Креститель Руси

«Обрел еси бесценный бисер – Христа, избравшего тя, яко второго апостола Павла». Так писали о крестителе Русской земли, великом князе киевском Владимире Святославиче в одном из средневековых церковных произведений

Картина «Крещение Руси», 1890 год

Крещение киевлян. Эскиз к росписи Владимирского собора в Киеве. Худ. В.М. Васнецов. 1885–1896

Владимир был младшим, третьим по счету сыном киевского князя Святослава Игоревича, который погиб в 972 году на днепровских порогах, возвращаясь в Киев после заключения мира с Византийской империей. Дедом Владимира был князь Игорь Рюрикович, а бабкой – княгиня Ольга.

Владимир и Ольга

Как известно, Ольга первой из княжеского рода приняла крещение, хотя и не смогла крестить Русь. Владимир же не только крестился сам, но и крестил подвластных ему жителей Древнерусского государства. Тем самым он как бы завершил дело, начатое княгиней. И Ольгу, и ее внука церковь причислила к лику святых в чине равноапостольных, то есть по значению в обращении народов в христианскую веру она считает их подобными апостолам. Интересно, что и Владимир, и Ольга почитаются как православной, так и католической церковью, признающей их роль в общехристианской миссионерской деятельности.

Матерью Владимира летопись называет некую Малушу. Она была ключницей Ольги, управляла ее хозяйством. Когда Владимир сватался к полоцкой княжне Рогнеде, та отвергла его, сказав, что не хочет разуть робичича. Дело в том, что по традиции жена должна была после свадьбы разуть мужа в знак покорности. Робичич же – сын рабыни, из чего можно заключить, что Малуша, несмотря на ее приближенность к Ольге и сравнительно высокое положение, все же была рабыней, то есть не обладала юридической свободой. Судя по всему, это соответствовало действительности, если только Рогнеда не преуменьшила в сердцах статус своего жениха.

Летопись сохранила имя отца Малуши, деда Владимира по материнской линии, – некоего Малка Любечанина, но, кроме имени, о нем ничего не известно. Прозвище, скорее всего, указывает на его происхождение из древнерусского города Любеча. Брат Малуши, дядя Владимира по матери, – Добрыня – занимал весьма высокое положение при дворе Святослава. Именно ему, согласно летописному известию, принадлежала инициатива, чтобы Святослав отправил Владимира на княжение в Новгород…

121

Святая равноапостольная княгиня Ольга. Фреска Архангельского собора Московского Кремля. XVII в. (слева)
Крещение великого князя Владимира в Корсуни. Худ. А.И. Иванов. 1829
Предоставлено М. Золотаревым

Когда же Владимир появился на свет? Точной даты мы не знаем, однако можно предполагать, что произошло это на рубеже 950-х и 960-х годов, поскольку его отец, князь Святослав, в момент смерти своего отца Игоря Рюриковича (ок. 944) был еще ребенком. Прожил Владимир около 55 лет.

Интересно и само имя князя. На монетах, чеканившихся в Киеве в конце Х – начале XI века, оно обозначено как «Владимиръ», и современник князя, немецкий хронист Титмар Мерзебургский трактует его как «обладание (владение) миром». Миром не в смысле – «вселенной», а в смысле – «мирным временем» (мир как противоположность войне). Эта антитеза подчеркнута в именах старшего и младшего сыновей Святослава. Старший носил имя Ярополк, соединенное из слов «ярый» и «полк», что означает «война». В имени младшего звучало слово «мир». И противоположность именной семантики удивительным образом отразилась в летописном повествовании о деяниях обоих князей.

Ранние годы

Первое упоминание о Владимире на страницах «Повести временных лет» относится к 968 году. Когда Святослав находился на Балканах, Ольга со своими внуками пережила осаду Киева печенегами. Летописец рассказывает о подвиге юного киевлянина: тот сумел пробраться через вражеский стан и привести подмогу. Вскоре вернулся и Святослав, прогнал печенегов в степь и на время оградил Киев от опасности их набегов.

Однако великий князь не хотел надолго задерживаться в Киеве, его влекло на Дунай. Поговаривали, что он даже задумал перенести столицу в придунайский город Переяславец, где пересекались важные торговые пути.

