Загадки Рокотова

В Государственной Третьяковской галерее открылась выставка «Лица екатерининской эпохи», посвященная творчеству одного из самых значительных русских художников XVIII века – Федора Рокотова.

_DSC7594

О многочисленных неразгаданных тайнах жизни и творчества любимого портретиста не только Екатерины Великой, но и всей дворянской Москвы второй половины XVIII века «Историку» рассказала куратор выставки, доктор искусствоведения, заведующая отделом живописи XVIII – первой половины XIX века Людмила Маркина.

Третья выставка

– Проводились ли уже в Третьяковке выставки, посвященные творчеству Федора Рокотова?

– Да, проводились, но это было очень давно. Нынешняя экспозиция будет третьей по счету монографической выставкой произведений Рокотова в нашем музее. Первую, в 1923 году, организовал директор Третьяковской галереи, художник и искусствовед Игорь Грабарь: он стремился возродить в обществе интерес к русской живописи XVIII века и ее крупнейшим мастерам, многие из которых в то время были преданы забвению и почти неизвестны широкой публике. Под руководством Грабаря в конце 1922 – начале 1923 года проводилась выставка, посвященная творчеству Дмитрия Левицкого, а затем появилась экспозиция, повествующая о Рокотове. Планировалось также устроить выставку полотен Владимира Боровиковского, но, к сожалению, этот замысел Грабарю осуществить не удалось.

Однако и то, что Игорь Эммануилович сумел сделать, впечатляет. Вообразите: только что закончилась Гражданская война, Москва еще не полностью оправилась от разрухи, а Третьяковка выставляет картины Левицкого и Рокотова! Тогда речь шла в основном об экспонатах из Московского региона: более широкую географию в тех условиях охватить было затруднительно (даже доставить полотна из Петрограда не представлялось возможным). Были изданы небольшие выставочные каталоги без иллюстраций, которые, несмотря на свое скромное качество, имеют немалую ценность.

Ведь это самая первая персональная выставка Рокотова, при подготовке к которой его наследие, хранящееся в Третьяковской галерее, было систематизировано и исследовано (пусть и не слишком основательно на тот момент). А самое главное – был поставлен вопрос о месте творчества художника, его истоках и роли в живописи, намечены векторы к собиранию рокотовских полотен.

Малоизвестный художник, которого в то время знал даже не каждый специалист, был переведен в разряд наиболее значительных русских мастеров XVIII века. Помимо Третьяковской галереи экспозицию, посвященную Рокотову, в 1925 году организовал Русский музей – преимущественно на своем материале, который не был задействован двумя годами ранее в Москве. Правда, результаты той выставки были скромнее, к тому же не был издан каталог.

– А вторая московская выставка?

– Она называлась «Федор Рокотов и художники его круга» и прошла в 1960 году. Уникальная по своему составу экспозиция формировалась не только из музейных собраний РСФСР – она включала полотна из музеев Узбекской, Казахской ССР и других союзных республик; это были работы, связываемые с именем Рокотова (некоторые отнесены к его наследию с долей сомнения и предположительно). Сегодня повторить такой опыт мы не могли бы при всем желании – ни по составу, ни по количеству экспонатов, ни по географии. Потому что нет уже той страны…

– Какова основная концепция нынешней выставки? Насколько я понимаю, вы стремились показать не только Рокотова, но и екатерининскую эпоху в целом.

– Эта выставка историко-художественная, затрагивающая во многом усадебную тему. Например, портреты Николая и Александры Струйских кисти Рокотова до революции были вывешены в Рузаевке – и на выставке представлены сохранившиеся изображения этой усадьбы из коллекции Исторического музея. Также можно познакомиться с видами усадьбы Отрада, где находились портреты Орловых, с пейзажами Москвы, выполненными Франческо Кампорези во второй половине XVIII века, с видами Петербурга на гравюрах середины XVIII века – все это разнообразит экспозицию.

