Битва в тылу врага

Советское движение сопротивления было массовым и самоотверженным. Около миллиона оставшихся в немецком тылу граждан СССР – партизан и подпольщиков – с оружием в руках сражались с фашистскими оккупантами.

 Фото: ТАСС

Жестокость оккупационного режима стала одной из причин широкого распространения советского партизанского движения: преступления нацистов обеспечивали партизанам поддержку населения. Разумеется, эта поддержка не была абсолютной: некоторые были слишком запуганы оккупационным террором, другие ненавидели советскую власть настолько сильно, что соглашались сотрудничать даже с палачами собственного народа. Крайне ограниченную поддержку советским партизанам оказывали жители прибалтийских республик и Западной Украины, тогда как в захваченных немцами областях России и Белоруссии она была более чем масштабной.

Центральный штаб

Летом 1941 года партийным организациям, НКВД и военной разведке было поручено незамедлительно приступить к созданию партизанских отрядов. Брали туда проверенных людей – коммунистов, комсомольцев, военных и сотрудников органов внутренних дел. Многие из этих отрядов погибли в первые же недели и месяцы, а уцелевшие пополнялись военнослужащими-«окруженцами» и местными жителями. Уже весной 1942-го начался рост численности советских партизанских формирований, не прекращавшийся вплоть до освобождения занятых фашистами территорий.

Общая численность советских партизан, подпольщиков и так называемого «партизанского резерва» (плохо вооруженных групп самообороны в партизанских краях) за весь период оккупации составила свыше 900 тыс. человек. Большая часть из них – около 400 тыс. – действовала на территории Белоруссии, примерно 350 тыс. – в захваченных областях России, около 220 тыс. – на Украине. Самым малочисленным было советское партизанское движение в Прибалтике: в Латвии в общей сложности действовало приблизительно 12 тыс. партизан и подпольщиков, в Литве – более 10 тыс., в Эстонии – около 2 тыс.

Постановление Государственного комитета обороны о создании Центрального штаба партизанского движения от 30 мая 1942 года

Важнейшей характеристикой советского партизанского движения была его централизованность. И хотя отдельные отряды подчинялись напрямую НКВД и военной разведке, основную их часть взял под управление Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД) при Ставке Верховного главнокомандования, образованный постановлением Государственного комитета обороны от 30 мая 1942 года. Его начальником стал первый секретарь ЦК компартии Белоруссии Пантелеймон Пономаренко. Подчиненные ЦШПД региональные штабы партизанского движения были созданы на уровне республик. ЦШПД планировал масштабные партизанские операции, направленные на поддержку действий Красной армии, обеспечивал снабжение партизанских формирований оружием, взрывчаткой и боеприпасами, готовил и забрасывал за линию фронта необходимых партизанам специалистов – разведчиков, взрывников, радистов. Командирам крупных партизанских соединений были присвоены генеральские звания; находившиеся на «Большой земле» семьи партизан получали от государства помощь наравне с семьями красноармейцев.

Благодаря деятельности Центрального штаба значительно повысились боеспособность и управляемость партизанских отрядов. Так, например, если летом 1942 года только треть отрядов имела радиосвязь с «Большой землей», то к ноябрю 1943-го ею было обеспечено около 94% отрядов. В том же 1943-м в помощь партизанам было произведено 12 тыс. самолето-вылетов. В результате партизанские формирования получили около 60 тыс. винтовок, 34 тыс. автоматов, тысячи пулеметов, противотанковых ружей и минометов, большое количество взрывчатки.

Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко
(1902–1984)

Родился в крестьянской семье. Окончил Московский институт инженеров транспорта. Служил в Красной армии, работал инженером, был на комсомольской и партийной работе. В 1938–1947 годах – первый секретарь ЦК компартии Белоруссии. В 1942–1944 годах – начальник Центрального штаба партизанского движения. Генерал-лейтенант (1943). В 1944–1948 годах – председатель Совета министров Белорусской ССР. С 1948 по 1953 год – секретарь КПСС, а также в 1952–1953 годах – член Президиума ЦК КПСС. В 1953–1954 годах – министр культуры СССР, затем – первый секретарь ЦК компартии Казахстана. С 1955-го – на дипломатической работе. В 1978-м вышел на пенсию. Умер 18 января 1984 года в Москве.