По смерти Ольги Святослав в 970 году посадил своих сыновей на княжение в разные русские земли, а сам ушел за пределы своих владений. Так свершился первый раздел Руси между представителями княжеской семьи, хотя сыновей этого князя скорее можно назвать его наместниками, нежели самостоятельными правителями.

Ярополк получил Киев, Олег – Древлянскую землю. Вообще поляне и древляне в «Повести временных лет» предстают как два полюса – и по образу жизни, и по «политической» организации. Видимо, этот племенной дуализм отразился и на решении Святослава. Владимир же, как сообщает летопись, был отправлен в Новгород, причем по просьбе самих новгородцев, наученных Добрыней. Последний, должно быть, и стал реальным наместником в этом древнем городе при малолетнем племяннике. Здесь Владимир сформировался как личность и повзрослел: он сидел на новгородском столе (престоле) семь лет.

Первая усобица

В 975 году произошел конфликт Олега Святославича с воеводой Свенельдом. Свенельд (скандинавское имя Свейнальд) был ближайшим военным соратником Игоря, Ольги и Святослава, он служил русским князьям не одно десятилетие и пользовался не только безусловным авторитетом, но и большой самостоятельностью.

Свенельд стал воеводой и князя Ярополка. Высокое положение, которое он занимал, вероятно, послужило причиной возникновения у его сына ощущения вседозволенности. Летопись рассказывает, что сын Свенельда Лют (возможно, скандинавское Льот) охотился в лесах под Киевом, где столкнулся с оказавшимся там же с теми же целями Олегом. Княжеская охота была тогда не только очень важным атрибутом бытовой жизни, но и определенной прерогативой, функцией, сопряженной с княжеским статусом. Границы охотничьих владений считались особенно значимыми. Их нарушение воспринималось как покушение на княжеские права и функции. Именно поэтому Олег Святославич столь бурно отреагировал на вторжение Люта Свенельдича в его княжеское «пространство»: он напал на него и убил. Свенельд не мог простить Олегу гибели сына и… стал подговаривать Ярополка к войне с братом.

1

Идолы. Картина из серии «Начало Руси. Славяне». Худ. Н.К. Рерих. 1901.
Предоставлено М.Золотаревым

Усобица вспыхнула в 977 году. Ярополк пошел на Олега, и тот был вынужден бежать в город Овруч, где и погиб, упав с перекинутого через ров моста, в толчее задавленный людьми и конями. Узнав о гибели брата, Владимир бежал «за море», в Скандинавию, с которой у первых Рюриковичей сохранялись тесные, в том числе и родственные, связи. Ярополк занял Новгород и тем самым восстановил единовластие на той части русских земель, которая принадлежала роду Рюрика.

Спустя некоторое время, в 980 году, согласно «Повести временных лет» (впрочем, существует и альтернативная датировка этих событий 978 годом), князь Владимир с варяжской дружиной вернулся в Новгород и стал готовиться к войне с Ярополком. Поначалу он решил укрепить свое положение, подчинив себе, по-видимому, одно из последних независимых племенных княжений на Руси. Речь идет о Полоцком княжестве, где в то время правил варяг Рогволод (скандинавское имя Рёгнвальд). Демарш этот имел также целью продемонстрировать Ярополку свою силу, отбив у него невесту – дочь князя Рогволода.

ВЛАДИМИР БЫЛ МЛАДШИМ, ТРЕТЬИМ ПО СЧЕТУ СЫНОМ
киевского князя Святослава Игоревича, который погиб в 972 году на днепровских порогах, возвращаясь в Киев после заключения мира с Византийской империей

К Рогнеде (скандинавское имя Рагнхейд) уже сватался Ярополк, надеявшийся таким образом укрепить свою власть на Руси. Владимир, однако, отправил к полоцкому князю послов с предложением выдать дочь за него. На что и последовал знаменитый ответ Рогнеды: «Не хочю розути робичича». Тогда Владимир напал на Полоцк, убил Рогволода и двух его сыновей, а Рогнеду по праву победителя насильно взял в жены. Впоследствии от этого брака на свет появился Ярослав Мудрый.

