Добрый гений из Феодосии

В день 200-летия Ивана Айвазовского мы хотели бы напомнить вам этот материал из архива «Историка». О жизненном пути художника и его творческом почерке «Историку» рассказала заведующая отделом живописи второй половины XIX – начала ХХ века ГТГ Галина Чурак.

Д•Ґпвл©-Ґ†ЂДевятый вал. Худ. И.К. Айвазовский. 1850

 «Мой адрес – всегда в Феодосию»

– Айвазовский известен как очень плодовитый художник, создавший за свою жизнь более 6 тыс. полотен. Насколько эта цифра правдива?

_DSC1852

– Она близка к истине и вполне может быть точкой отсчета, так как ее неоднократно называл сам Айвазовский. А если учесть, сколько картин находится в музейных собраниях и частных коллекциях, сколько их проходит через аукционы, то она может быть и больше. Но надо всегда иметь в виду, что Айвазовского, как, пожалуй, никакого другого художника, уже при жизни старались копировать, а затем и подделывать. И сегодня нередко встречаются, во-первых, копии его работ, выполненные в то время. А во-вторых, к этому, естественно, подмешивался меркантильный интерес. Особенно много подделок появилось позже, уже в наши дни, поэтому мне, как специалисту, приходится порой сталкиваться с непростыми загадками и задаваться вопросом: что это – копия или оригинальное творение Айвазовского? Или это авторское повторение? Ведь сам художник нередко повторял свои сюжеты, обращался к тем же мотивам, и такие работы могли различаться лишь некоторыми малозаметными деталями, мельчайшими особенностями в передаче состояния морской стихии. Что же касается «умельцев» нашего времени, то надо сказать, что они, к сожалению, добились немалых успехов в подделывании картин – современные технологии разного рода им в этом хорошо помогают. Так что работа специалистов становится все более ответственной. В нашем альбоме-каталоге, который мы готовим к открытию выставки, будет статья, специально посвященная технологии живописи и особенностям почерка Айвазовского.

– Не боитесь, что этими секретами могут воспользоваться, так сказать, не в самых благородных целях?

– Когда мы заказывали эту статью специалисту, много знающему о технической стороне живописи Айвазовского, то рождались сомнения: а стоит ли писать такое «руководство к действию» для современных подделывателей? Но в конце концов мы сошлись на том, что картины подделывали и без этого и будут подделывать – как со статьей, так и без нее. А получить ясное, внятное описание техники художника, рассказ о секретах создания удивительных шедевров Айвазовского – это очень важно, такая статья вызовет интерес как у специалистов, давно занимающихся творчеством мариниста, так и у любителей, которые придут на выставку и захотят узнать что-то новое.

– Как происходил отбор экспонатов для выставки и что именно смогут увидеть ее посетители?

– В основе нашей выставки – экспонаты Третьяковской галереи, Русского музея, Центрального военно-морского музея. Но нам казалось особенно важным привезти на нее еще и полотна из дворцовых музеев Петербурга. Ведь это те картины, которые раньше входили в состав царских коллекций, их приобретали Николай I, Александр II, Александр III непосредственно у самого художника. Эти работы, в подлинности которых сомневаться не приходится, являются и своего рода мерилом качества среди огромного количества полотен мастера. И конечно, когда заговаривают об Айвазовском, первая картина, которая сразу вспоминается, – это…

– …«Девятый вал»?

– Да. Разумеется, эта работа художника будет в экспозиции. Ведь «Девятый вал», написанный в 1850 году, – это и некая проекция срединной точки жизни Айвазовского, и в то же время вершина его славы. Он еще очень молод, ему 33 года – художник родился в 1817 году. А уйдет из жизни он через 50 лет – в 1900-м. Впереди еще очень много лет творчества, множество побед и поражений, удач и неудач – невозможно же, чтобы у мастера, создавшего более 6 тыс. картин, все было одинаково прекрасным, одинаково ценным и качественным.

Мы сочли очень важным, чтобы на выставке был представлен музей Феодосии – родного города Айвазовского, в котором он прожил всю свою жизнь. Конечно, был длительный период учебы в Академии художеств в Петербурге, куда он отправился в возрасте 16 лет, затем «пенсионерская» поездка в Италию, потом он вновь возвращался в столицу. Но, женившись, художник после свадьбы все равно уехал в родную Феодосию. «Мой адрес – всегда в Феодосию», – сообщал он в письме Павлу Третьякову. Айвазовский очень много путешествовал, объездил почти весь мир, хорошо знал Россию, Европу, побывал даже в Америке. Трансатлантическое путешествие он совершил в 75 лет и несколько месяцев провел в Новом Свете. Но всякий раз возвращался в свой родной город.