Алексей Федорович Федоров
(1901–1989)

Родился в крестьянской семье. Служил в Красной армии, работал на строительстве железных дорог, затем был на профсоюзной и партийной работе. С 1938 года – первый секретарь Черниговского обкома КП(б) Украины. С сентября 1941-го – первый секретарь Черниговского, а с марта 1943-го также и Волынского подпольных обкомов партии. Одновременно командир Черниговско-Волынского партизанского соединения, действовавшего на Украине, в Белоруссии, Брянской и Орловской областях РСФСР. Генерал-майор (1943). В 1944–1949 годах – первый секретарь Херсонского, с 1950-го – Измаильского, с 1952-го – Житомирского обкома компартии Украины. В 1957–1979 годах – министр социального обеспечения УССР. Дважды Герой Советского Союза. Умер 9 сентября 1989 года в Киеве.

Сидор Артемьевич Ковпак
(1887–1967)

Родился в крестьянской семье. В годы Гражданской войны возглавлял на Украине партизанский отряд, боровшийся с немецкими оккупантами. В 1921–1926 годах – помощник военкома, затем военком в разных городах Украинской ССР. С 1937-го – председатель Путивльского городского исполкома Сумской области. Во время Великой Отечественной войны, будучи командиром Сумского партизанского соединения, проводил рейды в тылу врага по Курской, Орловской и Брянской областям РСФСР, по Гомельской и Пинской областям Белорусской ССР на Правобережную Украину и до Карпат. Генерал-майор (1943). С 1947-го – заместитель председателя Президиума Верховного Совета УССР. Дважды Герой Советского Союза. Скончался 11 декабря 1967 года в Киеве.

«Рельсовая война»

Основной задачей советских партизан стало разрушение тыла немецких войск. Диверсии на транспортных коммуникациях препятствовали оперативному подвозу резервов и боеприпасов передовым частям вермахта, а нападения на размещенные в крупных населенных пунктах гарнизоны вынуждали нацистское командование бросать на борьбу с партизанами подразделения, необходимые на фронте.

Уже в 1942-м эти действия обернулись для оккупантов серьезными проблемами. Генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель писал: «В сорок втором году ситуацию с железными дорогами можно было назвать не иначе как катастрофической. <…> Партизаны постоянно разрушали железнодорожные пути, неоднократно производя по 100 взрывов за ночь». Немалую роль в достижении подобного результата сыграл полковник Илья Старинов, заместитель начальника Центрального, а затем Украинского штаба партизанского движения по диверсионной работе, подготовивший для партизанских формирований тысячи диверсантов и спланировавший многие масштабные диверсионные операции.

В 1943 году в ходе операций под кодовыми названиями «Рельсовая война» и «Концерт» советские партизаны подорвали сотни тысяч рельсов, вследствие чего пропускная способность железных дорог оказалась существенно снижена. Не менее масштабной была операция, проведенная диверсантами украинского партизанского соединения Алексея Федорова, которые летом 1943-го заблокировали работу Ковельского железнодорожного узла. Это привело к тому, что гитлеровцы потеряли возможность оперативно перебрасывать войска из Белоруссии на Украину.

Благодаря деятельности подпольщиков и партизанской разведки советское командование получало оперативные и достоверные сведения о передвижении неприятельских войск. Поступившая от партизан информация, в частности, позволила вскрыть немецкие планы наступления в районе Курской дуги.

Рейды украинских партизанских соединений под командованием Сидора Ковпака, Александра Сабурова, Михаила Наумова способствовали дезорганизации вражеского тыла и расширению партизанского движения. Именно этим соединениям пришлось столкнуться на Западной Украине с формированиями Украинской повстанческой армии (УПА), проводившими массовые этнические чистки польского населения Волыни. Нацистским оккупантам была выгодна деятельность УПА: борьба с ней, в которую оказались вовлечены польские формирования Армии Крайовой и советские партизаны, отвлекала последних от ударов по немецким коммуникациям. Благодаря Волынской резне вермахт мог быть спокоен за свои тыловые линии на Западной Украине.

Партизанские края

Совсем иной была ситуация в Белоруссии. Здесь оккупанты на деятельность партизан ответили новыми репрессиями против мирных граждан. Под видом «антипартизанских операций» нацисты массово истребляли русских, украинцев, белорусов и уцелевших евреев.

Только на территории Белоруссии гитлеровцами было уничтожено 628 населенных пунктов вместе со всеми их жителями. Аналогичные акции проводились и в других оккупированных республиках. Символом нацистских «антипартизанских операций» стала сожженная 22 марта 1943 года вместе с жителями белорусская деревня Хатынь, в уничтожении которой принял участие 118-й украинский батальон вспомогательной полиции.