Следующим шагом был захват Киева, осуществленный Владимиром с помощью воеводы Ярополка Блуда (возможно, от скандинавского «блод» – кровь). Новгородский князь склонил его на свою сторону, мотивируя свои действия местью за гибель брата Олега. Блуд и уговорил Ярополка бежать из Киева, а затем выманил его на встречу с Владимиром. Варяги убили старшего сына Святослава прямо в дверях княжеского терема, подняв «мечами под пазухи». Кстати, захватив киевский стол, Владимир захватил и беременную жену Ярополка, бывшую греческую монахиню. Вскоре она родила сына, который вошел в русскую историю под именем Святополка Окаянного.

Кумиры на холме

В летописном рассказе о княжении Владимира в Киеве есть такой очень важный пассаж: «И начал княжить Владимир в Киеве один, и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, и Хорса, Дажьбога, и Стрибога, и Симаргла, и Мокошь. И приносили им жертвы, называя их богами, и приводили своих сыновей и дочерей, <…> и оскверняли землю жертвоприношениями своими. И осквернилась кровью земля Русская и холм тот». Впоследствии именно на этом холме поставят церковь Святого Василия, названную в честь небесного покровителя самого князя.

Данный летописный текст позволил многим историкам говорить о языческой реформе князя Владимира. Сложно судить, насколько эти действия можно считать собственно реформой. Однако показательно, что в устном сказании о первых русских князьях, вошедшем в летопись, речь о языческих идолах идет сразу же после информации о вокняжении Владимира в Киеве. Капище, как подчеркивает летописец, находилось рядом с княжеской резиденцией. На его месте уже после Крещения возвели церковь. Все это указывает на особый характер устроенного великим князем языческого пантеона. Не исключено, что Владимир действительно хотел создать некий общий языческий культ для всего подвластного ему государства, состоявшего из многих племен. Показательны и слова о человеческих жертвоприношениях, тогда как более ранних упоминаний о них в летописях нет.

10

Святослав вторгается в Болгарию с печенежскими союзниками. Миниатюра. XIV в.

Пантеон состоял из шести богов (правда, ряд исследователей считают, что Хорс и Дажьбог – это имена одного и того же божества). Главным среди них был Перун, бог-громовержец, – общий как для славян, так и для балтов. Идол Перуна имел бело-золотой колорит, подобно хрисоэлефантинным статуям богов античного мира (например, Зевса в Олимпии).

Божественная семантика белого и золотого цветов, сопряженная с культом солнца и света, как видим, универсальна для многих культур. Дажьбог и Стрибог – славянские божества, имевшие, вероятно, парный характер; первый был, судя по всему, богом солнца, а второй – ветра. Мокошь – женское божество, олицетворявшее воду, а возможно, и землю («мать сыра земля»), и в этом смысле она противопоставлялась Перуну (как и женское начало – мужскому). Боги Хорс и Симаргл имеют иранское происхождение. Скорее всего, культ Хорса также был связан с солнцем, сиянием и составлял пару с Перуном. Симаргл же, насколько мы можем судить, выполнял функцию вестника богов, в иранской мифологии воплощенного в образе собаки с птичьими крыльями (Сэнмурв).

Так что своеобразным оказался пантеон Владимира, объединивший богов разного происхождения и, видимо, разных славянских племен. К слову, в «Повести временных лет» упоминается и еще один восточнославянский бог, имевший очень большое значение, – Волос (Велес), «скотий бог», которым, наряду с Перуном, клялись русы при заключении договоров с византийцами в X веке. Возможно, он олицетворял богатство («скот» – это также имущество и деньги). Однако Велеса почему-то не было на холме у Владимира.

Крещение Русской земли

Крещение самого великого князя и Руси, приуроченное в летописи к 988 году, безусловно, стало главным событием эпохи.

Вместе с христианством на Русь пришла славянская письменность, использовавшаяся теперь и для записи древнерусских текстов. Начинается обучение грамоте, о чем свидетельствует летопись. А недавно мы получили и реальное подтверждение этому в виде так называемой Новгородской псалтыри, датирующейся 1010-ми годами. Это липовые дощечки с текстами на восковом покрытии, которые были обнаружены археологической экспедицией в Новгороде в 2000 году.

Владимир строил церкви, в частности церковь Успения Пресвятой Богородицы, которую именуют чаще Десятинной; она оставалась главным храмом Руси на протяжении полувека. Вероятно, при ней, а быть может, и в княжеской канцелярии начали вести хроникальные записи. На это явно указывает сама структура текста «Повести временных лет». Концом X века заканчиваются в летописи сказания – зафиксированные устные предания, охватывающие в основном языческий период истории Руси. Далее уже следуют лапидарные записи о смерти представителей княжеского рода и отдельных значимых событиях. Они очень похожи на краткие анналы Польши или Исландии, и, по всей видимости, это были первые фиксации событий по годам в собственно древнерусской традиции. Принятие христианства оказалось точкой отсчета для всех явлений древнерусской культуры.