Еще одна дальняя коллекция, которая будет на нашей выставке, – это произведения Айвазовского из собрания Национального музея Еревана. Ведь Айвазовский – армянин по происхождению, по своим корням. К XIX веку армяне были уже в значительной степени рассеяны по миру, и Крым являлся одним из давних центров армянской жизни и культуры начиная с XV века. В Феодосии в середине XIX столетия насчитывалось 47 армянских церквей. К сожалению, Айвазовский при всей своей любви к путешествиям так никогда и не доехал до Армении. Хотя и народ, и культуру этой земли он очень любил и многое делал для своих соплеменников. Поэтому мы были уверены, что ереванская коллекция тоже должна присутствовать на московской выставке.

Кроме того, есть еще ряд музеев, откуда мы точечно выбирали по две-три работы, которые показались нам интересными и привлекательными, определяющими важные моменты выставки.

aivazovskyПортрет И.К. Айвазовского. Худ. А.В. Тыранов. 1841

Художник-путешественник

– Будет ли представлено что-либо помимо живописи?

– Кроме живописных и графических работ Айвазовского посетители смогут увидеть экспонаты санкт-петербургского Центрального военно-морского музея – 15 предметов корабельного фонда. Это макеты нескольких кораблей, которые много значат для истории русского флота. Например, «Двенадцать апостолов» – корабль с очень славной и одновременно трагической историей: он был затоплен в Севастопольской бухте во время Крымской войны, ознаменовав тем самым конец русского парусного флота. Впрочем, затопили не только его: целая флотилия парусников нашла свою гибель тогда в Севастопольской бухте. Айвазовский несколько раз писал картины, посвященные истории этих кораблей.

В экспозиции будут представлены также компасы и большой глобус звездного неба – это то, что являлось непременным атрибутом корабельной жизни того времени и, естественно, представляло огромный интерес для Айвазовского как мариниста. Когда-то совсем еще юным воспитанником Академии художеств он был прикомандирован к свите еще более юного, чем он сам, великого князя Константина Николаевича, совершавшего учебное плавание по Финскому заливу и Балтийскому морю. Впоследствии великий князь и художник совершали и другие совместные плавания, но именно тогда Айвазовский впервые узнал, что такое корабельный быт, увидел матросскую жизнь и обстановку, в которой жили офицеры, а также тщательно изучил оснастку кораблей.

– Как будет построена выставка?

– Размышляя над тем, как ее организовать, мы отказались от хронологического принципа. Экспозиция структурирована по ряду разделов, которые должны помочь посетителям сориентироваться в бурном океане полотен Айвазовского.

Открывающий выставку раздел мы решили назвать «Морские симфонии Айвазовского». Здесь будут картины, на которых художник передал ряд разных состояний моря – от спокойного до начинающего волноваться, от встревоженного до готовой разразиться бури и, наконец, от разыгравшейся до разбушевавшейся стихии. В музее Феодосии хранится масштабная картина-панно «От штиля к урагану»: на огромном семиметровом полотне художник изобразил все стадии жизни моря, его «дыхания» – от полного покоя до бушующей бездны. В этом же разделе мы увидим работы, представляющие разные варианты освещения морской поверхности и неба – от восхода солнца до заката. Айвазовского всегда увлекала идея света – стремление отразить в своих работах и раннее рассветное состояние, и зыбкие туманы над морской гладью, и лучи раскаленного солнца, и, конечно, таинственное, все преображающее лунное сияние. Он не раз говорил, что считает лучшими своими картинами те, где удачно решено освещение, где удалось передать силу света.view-of-constantinople-and-the-bosporusВид Константинополя и Босфора. Худ. И.К. Айвазовский. 1856

Между тем ночные пейзажи Айвазовского составят особый раздел с поэтическим названием «Ноктюрны… И кончен день, настала ночь…». Художник очень любил ночную пору. Это время тайн, романтики, загадочных откликов на состояния человеческой души, но ночь способна и скрывать в себе грозные бури. Именно эта ее двойственность часто находит отражение на полотнах Айвазовского.

– А что можно сказать о нем как о «немаринисте»? Писал ли он картины иного характера?