Карательные мероприятия вызвали к жизни весьма специфическое явление – партизанские зоны, создававшиеся в труднодоступных районах, в которых была полностью восстановлена советская власть. Такие места служили убежищем для мирного населения и тыловыми базами для партизан до тех пор, пока немцам не удавалось собрать достаточно сил для их ликвидации. И тогда жертвы среди партизан и мирных жителей были огромными…

Немцы жестоко наказывали за любое сопротивление оккупационным властям

ОБЩАЯ ЧИСЛЕННОСТЬ СОВЕТСКИХ ПАРТИЗАН, ПОДПОЛЬЩИКОВ И ТАК НАЗЫВАЕМОГО «ПАРТИЗАНСКОГО РЕЗЕРВА» ЗА ВЕСЬ ПЕРИОД ОККУПАЦИИ СОСТАВИЛА СВЫШЕ 900 ТЫС. ЧЕЛОВЕК

К осени 1943 года партизанские края и зоны охватывали примерно 200 тыс. квадратных километров, то есть около одной шестой части всех оккупированных земель. На этих территориях скрывалось несколько миллионов человек.

Поскольку немецких подразделений полиции и СС для борьбы с партизанами было недостаточно, оккупанты прибегли к созданию коллаборационистских формирований из советских граждан. Литовские подразделения вспомогательной полиции участвовали в ликвидации евреев в Белоруссии и на Украине; эстонские коллаборационисты охраняли лагеря – от Ленинградской области на севере до Сталинградской на юге; латышские подразделения войск СС истребляли мирное белорусское население. Не меньшей жестокостью отличалась так называемая бригада РОНА Бронислава Каминского, образованная при немецкой поддержке из русских коллаборационистов. Входившие в нее военнослужащие только в Брянской области уничтожили более 10 тыс. человек, включая женщин и детей.

Впрочем, большая часть коллаборационистских формирований не могла похвастаться ни устойчивостью в бою, ни преданностью оккупантам. Эти подразделения состояли, как правило, из советских военнопленных, поставленных перед жестоким выбором: либо взять в руки оружие и воевать против собственной страны, либо умереть от голода и непосильного труда. Многие соглашались сотрудничать с нацистами лишь потому, что надеялись при первой возможности перейти на советскую сторону. Некоторым это удавалось: по данным ЦШПД, только с июня 1942-го по февраль 1944 года к партизанам присоединилось около 9 тыс. коллаборационистов. Наиболее заметным стал переход на сторону партизан 1-й русской национальной бригады СС «Дружина» под командованием подполковника Владимира Гиль-Родионова: в ней состояло несколько тысяч человек. После перехода она получила название 1-й Антифашистской бригады и в дальнейшем участвовала в борьбе с нацистскими карателями.

Вместе с действующей армией

Во время наступления советских войск в 1943–1944 годах партизаны оказывали помощь непосредственно действующей армии. Они захватывали переправы и удерживали их вплоть до подхода наших частей, работали проводниками, диверсиями на транспортных коммуникациях блокировали оперативные перевозки неприятельских формирований, нападали на немецкие гарнизоны, спасали население от угона в Германию и по мере сил препятствовали отступающим гитлеровцам осуществлять их «тактику выжженной земли».

Накануне стратегической наступательной операции «Багратион» в июне 1944 года действия белорусских партизан на железных дорогах лишили немецкое командование возможности производить перевозки и маневрировать резервами. Начальник транспортного управления группы армий «Центр» Герман Теске впоследствии вспоминал: «Молниеносно проведенная в эту ночь [20 июня 1944 года. – А. Д.] крупная операция партизанских отрядов вызвала в отдельных местах полную остановку железнодорожного движения на всех важнейших коммуникациях, ведущих к районам прорыва». Таким образом была сорвана переброска к группе армий «Центр» 4-й и 5-й танковых дивизий с Украины и 28-й пехотной дивизии из Прибалтики. Эти дивизии прибыли на передовую с большим опозданием и не смогли задержать наступление Красной армии.

Партизаны внесли значительный вклад в Победу. Конечно, официальные цифры, публиковавшиеся в свое время в советских изданиях (численность уничтоженной партизанами живой силы противника, пущенных под откос поездов и взорванных рельсов), во многом являются преувеличенными. Однако главное достижение партизан заключалось не в количестве убитых вражеских солдат, а в том, что оккупационные власти не смогли эффективно использовать захваченные ими материальные и людские ресурсы, в том, что нацистам приходилось отвлекать серьезные силы на охрану тыла, в том, что снабжение войск вермахта на фронте было затруднено.


Александр Дюков,
директор фонда «Историческая память»