Народное единство

4 ноября страна отмечает День народного единства. Этому государственному празднику всего 12 лет. Однако преодоление Смуты, спасение государства от внешней угрозы и от внутренних распрей наши предки давно уже считали ключевым эпизодом русской истории

Народное единство – это не казарменное единомыслие. Ощущение Родины объединяет людей разных воззрений. Для всех, независимо от идеологических пристрастий, мирное и суверенное развитие предпочтительнее распрей и зависимости от других, а сильное государство, основанное на верховенстве закона, предпочтительнее анархии. Пожалуй, впервые эти приоритеты были осознаны и сформулированы нашими предками в Смутное время.

Что же такое Смута? Этот многозначный термин примерно через полвека после событий 1612 года ввел в оборот подьячий Посольского приказа Григорий Котошихин. Чтобы понять суть этого явления, достаточно выстроить ряд антонимов, противоположных понятий к слову «смута». Получается так: порядок, мирное развитие, созидание, благоденствие, благоустройство, целеустремленность… В смутное время верх берут наши самые опасные качества – апатия, оголтелый произвол; общество скатывается к одичанию, начинается война всех против всех, «шатости и нестроения».

Десять лет гражданской войны в начале XVII века, которую усугубила интервенция, привели, по словам современников, к «великому разорению». Интервенты видели Русь восточной периферией мощного Польского государства. «Посмотрите, как Отечество наше расхищается и разоряется чужими; какому поруганию предаются святые иконы и церкви, как проливается кровь неповинных, вопиющая к Богу!» – взывал к согражданам патриарх Гермоген. То есть без преувеличений 4 ноября – это день спасения России от самой большой опасности, которая когда-либо ей угрожала в давние времена.

Что же произошло 22 октября (4 ноября по новому стилю) 1612 года? В этот день в Москве шел бой, в котором русские ополченцы одержали победу. Сражение бушевало в самом центре города: интервенты защищались за китайгородскими стенами, которые долгие недели оставались неприступными для сил ополчения, пришедших под знаменами князя Дмитрия Пожарского спасать «землю Русскую и веру православную».

РИА Новости

Это сражение не было ни самым масштабным, ни самым кровопролитным в той освободительной войне. Но именно эта дата стала ключевой для Московской Руси – в том числе и по религиозным мотивам. Победное взятие Китай-города, после которого польско-литовский гарнизон практически потерял свою боеспособность, связывали с заступничеством чудотворной Казанской иконы Божией Матери. История этой почитаемой на Руси иконы тесно переплетена с летописью преодоления Смуты.

Чудо ее обретения произошло в 1579 году в Казани после сильнейшего пожара. Десятилетней Матроне, дочери стрельца Даниила Онучина, во сне явилась Богородица и рассказала о спрятанной в земле на пепелище иконе. Сначала девочке никто не поверил. Но она снова и снова просила взрослых отыскать образ. Наконец в указанном месте икону действительно нашли – бережно завернутую в сукно. На месте ее обретения был построен Богородицкий девичий монастырь, первой монахиней которого, по преданию, стала та самая Матрона (в иночестве Мавра). А митрополит Казанский, будущий патриарх Гермоген (именно он!) составил службу Божией Матери «в честь иконы Ее Казанской», которая вскоре стала известна на весь православный мир.

Неудивительно, что в 1611 году, когда Первое ополчение стояло под стенами Москвы, протопоп казанского Благовещенского собора привез воинам князя Пожарского список с главной святыни своего родного города. Икона символизировала благословение патриарха Гермогена, который был одним из вдохновителей сопротивления…

Начало традиции государственного и церковного праздника положил царь Алексей Михайлович. Сын первого венценосного Романова – Михаила Федоровича, он придавал огромное значение той победе, которая привела к власти новую династию.

В 1649 году царь Алексей издал указ, по которому «во всех городах, по вся годы» следует торжественно отмечать эту дату – в память о чудотворной Казанской иконе Божией Матери. «В воспоминание помощи, оказанной свыше заступлением Богородицы государству русскому в годину лихолетья», – говорилось в нем. Политический резон самодержца прозрачен: он укреплял авторитет династии Романовых. Но суть праздника оказалась глубже: главным героем 1612 года был не будущий царь и даже не князь Пожарский, а народ, постоявший за землю Русскую.

Перед угрозой гибели государства русские люди показали себя не только стихийными, но и осмысленными патриотами, проявили способности к самоорганизации и самопожертвованию «за други своя». И это сработало.

Именно поэтому героев 1612 года так ценили потомки и, например, образ Ивана Сусанина восхищал и Кондратия Рылеева, мечтавшего об уничтожении самодержавия, и императора Николая I, стремившегося к укреплению монархической власти. Главный урок преодоления Смуты – в сплочении всех людей независимо от их происхождения, от боярина до последнего холопа, ради благородной цели. Восстановление государственности произошло снизу, по инициативе, по воле «всей земли».

Современная Россия ищет опоры для гражданского самосознания, переосмысляя ключевые эпизоды своего героического прошлого – прошлого державы, которая неизменно возрождалась после самых напряженных испытаний. В начале XXI века наша страна тоже преодолевала последствия «великого разорения». Слишком многое в России 1990-х напоминало Смутное время – и безвластие, и разбойный разгул, и элита, ориентированная на Запад. Не обошлось и без кровопролития: на разных рубежах державы возникали горячие точки…

В народе ту эпоху окрестили грубовато, но емко: бардак. Чем не синоним к понятию «Смута»? И потому неудивительно, что в 2004-м Россия, преодолевая новую смуту, обратилась к страницам истории года 1612-го. Тогда в экстремальных условиях народ продемонстрировал способности к самоорганизации, которая стала спасительной для России. Оказалось, что и подданные могут быть гражданами. Именно им удалось предотвратить распад страны. И заложить основы государственности, которые – при всех метаморфозах – во многом сохраняются и поныне.

Дело не только в избрании новой династии, которую воспринимали как законную. У страны появилась идея. Если говорить современными словами, она заключалась в строительстве сильного суверенного государства, в котором закон превыше самоуправства и лихой вольницы. Для многих поколений наших соотечественников «русские в 1612 году» стали примером мудрого и мужественного сплочения перед угрозой распада. Разве это не актуально для века нынешнего? Так что урок преодоления Смуты – на все времена. Потому и праздник, напоминающий нам о важности гражданского самосознания, становится по-настоящему народным.


Арсений Замостьянов