовых переворотов. И хотя сам он все-таки пал жертвой переворота, установленный им порядок передачи власти просуществовал вплоть до 1917 года.

Император Павел I с семьей. Худ. Герхард фон Кюгельген. 1800

Акт о престолонаследии Павел I обнародовал в день своей коронации. Впрочем, задолго до этого, будучи только наследником, он уже обдумывал многие свои грядущие преобразования, и в том числе порядок передачи высшей власти в Российской империи. В 1788 году, еще при жизни и царствовании матери Екатерины II, Павел составил и подписал вместе с супругой великой княгиней Марией Федоровной соответствующий проект, который был оглашен и получил силу закона спустя почти 10 лет – 5 апреля (здесь и далее даты приводятся по старому стилю) 1797 года.

Самоограничение монархии

Павел постарался разработать четкий механизм передачи власти, который не зависел бы от личной воли монарха и не оставлял бы простора для двояких трактовок. Причины введения в действие нового порядка в документе разъяснялись так: «…дабы государство не было без наследника. Дабы наследник был назначен всегда законом самим». Иными словами, едва ли не впервые в России законодательный акт ограничивал самодержавие, ставя закон выше личной воли монарха.

В первых же строках документа наследником после смерти самого Павла объявлялся его старший сын великий князь Александр, затем мужское потомство последнего, в случае пресечения которого преемство переходило бы ко второму сыну императора Константину и его мужскому потомству, и так далее, вплоть до самого младшего сына Павла Петровича. Акт напрямую говорил о предпочтении при передаче власти лиц мужского пола лицам женского («брат же меньший наследует прежде старших своих сестер»), но все же не о полном исключении женщин из очереди престолонаследия. В случае пресечения всех мужских линий власть могла быть передана женщине. Важно отметить, что при этом исключалась возможность наследования власти женой или мужем царствовавшей особы, что имело место при вступлении на престол матери Павла Екатерины II.

На монарха налагался ряд ограничений. Так, до 1797 года не существовало официально закрепленной нормы, что правитель и его супруга должны быть крещены в православной вере, – это было лишь неписаной традицией. Акт Павла I устанавливал обязательность исповедания православия для монаршей четы, обоснованную тем, что с петровских времен император в России одновременно являлся и главой Церкви. Предусматривалось также положение о невозможности вступления на российский престол того, кто царствует уже на каком-либо другом престоле. Если бы случилось так, что первоочередное право наследования получил иноземный монарх, то он обязан был бы сперва отречься и от иного престола, и от иной веры, а в противном случае право наследования передавалось далее. Наконец, законом оговаривался возраст совершеннолетия наследника – 16 лет, до достижения которого при получении им верховной власти устанавливалась опека (правительство) над ним и назначался регент. Стоит упомянуть, что для прочих представителей царствующего рода был назван другой возраст совершеннолетия – 20 лет. В один день со вступлением в действие Акта о престолонаследии появился и такой документ, как Учреждение об императорской фамилии, определявшее ее состав, иерархию членов, их права и обязанности.

Наследование престола в допетровской Руси

Впервые на Руси конфликт из-за наследования престола возник между сыновьями князя Святослава, затем произошла междоусобная война между потомками князя Владимира. Ярослав Мудрый в завещании 1054 года утвердил лествичную систему, при которой престол в Киеве переходил к старшему в роду. Соответственно, сначала великокняжеская власть доставалась старшему брату, затем переходила к младшим, потом – к сыновьям старшего брата и так далее. Те же, чьи отцы не успели побывать на великом княжении, получали статус «изгоев» и лишались права на очередь. Данный принцип использовался в то время в Европе и именовался сеньоратом.

Однако он не только не ликвидировал в полной мере усобицы, но и привел к феодальной раздробленности. Кроме того, каждая ветвь рода стремилась закрепить власть за собой. В отдельных княжествах стала использоваться система майората, то есть принцип наследования, предполагавший передачу власти от отца к старшему сыну по нисходящей мужской линии, без прав боковых ветвей. В Москве этот принцип утвердил Дмитрий Донской, завещавший престол своему старшему сыну Василию I.

Между тем официального закона о престолонаследии на Руси все это время так и не было, что периодически вызывало неурядицы. В частности, несколько раз предпринимались попытки вернуться к принципу старшинства в роду. Именно из-за этого разгорелась феодальная война во второй четверти XV века между московским великим князем Василием II (Темным) и его дядей, звенигородским и галичским князем Юрием Дмитриевичем: последний, будучи сыном Дмитрия Донского, считал себя законным наследником.

В 1553 году, во время болезни Ивана Грозного, лествичную систему престолонаследия поддержали бояре, отказавшись присягать малолетнему сыну царя Дмитрию. Они предпочитали видеть на престоле двоюродного брата Грозного – князя Владимира Андреевича Старицкого.