– С подобными произведениями посетителей познакомит раздел «Между Феодосией и Петербургом». Художник несколько раз в течение года отправлялся в столицу, проезжая через самые разные города и местности, созерцая в этом путешествии, естественно, не морские пейзажи. Конечно, он изображал увиденное. Так, сохранился рисунок 1833 года, относящийся к его первой поездке в Петербург. Немного наивный, с ошибками, но тем этот рисунок и ценен и мил, что он показывает становление гения; мы видим работу Айвазовского, созданную еще до учебы в Академии. Совсем юный живописец изобразил город Екатеринослав (впоследствии Днепропетровск), увиденный им с высокой точки.

– Но признание пришло к нему в связи с совершенно другими сюжетами…

– Да, верно: он воспринимается в первую очередь как маринист, воспевавший в том числе историю морской славы России. Этой тематике мы посвятили раздел «Художник Главного морского штаба».

– Вернемся к путешествиям Айвазовского. Какие края он особенно любил?

В 1844 году Айвазовский вернулся из зарубежной поездки, уже завоевав известность в Европе. Его картины охотно покупали представители европейских королевских домов: неаполитанский король Фердинанд II, баварский король Людвиг I… Эти и многие другие имена Айвазовский часто упоминал в письмах, когда говорил о тех, кто приобретает его работы. Это льстило молодому художнику, давало ему заработок и возможность свободно путешествовать по Италии, Германии и другим странам Европы. Сохранился, кстати, паспорт, выданный ему при первом отъезде из Петербурга за границу. В нем 143 страницы, и все они заполнены! Огромное количество помет: сегодня в Венеции, через неделю – в Риме. Все перемещения тщательно отмечены, так что этот документ – уникальный исторический источник.

Безусловно, поездки Айвазовского не были вояжем праздного туриста: художника отличал глубочайший интерес ко всему, что попадалось ему в дороге, он не раз говорил, что неизвестность новых мест постоянно влекла его в путь. Страсть к путешествиям Айвазовский сохранил, повторюсь, на всю жизнь: за полгода до кончины он писал своему давнему другу и биографу Николаю Кузьмину, что планирует поехать еще раз в Италию, побывать снова в Неаполе – там, где начиналась его слава художника, где он почувствовал вкус к красоте природы и жизни. Эти места юга Италии были, пожалуй, самыми любимыми, их он чаще всего изображал.

– Но у него есть и картины, посвященные Турции, Константинополю?

– Да, у Айвазовского много картин, рисунков, акварелей, где мы видим эти уникальные места, представляющие собой причудливое сплетение востока и запада – географическое, культурное и архитектурное. Художник объездил все Средиземноморье, включая Турцию, где он побывал четыре раза. Когда Айвазовский в составе свиты великого князя Константина Николаевича посетил ее впервые, он был потрясен Константинополем. А в 1874 году его поездка в этот город состоялась по приглашению турецкого султана Абдул-Азиза. Написанные им тогда картины украсили дворец Долмабахче – одну из самых «европейских» султанских резиденций Константинополя. Это роскошное здание удивительным образом соединяет в себе европейские барочные традиции с сочной пышностью восточной архитектуры, и шедевры Айвазовского вписались в его помещения как нельзя лучше. Они находятся там и в наши дни.

А одна из уникальнейших работ живописца оказалась на острове Святого Лазаря близ Венеции. Еще в 1841 году в Италии он создал картину «Хаос», раскрывающую такую сложную тему, как тайны мироздания. Айвазовский изобразил Творца в небесной сфере, рождающего свет и отделяющего свет от тьмы. На картине нет ни одного рукотворного предмета – только Творец, сам являющийся источником света. Кто-то увидит здесь просто игру освещения среди небесного хаоса, а кто-то увидит именно образ Творца. Айвазовский преподнес эту свою работу в дар папе римскому Григорию XVI, и долгие годы она украшала библиотеку Ватикана. А в 1905 году ее передали монастырю ордена мхитаристов на острове Святого Лазаря. В музее этого-то монастыря и можно сегодня увидеть картину о сотворении мира, написанную Айвазовским.

– А почему это полотно передали именно туда?

– Это армянский католический монастырь. Когда-то старшего брата художника, Габриэла Айвазовского, родители по недостаточности средств отдали на воспитание именно в эту известную обитель. Там он рос, обучался и стал глубоко образованным, ученым человеком, историком и филологом. Спустя годы Габриэл под влиянием Ивана Айвазовского порвал с католической средой. Жил в Париже, занимался устройством армянских школ, а впоследствии переехал в Феодосию. Габриэл занимал высокие посты в Армянской апостольской церкви, знал 15 иностранных языков (как европейских, так и восточных), был одним из составителей толкового словаря армянского языка. Братьев связывала многолетняя дружба и полное взаимопонимание.

