«Он очень красивый человек»

Иван III – один из самых выдающихся правителей в русской истории. Парадоксальным выглядит тот факт, что его образ в произведениях искусства встречается редко. В этом отношении князь во много раз уступает таким монархам, как Владимир Святой или Иван Грозный

До наших дней дошли как прижизненный словесный портрет великого князя московского Ивана III, так и его прижизненное изображение. Они, правда, крайне условны, но, что интересно, относятся к разным возрастам нашего героя.

В трехчастном венце

Описание Ивана III оставил венецианский дипломат и путешественник Амброджо Контарини. По поручению Светлейшей Республики он ездил с посольством в Персию и на обратном пути четыре месяца (конец 1476 – начало 1477 года) провел в Москве, где был принят великим князем и его супругой Софьей Палеолог. Впоследствии Контарини издал сочинение о своем путешествии, в котором, в частности, мы и находим слова, посвященные Ивану III: «Упомянутому государю от роду лет 35; он высок, но худощав; вообще он очень красивый человек». Примечательно, что дипломат почти точно указывает возраст правителя, хотя понятно, что по этому описанию мы можем представить себе внешность великого князя лишь в самых общих чертах. Существует предположение, что Иван III заметно сутулился, так как в некоторых источниках он упоминается с прозвищем Горбатый, но в достоверности этих сведений можно сомневаться.

Elena_Voloshanka's_pelena_01 1Пелена Елены Волошанки. Конец XV века

Прижизненное изображение Ивана III относится уже к самому концу XV века. Речь идет о знаменитой шитой пелене, созданной, по-видимому, в мастерской невестки великого князя Елены Волошанки (пелена хранится в Государственном историческом музее в Москве). По мнению исследователей, на ней представлена торжественная церемония в праздник Вербного воскресенья 8 апреля 1498 года с выносом иконы Богоматери Одигитрии. Среди присутствующих, как полагают, изображена вся великокняжеская семья, включая Дмитрия Внука (он показан с нимбом, как венчанный на великое княжение), будущего Василия III (только в короне, без нимба) и Софью Палеолог. В среднем ряду слева процессию возглавляет человек в трехчастном венце и также с нимбом над головой – очевидно, это и есть сам Иван III, старец с седыми волосами и длинной раздваивающейся седой бородой. В 1498-м московскому правителю исполнилось 58 лет, но вполне возможно, что он выглядел именно так, как изображен на пелене. Во всяком случае, образы других мужчин великокняжеской семьи здесь также весьма индивидуальны.

Портреты в профиль и анфас

Первой третью XVI века датируется икона «Богоматерь Боголюбская, с предстоящими» из собрания Музеев Московского Кремля. На ней в первом ряду вслед за митрополитом Ионой изображены князь Василий Темный и его сын Иван – сравнительно молодой человек со светло-русой небольшой бородой. Конечно, этот образ носит чисто условный характер. Столь же условны и изображения Ивана III на многочисленных миниатюрах Лицевого летописного свода XVI века. Там Иван Васильевич предстает в разном возрасте – и совсем юным безбородым отроком, и умудренным годами мужем: движение времени символизирует появление и увеличение размера бороды.

P1775Портрет Ивана III. Титулярник. 1672

Очень ярким и наиболее часто воспроизводимым, когда речь идет об Иване III, является его профильный портрет из книги французского путешественника Андре Теве «Всеобщая космография», изданной в Париже в 1575 году. Это, безусловно, наиболее художественное из всех ранних изображений великого князя, хотя историческая достоверность его сомнительна. Иван III показан здесь бородатым мужчиной средних лет с довольно крупными чертами лица и большим носом (отмечаемом также на гравированных портретах его сына Василия III и классических портретах Ивана Грозного), одетым в некое подобие меховой куртки. На голове правителя – шапка-венец с горностаевым мехом, а в руке – сабля с рукоятью в виде орлиной головы. Портрет выполнен очень реалистично, потому-то и производит столь убедительное впечатление.

P1777Иван III раздает поместья. Лицевой летописный свод XVI века

Изображения Ивана Васильевича, датируемые XVII веком, характеризует стандартный подход. Черты лика князя на фреске Архангельского собора Московского Кремля (росписи были выполнены в 1652–1666 годах), находящейся над местом его захоронения, плохо различимы, но заметны небольшая раздваивающаяся борода и слегка курчавые волосы – такие же мы видим у многих изображенных здесь князей. Очень похожий портрет Ивана III помещен в «Титулярнике» 1672 года. Только тут курчавые волосы и борода седые. Можно отметить удлиненный нос и относительно тонкие черты лица правителя. Это как бы классический, почти идеальный тип внешности – подобный почти идеальному образу великокняжеского правления. При обозначении седины Ивана III художники «Титулярника» явно ориентировались на известную им продолжительность жизни князя.

Между Дмитрием и Петром

Следующий этап в иконографии первого государя всея Руси связан с исторической живописью и скульптурой второй половины XIX – начала XX века. Впрочем, и эта иконография более чем скромна.

В монументальной скульптуре образ Ивана III оказался запечатлен дважды на одном памятнике. Этот знаменитый монумент (автор проекта – Михаил Микешин) был торжественно открыт к тысячелетию России в Великом Новгороде в 1862 году. Несмотря на то что для Новгорода деятельность Ивана III имела скорее трагический оттенок, решено было отдать должное великому князю как создателю единого Русского государства. Его скульптурное изображение заняло место среди больших фигур наиболее значимых правителей России (средний ярус памятника-колокола), символизирующих несколько важнейших этапов российской истории (здесь представлены Рюрик, Владимир Святой, Дмитрий Донской и Петр Великий). Композиция «Основание самодержавного царства Русского», в центре которой возвышается фигура Ивана III, находится как раз между скульптурными группами Дмитрия Донского и Петра Великого.