«Правда воли монаршей»

Значение павловского акта трудно переоценить, ведь долгое время в России вовсе не существовало официально утвержденного принципа наследования престола. На рубеже XVI–XVII веков это стало одним из катализаторов обострения ситуации, приведшей к Смуте.

Проблема не была решена и первыми Романовыми, что спровоцировало кризис 1682 года, сопровождавшийся бунтом стрельцов. В результате на престол оказались возведены сразу два царя – малолетние братья Иван и Петр, а фактической правительницей стала их старшая сестра Софья. Возможно, именно эти события побудили Петра I в дальнейшем заняться составлением закона о престолонаследии.

Петр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе. Худ. Н.Н. Ге. 1871

Помимо неприятных воспоминаний о том, что происходило в 1682 году, на мнение первого российского императора серьезно повлияло дело царевича Алексея: Петр пришел к выводу, что не может опереться даже на собственного сына. После смерти Алексея в 1718 году среди Романовых мужского пола кроме самого Петра остался только его внук – маленький Петр Алексеевич (сын царевича Алексея, будущий император Петр II). Но Петр Великий не хотел видеть его наследником, опасаясь, что вокруг Петра Алексеевича, как ранее вокруг его отца, будут группироваться противники реформ. Официально передать престол женщине он тоже не мог в силу сложившейся традиции наследования высшей власти лишь мужчинами: женщины до того момента выступали исключительно в роли временных правительниц – регентш, как Елена Глинская при малолетнем Иване IV или царевна Софья при Петре I и Иване V.

И тогда Петр в 1722 году издал Указ о престолонаследии, согласно которому император мог передать власть любому лицу, без каких бы то ни было ограничений: «…дабы сие было всегда в воле правительствующего государя, кому оной хочет, тому и определит наследство». Обоснование для нового закона подготовил известный проповедник, один из ближайших сподвижников Петра I – епископ Феофан Прокопович, написавший трактат «Правда воли монаршей».

Однако указ, составлявшийся в целях предотвращения конфликтов из-за наследования престола, не только не выполнил этой функции, но и еще более обострил вопрос. В документе не была прописана ситуация, при которой монарх на момент смерти не оставляет завещания. А именно это случилось в 1725 году: умирающий Петр не успел назначить себе преемника. Сложившаяся неопределенность в этом важнейшем вопросе и открыла эпоху дворцовых переворотов в России. Главным орудием борьбы за престол стала гвардия, к помощи которой в свое время прибегали Екатерина I, Елизавета Петровна, Екатерина II.

Конверт, обвязанный черной лентой

Сила оказалась основным аргументом в вопросе о преемственности власти. И если Петр I, а потом и Петр II не оставили завещаний, то воля других монархов впоследствии неоднократно нарушалась. Так, например, произошло, когда Анна Иоанновна завещала трон малолетнему сыну своей племянницы Анны Леопольдовны и Антона Ульриха, герцога Брауншвейг-Беверн-Люнебургского. Возведенный на царство под именем Ивана VI в 1740 году, вскоре он был свергнут Елизаветой Петровной – дочерью великого Петра.

Император Александр I

Выбор самой Елизаветы также оказался пересмотрен. Она определила себе преемника: им стал ее племянник, сын родной сестры Анны, внук Петра I – герцог Гольштейн-Готторпский Карл Петер Ульрих. В 1762 году он был провозглашен императором Петром III, но его правление продлилось всего 186 дней. Он был свергнут в результате очередного дворцового переворота и вскоре умер при не выясненных до конца обстоятельствах. Считается, что Петр III был убит сторонниками своей супруги – взошедшей на престол при поддержке гвардии Екатерины II.

Столь незавидная судьба отца явно беспокоила наследника, цесаревича и великого князя Павла Петровича. И у него были на то основания: натянутые отношения с матерью могли привести к потере им прав на престол. Существует версия, что Екатерина планировала провозгласить своим преемником не сына, а внука – великого князя Александра Павловича (будущего императора Александра I). Соответствующий манифест якобы хранился в конверте, обвязанном черной лентой, с надписью: «Открыть после моей смерти в Совете». Однако объявить о своей воле императрица не успела, а во время ее агонии на конверт обратил внимание обер-гофмейстер Александр Безбородко, передавший его Павлу. Из рук цесаревича этот конверт полетел прямо в горящий камин. Правда это или же придворные слухи – теперь установить невозможно, но Безбородко, в отличие от многих других деятелей екатерининской эпохи, не просто не оказался в опале при новом государе, а, напротив, возвысился. В день своей коронации Павел I сделал его светлейшим князем, наградил большим крестом Святого Иоанна Иерусалимского (этот орден известен также как Мальтийский крест) с бриллиантами, пожаловал ему свой портрет, орловскую вотчину и несколько тысяч десятин земли.

Великий князь Константин Павлович

Системы наследования престола

Салическая. Женщины полностью лишены права наследовать высшую власть. Этот принцип был наиболее распространенным в Европе, действовал во Франции, Пруссии, Италии и других странах. Со временем он оказался практически повсеместно отменен. Сегодня его придерживается только Япония – единственная оставшаяся в мире империя.