Экспонаты для нее, помимо Третьяковской галереи, предоставили Исторический музей, Эрмитаж, Русский музей и Тверская картинная галерея. Наконец, в залах звучит музыка зарубежных и русских композиторов XVIII столетия, что позволяет еще глубже погрузиться в рокотовскую эпоху.

Вопросы без ответов

– Насколько хорошо сегодня прослеживается исследователями жизненный путь Рокотова? Можно ли считать, что его биография достаточно изучена?

– Здесь по-прежнему остается очень много вопросов. Фактически о наиболее важных моментах его биографии можно говорить только в форме версий и предположений. Скажем, мы до сих пор не знаем точной даты появления Рокотова на свет. Рассматриваются 1732, 1735 и 1736 годы, но ни один из этих вариантов не может считаться неопровержимо доказанным. По исповедным книгам московской церкви Никиты Мученика на Старой Басманной получается 1736 год, однако использованная в документе формулировка весьма расплывчата и не позволяет однозначно утверждать, что интересующая исследователей запись относится именно к художнику Федору Рокотову.

inv-8647_1sk_JPGКоронационный портрет Екатерины II. 1763

На той же Старой Басманной улице есть небольшой усадебный флигель – двухэтажное каменное здание, в котором, как предполагалось много лет, была мастерская Рокотова в 1780-х годах. Однако теперь и эта версия подвергается сомнению: согласно последним исследованиям, дом поначалу был одноэтажным, а второй этаж появился позднее, да и вообще впервые упоминается это здание в 1803 году, когда Рокотов, как известно биографам, жил уже на Воронцовской улице. Существовал ли дом при нем или появился позже – этот вопрос пока остается без ответа.

Портрет неизвестной в розовом платье. 1770-е

– Происхождение Рокотова по-прежнему дискуссионная тема?

– В советское время его рассматривали как крепостного художника, что вполне укладывалось в официальную идеологию тех лет. Однако найден лишь документ об освобождении от крепостной зависимости его брата и племянников, а не его самого.

Существует и другая версия, согласно которой Рокотов – незаконнорожденный сын князя Петра Репнина. Именно протекция князя, по мнению биографов, могла послужить причиной «карьерного взлета» художника в Петербурге. Но давайте попробуем сопоставить предполагаемые годы рождения Рокотова с биографией князя Репнина: в 1732 году последнему около 12 лет (и он явно не мог еще быть отцом), а в 1735 и 1736 годах Репнина не было в усадьбе Воронцово, где, как считается, родился будущий портретист. Наконец, еще одна деталь: в браке у Репнина детей не было, а потому не исключено, что князь был бесплоден. Все это заставляет нас усомниться в гипотезе, выглядящей на первый взгляд стройной и убедительной.

49Портрет А.Г. Бобринского в детстве. Сер. 1760-х

РОКОТОВ БЫЛ ЕДИНСТВЕННЫМ ИЗ РУССКИХ ХУДОЖНИКОВ, кому позировала сама императрица Екатерина II

Таким образом, все предположения относительно происхождения Рокотова перечеркиваются и ни одно из них нельзя считать до конца достоверным. И выстроенная легенда, и более-менее реконструированная биография художника в результате последних исследований рассыпались как карточный домик, оставив множество загадок специалистам. Поэтому основная задача исследователей жизни и творчества Рокотова сегодня – это поиск новых документов, способных пролить свет на многие тайны.

– А что можно сказать о его учителях? Под чьим влиянием формировался творческий гений Рокотова?

– Попав в Петербург, Рокотов оказался в только что открытой в 1757 году Императорской Академии художеств, где он состоял в самом первом наборе. Тогда Академия размещалась в доме Ивана Шувалова на Садовой улице и главными ее преподавателями стали приглашенные художники и скульпторы из Франции и Италии. Наибольшее влияние на юного Федора Рокотова оказали Луи-Жозеф Ле-Лоррен и Пьетро Антонио Ротари, о чем говорят его первые работы.