11_2

Печенеги убивают Святослава Игоревича. Миниатюра. XII–XIII вв.
Предоставлено М.Золотаревым

Благодаря браку с Анной, сестрой императоров Василия Болгаробойцы и Константина VIII, киевский князь не просто породнился с византийской императорской семьей, но и ввел династию Рюриковичей в контекст императорского дома Византии – высшей по статусу монархии христианского мира (за исключением Священной Римской империи). Князь принял крещение с именем Василий. Оно отсылало, безусловно, к имени вышеназванного императора Василия II, но также соотносилось с положением самого князя, ведь в буквальном переводе это имя означает «царственный». Не случайно церковь Святого Василия была поставлена у княжеского дворца.

Христианские имена получили и сыновья Владимира, рожденные еще в языческий период, но не все они нам известны. Показательно, однако, что один из старших сыновей – Святополк (а в реальности первый преемник Владимира, поскольку на самом деле он был сыном его брата Ярополка) – принял крещение с именем Петр. Именно так звали апостола, который стал преемником Христа и как бы основой, «камнем», на котором зиждется христианская церковь. Сын Владимира Ярослав был наречен Георгием, получив в небесные покровители святого Георгия Победоносца. А еще один сын, Мстислав, стал Константином – в честь основателя Царьграда Константина Великого. С этого времени в династии Рюриковичей утвердилась традиция получения двойных имен – одного княжеского, идущего еще с языческих времен, и второго христианского, причем это второе, сокровенное, под которым князей поминали в церкви, оставалось малоизвестным вне пределов княжеского дома, как бы бережно хранимым.

Дела семейные

О семье Владимира красочно рассказывает «Повесть временных лет» еще в «языческой части» его истории. Согласно летописи, князь был побежден похотью и имел много жен и огромное число наложниц. Причем упоминаемые жены Владимира происходили из разных народов. Так, от варяжки Рогнеды у князя было четыре сына, в том числе Изяслав, Ярослав и Всеволод, и две дочери. Гречанка, которая прежде была женой Ярополка, родила Святополка (Окаянного). Вышеслав был сыном чешки, Святослав и Мстислав – тоже чешки, но другой, а Борис и Глеб родились от «болгарыни» (вероятно, имеются в виду дунайские болгары).

9

Титмар Мерзебургский

«Повесть временных лет» подробно останавливается на том, как после Крещения Руси Владимир рассадил сыновей на княжение в разные земли. Раздел этот состоял, по сути, из двух этапов. Сначала уделы даны были старшим сыновьям, а потом и младшим. Вышеслав стал князем новгородским, и тем самым продолжилась традиция, берущая начало еще во времена Игоря, когда старшему сыну доставался стол в Новгороде. Первый сын от Рогнеды Изяслав получил Полоцк, родовую отчину его матери. Святополк сел в Турове, а Ярослав – в Ростове. После смерти Вышеслава в Новгород был отправлен Ярослав, а его место в Ростове занял Борис. Глеб начал княжить в Муроме, Святослав – в Древлянской земле, Всеволод – во Владимире (Волынском), а Мстислав – в далекой Тмутаракани. Это были старые племенные центры, из которых собиралась Русская земля, окраинные территории, которые Владимир маркировал присутствием представителей княжеского рода.

Судьба детей Владимира достойна отдельного рассказа.

Четверо сыновей великого князя (Борис, Глеб, Святослав и Святополк) погибли во времена усобицы после смерти Владимира; Мстислав стал в конце концов черниговским князем, умер он в 1036 году. Жизнь Всеволода оборвалась в Скандинавии, что известно нам из саг. Он сватался к вдове шведского конунга Сигрид и погиб, сожженный в ее дворце после пира. На внучке Сигрид в 1019 году женился другой сын Владимира – Ярослав Мудрый. Он скончался в 1054-м. Но все же не он ушел последним из сыновей Владимира. Псковский князь Судислав был посажен братом Ярославом в темницу. Его освободили сыновья Ярослава уже после смерти отца. Судислав принял постриг и умер в 1063 году.