Полусалическая. Женщины наследуют престол лишь в случае пресечения всех мужских линий династии. Вероятность появления женщины во главе государства при этом маловероятна, но все же не исключается. Эту систему называют также австрийской в связи с принятием в 1713 году Прагматической санкции, давшей право Карлу VI Габсбургу передать престол Священной Римской империи дочери Марии Терезии (сыновей у него не было) и закрепить власть за ее потомством. Именно полусалический принцип был положен Павлом I в основу законодательства о престолонаследии. Кроме того, этого принципа придерживались в Баварии и Греции. До 2011 года полусалическая система применялась в Великом герцогстве Люксембург.

Кастильская. Среди братьев и сестер в пределах одной линии предпочтение отдается первым, однако дочь старшего брата становится выше своего дяди в очереди престолонаследия. Тем самым шансы женщины занять трон возрастают, хотя и не уравниваются с шансами мужчин. В наши дни так наследуется королевский престол Испании и княжеский престол Монако. Эту систему также именуют английской, поскольку до 2012 года ее придерживались в Великобритании.

Шведская. Мужчины и женщины имеют равные права на престол, решающим фактором становится старшинство. Такое название эта система получила потому, что впервые была утверждена в Швеции в 1980 году. Наследницей престола и преемницей ныне здравствующего короля Швеции Карла XVI Густава была объявлена его старшая дочь принцесса Виктория, несмотря на то что у нее есть младший брат Карл Филипп. Шведскую систему переняли другие страны Скандинавии и страны Бенилюкса. С 2012 года этого принципа придерживается и британская монархия.

Равнородность брака

Акт о престолонаследии, составленный Павлом, ознаменовал собой завершение эпохи дворцовых переворотов. И хотя сам Павел погиб от рук заговорщиков, никаких дискуссий о том, кому быть следующим государем, уже быть не могло.

Некоторые очевидцы событий ночи с 11 на 12 марта 1801 года, когда был убит Павел I, вспоминали, что будто бы претензии на власть пыталась тогда заявить овдовевшая императрица Мария Федоровна. Приводились и ее слова: «Ich will regieren! (Я хочу править!)». Но даже если это и правда, никаких шансов повторить историю Екатерины II у Марии Федоровны не было. Подписанный ею же самой акт давал недвусмысленный ответ на вопрос о том, кто станет новым монархом. В тот же день императрица присягнула своему сыну Александру Павловичу.

Восстание на Сенатской площади 14 декабря 1825 года. Худ. К.И. Кольман

В 1820 году Александр I дополнил закон своего отца, введя в него новое положение – принцип династической равнородности при заключении брака членами императорской фамилии. То есть теперь наследник, как и любой представитель царствующего рода, имевший права на престол, должен был вступать в брак только с особой, принадлежащей к какой-либо правящей династии – «царственному или владетельному дому». Супружеские узы с особой более низкого происхождения, включая дворянское, лишали детей от этого брака прав на престол. В связи с этим каждый член императорской фамилии должен был получать разрешение на венчание у самого государя.

Впрочем, спустя пять лет – 14 декабря 1825 года – едва не случился еще один переворот, и снова связанный с механизмом передачи власти. На этот раз поводом для мятежа стала необходимость принесения повторной присяги – новому императору Николаю Павловичу. Однако и здесь процесс развивался уже в русле павловского законодательства.

Не случайно выведенные декабристами на Сенатскую площадь солдаты кричали: «Ура Константину!» Казалось, что они следуют павловскому акту, в соответствии с которым следующим в очереди престолонаследия после Александра I был его брат великий князь Константин Павлович, которому они и присягнули после внезапной кончины императора. Но нарушения закона о передаче власти на самом деле тут не было. Напротив, вступив в морганатический брак с графиней Жанеттой Грудзинской, католичкой по вероисповеданию, цесаревич Константин немедленно не только признал потерю прав на российский престол своих детей от этого союза, но и сам отказался от прав на верховную власть, не объявив, правда, об этом публично, а ограничившись письмом Александру I. В 1823 году император подписал манифест о передаче прав на трон другому своему брату – Николаю, следующему по старшинству сыну Павла I. Однако ни отречение Константина, ни этот манифест при жизни Александра так и не были обнародованы, что и стало одним из факторов, повлиявших на выступление декабристов.

На протяжении XIX века в павловское законодательство о престолонаследии вносились некоторые уточнения, вводились новые положения, но главные принципы передачи верховной власти оставались нерушимыми до самой революции.


Никита Брусиловский

ЧТО ПОЧИТАТЬ?

kiga_chto_pochitat
КАМЕНСКИЙ А.Б. От Петра I до Павла I. Реформы в России XVIII в. Опыт целостного анализа. М., 1999
Законодательство императора Павла I / Сост. В.А. Томсинов. М., 2008