Кстати, Ротари особенно прославился как раз портретами, выполненными при дворе императрицы Елизаветы Петровны, – эту «специализацию» и манеру письма он во многом сумел передать своему ученику.

Есть также предположения о связи Рокотова с мастерской Ивана Аргунова, но об этом пока можно говорить лишь как о версии. Высказывалась и гипотеза о том, что Рокотов был учеником иконописцев. Основанием для этого стала прорись головы Архангела из Деисуса, найденная в Русском музее, с фрагментарно сохранившейся надписью на обороте листа:

«Федора [Р]окотова», а под самим изображением имеется надпись почерком XIX века: «Петра Саутнова из Палеха».

Однако надпись на обороте могла быть и владельческой.

Портрет А.П. Струйской. 1772

ПОРТРЕТ

Любите живопись, поэты!
Лишь ей, единственной, дано
Души изменчивой приметы
Переносить на полотно.

Ты помнишь, как из тьмы былого,
Едва закутана в атлас,
С портрета Рокотова снова
Смотрела Струйская на нас?

Ее глаза – как два тумана,
Полуулыбка, полуплач,
Ее глаза – как два обмана,
Покрытых мглою неудач.

Соединенье двух загадок,
Полувосторг, полуиспуг,
Безумной нежности припадок,
Предвосхищенье смертных мук.

Когда потемки наступают
И приближается гроза,
Со дна души моей мерцают
Ее прекрасные глаза.

Николай Заболоцкий, 1953 год

– Почему Рокотов покинул Петербург, где он не просто снискал славу среди первых лиц империи, но и был удостоен похвалы самой императрицы? Что двигало им при возвращении в Москву?

– Прямого и точного ответа на этот вопрос тоже не существует. Можно предположить, что он конфликтовал с президентом Академии Иваном Бецким, не одобрявшим ведение академиками, коим стал Рокотов, частной практики. Ведь не каждый художник создан для педагогической деятельности, она предполагает много административной и весьма рутинной работы.

Между тем членство в Академии гарантировало постоянный заработок, который молодому живописцу был необходим на начальном этапе. Со временем Рокотов приобрел известность и стал получать достаточно много заказов, что позволило ему работать в качестве свободного художника – по всей видимости, это и было его целью.

«Рокотов за славою стал спесив и важен» – так отозвался о нем в это время Богдан Умский, состоявший в Московском Опекунском совете и организовавший создание целой серии портретов попечителей Воспитательного дома в Москве. В конце 1766 года Рокотов уехал из Петербурга: во-первых, подальше от Академии, а во-вторых, к большему количеству заказов, которое ему могли предложить представители старомосковской аристократии.

Дом Рокотова на Старой Басманной улице в Москве. Согласно последним исследованиям, версия о том, что художник жил в этом доме, подвергается сомнению

1_1Портрет неизвестного. 1757. Предположительно автопортрет Федора Рокотова

Герои в тумане

– Кстати, о заказах. Кто чаще всего появлялся на портретах кисти Рокотова? Кому он отдавал предпочтение?

– Проще сказать, кто на них не появлялся. Так, Рокотов никогда не писал портреты деятелей церкви – в отличие от Левицкого или Боровиковского. Практически нет у него и купеческих портретов. Основные его герои – представители московского дворянства, которые, не в пример петербургским аристократам, желали видеть не столько официальный портрет, сколько созданный художником «камерный», неформальный образ. Рокотов мог написать такой портрет, который нравился бы заказчику, но при этом он не приукрашивал действительность.

Посмотрим, допустим, на «Неизвестную в розовом платье»: у нее неправильные черты лица, нет точеного профиля, она предстает «очаровательной дурнушкой», которой Рокотов смог придать обаяние. У Левицкого и Боровиковского подход совсем иной.

У Рокотова мы не найдем ни одного портрета смеющегося человека, с открытыми эмоциями – все выполнено на полутонах. Его с уверенностью можно назвать «мастером тонов», потому что он умел сочетать тончайшие градации тонов – в этом особенность его творчества, которой нет у его современников.