Одна из дочерей Владимира – Мария Добронега – вышла замуж за польского князя Казимира Восстановителя, и вся дальнейшая династия Пястов – потомки от этого брака. По польским источникам, дата ее смерти – 1087 (!) год. Это позволяет, казалось бы, предполагать, что она была дочерью византийской принцессы Анны. Однако Анна скончалась в 1011 году. И что самое интересное, после ее смерти Владимир женился еще раз. Его вдова, упоминаемая без имени, как пишет Титмар Мерзебургский, находилась в Киеве в 1018 году, после его занятия войском польского князя Болеслава и Святополка. Существует предположение, что этой женой Владимира была дочь швабского герцога Конрада I и матерью ее была дочь императора Оттона Великого. В таком случае Владимир породнился еще и с императорами Запада. Мария Добронега, очевидно, дочь от этого, последнего брака великого князя.

Дела государственные

Летопись рисует Владимира совершенно преобразившимся после крещения. Он занимался благотворительностью, раздавал щедрую милостыню нищим и настолько проникся христианскими идеями, что даже хотел отменить смертную казнь для разбойников, что, впрочем, ему отсоветовали делать представители духовенства. Вообще такое рвение возможно, особенно для неофита. Однако Владимир не переставал ценить и старые, дружинные традиции. Летопись рассказывает о пирах князя и передает его ставшие знаменитыми слова: «Серебром и золотом не найду себе дружины, а с дружиною добуду золото и серебро, как дед мой и отец с дружиною доискались золота и серебра».

Совместный пир, надо сказать, был очень важным элементом взаимоотношений князя с дружиной – это характерно и для средневековой Скандинавии. Такое отношение Владимира к своим воинам, по-видимому, и сделало его героем русских былин. Эпоха князя Владимира Красное Солнышко, в образе которого слились черты Владимира Святославича и его правнука Владимира Мономаха, в народных эпических песнях – время наиболее известных богатырей; среди них, между прочим, и Добрыня Никитич, возможным прототипом которого послужил дядя Владимира.

ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ВЛАДИМИР ЗАНИМАЛСЯ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬЮ,
раздавал щедрую милостыню нищим и настолько проникся христианскими идеями, что даже хотел отменить смертную казнь для разбойников

Креститель Руси прославился и как основатель городов: летопись сообщает о появлении Белгорода и Переяславля и связанных с ними легендах. В честь самого князя были названы Владимир-Волынский и Василёв. Владимир создал оборонительную линию из городов-крепостей по рекам, дабы защитить Киев от печенегов.

Доказательством обретения Русью нового статуса после принятия христианства стала чеканка собственной золотой и серебряной монеты – златников и сребреников. Сложно судить, насколько это было связано с реальными потребностями денежных отношений. Но древнерусские монеты (внешний вид и даже их вес) имели прототипами византийские номисмы. На монетах помещались изображения Христа Пантократора и самого князя: портрет последнего соответствовал принципам изображения византийских императоров. Благодаря златникам и сребреникам мы знаем о древнейших регалиях, таких как стол, то есть тронное место, плащ, крест-посох, украшенный, вероятно, драгоценными камнями, и венец по типу венцов византийских василевсов.

Изображения князя сопровождает так называемый знак Рюриковичей – трезубец, служивший личнородовым знаком княжеской семьи. Первоначально он имел форму двузубца (известен с начала X века), но во времена новгородского княжения Владимира приобрел форму трезубца, которая и сохранялась в дальнейшем – на протяжении двух с лишним столетий. Таким образом, в эпоху князя-крестителя на Руси появляются первые государственные символы и регалии, сближающие ее с традициями христианского мира.

Последние годы Владимира были непростыми. Намеревался поднять мятеж его сын Святополк, который был посажен отцом в темницу вместе с женой, дочерью польского князя Болеслава, и епископом Рейнберном. Отказался платить дань Киеву сидевший в Новгороде Ярослав. Владимир даже собрался было в поход на непокорного сына, но, как сообщает летопись, «Бог не дал дьяволу радости». Скончался креститель Руси 15 июля 1015 года в своей резиденции в селе Берестовом под Киевом.

Автор: Евгений Пчелов, кандидат исторических наук

X ВЕК