1434679627_ivan_iii_velikiy 1tema_2-2 1Образ Ивана III запечатлен дважды на памятнике «Тысячелетие России», открытом в Новгороде в 1862 году

Здесь Иван III Васильевич – государь всея Руси, основатель России – новой, независимой державы. Символичны его царское облачение, шапка-венец на голове, скипетр и держава в руках. Две последние регалии, как известно, появились в российском церемониале лишь в конце XVI века, так что их сопряжение с фигурой великого князя (как и царское облачение) – явный анахронизм. Тем не менее создателям памятника было важно подчеркнуть новый статус объединенной державы, восходивший именно к эпохе первого Ивана Васильевича. Примечательно, что скипетр венчает двуглавый орел византийского типа, указывающий и на истоки формирования государственной геральдики, и на преемственность от Византии.

Существенно и то, что в этой композиции перед великим князем склоняется, опустившись на одно колено, татарин (что символизирует не просто освобождение от ордынской зависимости, но и начало подчинения татарских государств Москве), а по другую руку государя расположены фигуры поверженных литовского и ливонского рыцарей (что означает победы в войнах с Литвой и борьбу за выход к Балтийскому морю). Сам Иван III, с окладистой раздвоенной бородой, большими усами, предстает решительным, даже суровым, его строгий взор устремлен вперед, в грядущее. Изображение чрезвычайно реалистично и фактурно.

Второй раз фигура князя помещена во фризе, составляющем галерею многих наиболее выдающихся деятелей российской истории. Тут Иван III (облачение, скипетр, взгляд – все так же, как и в верхней части памятника) показан сидящим на троне, который опять-таки увенчан двуглавым орлом. Наконец, у трона мы видим еще и щит с изображением двуглавого орла – точно скопированного с миниатюры Евангелия, принадлежавшего Дмитрию Палеологу. Внизу дата: 6980 год, то есть 1472-й, – год женитьбы Ивана III на Софье Палеолог. Тем самым снова недвусмысленно утверждалась преемственность России от Византии, отраженная в том числе в геральдике. Справедливости ради надо сказать, что свое место среди выдающихся деятелей русской истории на этом фризе заняла и Марфа Посадница.

Ханская грамота

Одним из центральных событий правления Ивана III было свержение ордынского ига. И отечественные исторические живописцы, безусловно, не могли пройти мимо знаменитой легенды о том, как московский великий князь разорвал ханскую грамоту.

Самым известным (и лучшим с художественной точки зрения) произведением на этот сюжет стала картина Николая Шустова (1834–1868) «Иоанн III разрывает ханскую грамоту». Она была закончена в том же году, когда в Новгороде установили памятник «Тысячелетие России», и своим содержанием отвечала возникшему тогда повышенному интересу к русской истории. За эту конкурсную работу автор, в то время ученик Академии художеств, был награжден малой золотой медалью. Сама картина хранится ныне в Сумском художественном музее, а подготовительный эскиз, одобренный Советом Академии, – в Третьяковской галерее.

sozdatel-gosudarstva-rossiyskogo-ivan-iii_3 1Иоанн III разрывает ханскую грамоту. Худ. Н.С. Шустов. 1862

Иван III показан на ней в момент совершения решающего жеста-поступка. Перед нами высокий мужчина с окладистой темной бородой, длинными усами, горбатым носом и орлиным взором, облаченный в царское золотое платье с бармами, с его плеч свисает горностаевая мантия (еще один очевидный анахронизм), а голова князя увенчана шапкой Мономаха. Вся его фигура выражает гнев и решительность. Разорвав грамоту, он бросает ее обрывки вниз, в сторону беснующихся и почти поверженных ордынских послов, которых крепко держат русские воины. Конечно, интерьер, на фоне которого разворачивается действие, да и одеяния персонажей, носят не соответствующий эпохе Ивана III характер, хотя художник при создании картины изучал исторические материалы, стремясь достичь большей достоверности. В конкурсе на большую золотую медаль, объявленном в следующем году, Шустов уже не участвовал: в числе четырнадцати учеников Академии художеств он покинул ее стены, войдя в состав Петербургской артели художников, явившейся прообразом Товарищества передвижников. К сожалению, через несколько лет талантливый живописец скончался в сравнительно молодом возрасте.

Закончить этот обзор, пожалуй, стоит рассказом о единственном образе Ивана III в советском кино. В 1958 году на экраны нашей страны вышел замечательный двухсерийный художественный фильм «Хождение за три моря», снятый совместно с индийскими кинематографистами. В нем и появляется молодой Иван Васильевич, роль которого исполняет актер Леонид Топчиев. Посол Василий Папин в сопровождении Афанасия Никитина и других купцов идет на аудиенцию к князю как раз тогда, когда со двора государя выезжают разгневанные татарские послы, а сам Иван III, словно молодой Петр Великий, своим порывом и неукротимой энергией как бы символизирует новую Россию, открывающую пути в неведомые страны и в собственное свободное будущее.

Евгений ПЧЕЛОВ, кандидат исторических наук

XV ВЕК