И самое главное, Рокотов не прибегал к контрастности, предпочитая почти сливать изображение прически героя с фоном. Силуэт тем самым утрачивал свою линию, словно расплываясь в тумане. В отличие от Левицкого, у которого все выписано, вплоть до мельчайшего узора на кружеве платья, Рокотову не важна ткань – бархат или сукно, он не стремился поразить зрителя блеском и мастерством передачи деталей. Напротив, эта «расплывчатость» стала своего рода «знаком» Рокотова. И судя по тому, что заказы к нему продолжали поступать, такая манера пользовалась определенной популярностью.

portret.ivana.ivanovicha.shuvalova-artfondПортрет графа И.И. Шувалова. 1760

Мы не знаем рокотовского автопортрета. «Портрет неизвестного», подписанный мартом 1757 года, до сих пор вызывает жаркие споры о том, кто же на нем изображен. Но я уверена, что автопортрет Рокотова существует – в то время было принято их писать. Просто мы его еще не обнаружили или не атрибутировали.

Кстати, есть у художника и детские портреты – Алексея Бобринского, великого князя Павла Петровича. Ему отлично удавались детские и юношеские портреты, когда у героя полотна «все впереди», когда в его облике словно можно прочитать, насколько он еще полон надежд.

И конечно, не стоит забывать, что Рокотов был единственным из русских художников, кому позировала сама императрица Екатерина. Тот же Левицкий, создавая ее портрет, работал «а-ля Ротари», «а-ля Рокотов», «а-ля Лампи». Недаром и Екатерина, которой не понравился ее портрет кисти Александра Рослина (изобразил «шведской кухаркой, грубой и простой», как она сама выразилась), в дальнейшем повелела другим портретистам писать лицо ее «как у Рокотова». Как это могло случиться, что только он один из русских художников удостоился такой чести? Еще один вопрос без ответа…

В XIX ВЕКЕ РОКОТОВ ОКАЗАЛСЯ СОВЕРШЕННО ЗАБЫТ. Павел Третьяков был одним из первых русских коллекционеров, сумевших разглядеть талант Рокотова

– На ваш взгляд, насколько хорошо мы сегодня представляем себе Рокотова и его наследие? Ведь его имя достаточно долго, вплоть до начала ХХ века, было практически забыто. Можно ли сказать, что теперь мы открываем художника заново?

– Да, в XIX веке Рокотов оказался совершенно забыт. Павел Третьяков стал одним из первых русских коллекционеров, сумевших разглядеть талант Рокотова. В 1892 году он купил «Портрет Александра Михайловича Римского-Корсакова в юности». Немало сделал для нового открытия этого художника и Сергей Дягилев, устроивший в 1905 году в Таврическом дворце Историко-художественную выставку русских портретов, где было уделено внимание и Рокотову. Но настоящее исследование его наследия началось лишь в 1920-е годы, после первой персональной выставки.

Хочется надеяться, что экспозиция, открывшаяся в Третьяковской галерее в этом году, станет еще одним шагом на пути к познанию жизни и творчества Федора Рокотова и, возможно, позволит найти ответы на огромное количество вопросов, которые до сих пор продолжают возникать у исследователей и специалистов. Ведь там, где нет фактов, начинаются фантазии – будем надеяться, что все же факты победят.

Беседовал Никита Брусиловский

Выставка «Федор Рокотов: лица екатерининской эпохи»

продлится до 24 апреля 2016 года

Адрес: Лаврушинский переулок, д. 12 (Инженерный корпус)
Режим работы: вторник, среда, воскресенье – с 10:00 до 18:00
(кассы и вход на экспозицию до 17:00);
четверг, пятница, суббота – с 10:00 до 21:00
(кассы и вход на экспозицию до 20:00);
понедельник – выходной

XVIII ВЕК
Искусство