Вода для родного города

– Под чьим влиянием формировался творческий гений Айвазовского, кого можно назвать среди его учителей?

– Есть такое понятие, как гений места. Так вот, Айвазовский – гений Феодосии. Так же как и Черное море, она – первейший учитель художника. В детстве он рисовал на стенах дома, на обрывках газет, бумаги. Надо сказать, что Айвазовский был очень одаренным человеком в разных областях – не только в живописи, но и в музыке. Например, он самостоятельно выучился игре на скрипке. Местные мелодии (крымские, татарские, армянские), которые он воспринимал на слух, потом очень пригодились ему в Петербурге. Он входил в художественный кружок Карла Брюллова, братьев Павла и Нестора Кукольников, знал также Михаила Глинку, который, кстати, использовал некоторые мотивы мелодий, напетых Айвазовским, в опере «Руслан и Людмила».

В Петербурге главным учителем Айвазовского стал профессор Академии художеств пейзажист Максим Воробьев, из класса которого вышло много замечательных художников. Интересно, что в те годы покровительствовавший Айвазовскому коллекционер Алексей Томилов предложил начинающему живописцу скопировать одну из картин Сильвестра Щедрина. В каталоге нашей выставки мы воспроизведем оба этих полотна рядом, чтобы была возможность их сравнить.СђЃва Ч•а≠ЃђЃаб™Ѓ£Ѓ дЂЃв† Ґ 1849 £Ѓ§г.Смотр Черноморского флота в 1849 году. Худ. И.К. Айвазовский. 1886

Учился Айвазовский и у великих мастеров прошлого, чьи произведения он знал по коллекции Эрмитажа. Там воспитанник Академии копировал старых голландцев, и первые его работы очень напоминают голландскую живопись. А потом была поездка в Италию, в которой он познакомился с трудами мастеров эпохи Возрождения.

– Айвазовского в Феодосии знали не только как художника, но и как благотворителя и мецената. Что об этом известно сегодня?

– Он был одним из самых преуспевающих в материальном отношении художников. В различных городах России и за рубежом прошло огромное количество его персональных выставок – всего свыше 120, а в год их порой насчитывалось более десяти. Его знала не только Европа. Не случайно в 1893 году Айвазовского пригласили на Всемирную выставку в Чикаго, получившую в память о 400-летии открытия Америки Христофором Колумбом название Колумбова.

Большинство своих выставок художник открывал с благотворительной целью: доход от продажи билетов передавали в поддержку нуждающихся студентов, раненых солдат (например, во время Крымской войны), голодающих и неимущих. Приезжая в Турцию, он активно контактировал с армянской колонией и обязательно устраивал выставки в ее пользу, продавал картины, иногда дарил свои творения школе или монастырю.

А родной Феодосии художник в 1880 году подарил большой выставочный зал, пристроенный им ранее к собственному дому для демонстрации только что написанных картин. В завещании Айвазовский отметил, что все полотна, которые на момент его смерти будут находиться в этом зале, должны принадлежать городу Феодосии.

И это лишь часть его добрых дел. Вспомним и о том, что Феодосия долгие годы страдала от нехватки питьевой воды и художник из своего имения Субаши, на территории которого били ключи, провел водопровод протяженностью несколько десятков километров, а также выстроил водоразборные фонтаны в городе. Из Субашей поставлялось 50 тыс. ведер воды в сутки. Примечательно, что в благодарность феодосийцы назвали один из фонтанов «Добрый гений». Кроме того, Айвазовский способствовал созданию библиотеки, многое сделал для открытия в Феодосии железнодорожной линии, связавшей ее с Центральной Россией, содействовал развитию порта, обеспечивающего жизнь города и дававшего рабочие места, устраивал многочисленные праздники. Иван Константинович Айвазовский и поныне является гордостью Феодосии – добрым гением этого места.


Беседовал Никита Брусиловский

Выставка «Иван Айвазовский. К 200-летию со дня рождения»

продлится с 29 июля по 20 ноября 2016 года

Адрес: Крымский Вал, д. 10, залы 60–62

Режим работы: вторник, среда, воскресенье – с 10:00 до 18:00 (кассы и вход на экспозицию до 17:00); четверг, пятница, суббота – с 10:00 до 21:00 (кассы и вход на экспозицию до 20:00); понедельник – выходной

XIX ВЕК