Меня вызвали ночью и сказали:
«К утру должна быть начата работа».
А.В. Щусев

Проектирование Мавзолея Ленина стало не просто важнейшей вехой творческой биографии выдающегося русского зодчего Алексея Викторовича Щусева, но и судьбоносным этапом развития всей отечественной архитектуры на протяжении XX века. Отрицать сей факт трудно, каково бы ни было отношение к тому идеологическому смыслу, который уже давно и прочно вложен в эту постройку. Причём вложен даже не самим автором, а противоречивой эпохой, породившей Мавзолей.

10
Первый Мавзолей. Скоропалительная стройка

К 1924 году Щусев чего только не построил, но ещё большими по масштабу идеями был захвачен. Однако мог ли он предполагать, что судьба совершит такой крутой зигзаг: ему предстояло не Москву перестраивать, а создавать в сердце Первопрестольной алтарь для поклонения новой коммунистической религии.

Неудивительно, что именно Щусева избрали для выполнения столь срочного задания: и умелый организатор, и талантливый архитектор, имевший большой опыт работы с самыми разными заказчиками, отношения с которыми требовали порой умения идти на компромисс. Щусев обладал этим качеством — мог пойти на незначительные уступки ради сохранения главного. При этом заказчик нередко был убеждён, что последнее слово осталось за ним. Кроме того, ранее Щусев создавал надгробие для государственного деятеля — премьер-министра царской России Петра Столыпина.

Трудно поверить, что его нисколько не волновала моральная сторона дела. Ведь Столыпина застрелил представитель той среды, вождём которой являлся усопший Владимир Ленин. Также зодчий проектировал свою «Марфу» для великой княгини Елизаветы Фёдоровны, жестоко убитой, как и Николай II, по приказу Ленина. В этот период отношения Щусева с Михаилом Нестеровым и Виктором Васнецовым, презиравшими новую власть, стали крайне напряжёнными. Художники никак не могли принять эту работу Алексея Викторовича, не хотели подавать ему руки…

Сам Щусев рассказывал так: «Около 12 часов ночи я был срочно вызван в Колонный зал… Несмотря на поздний час, непрерывной волной стекались потрясенные, взволнованные массы к гробу великого человека, величайшего друга трудящихся. В артистической комнате при Колонном зале, куда меня провели, находились члены правительства и комиссия по похоронам В.И. Ленина. От имени правительства мне было дано задание немедленно приступить к проектированию и сооружению временного Мавзолея для гроба Ленина на Красной площади… Я имел время только для того, чтобы захватить необходимые инструменты из своей мастерской, а затем должен был направиться в помещение, предоставленное мне для работы. Уже наутро необходимо было приступить к разборке трибун, закладке фундамента и склепа Мавзолея. Прежде чем приступить к эскизу Мавзолея, я пригласил для совещания о его архитектурных принципах Л.А. Веснина и арх. Антипова. На совещании я высказал свои соображения, что силуэт Мавзолея не должен быть высотным, а иметь ступенчатую форму. Надпись на Мавзолее я предложил простую — одно слово, в котором заключено столько волнующего смысла для всего трудящегося человечества. Это слово — ЛЕНИН. Все сооружение должно быть сделано из дерева и обшито досками. К четырем часам утра эскизный набросок Мавзолея был готов, я наскоро поставил размеры глубины, высоты и ширины и вызвал конструкторов для подсчета деревянных конструкций».

Интересно, вспоминал ли Щусев, как давным-давно в Академии художеств его, студента, заперли на сутки для выполнения экзаменационной работы?..

Сохранившиеся эскизы проекта указывают, что первоначальный замысел оказался осуществлён не полностью. На эскизах предусмотрена установка на верхнем ярусе Мавзолея ротонды из 10 деревянных колонн, увенчанных антаблементом, повторяющим контур двух пятиконечных звёзд.

Архитектор Машковцев, коллега Щусева, писал: «Щусев как будто бы подверг какому-то страшному давлению тех дней свой мозг, и чуть ли в течение 24-часовой работы явился этот проект. Это был действительно как бы результат какого-то страшного напряжения творческой воли и творческой мысли, мобилизация всех своих знаний и сил».

«Ранним утром, — продолжает Щусев, — мной на Красной площади была произведена разбивка плана сооружения, вбиты колышки, ограждавшие место постройки, и раздались первые взрывы мерзлой земли. Скованная 25-градусными морозами земля не поддавалась лопатам и ломам, и для рытья котлована пришлось взрывать ее с помощью команды подрывников. Взрывные работы заняли почти сутки; только после этого землекопы смогли приступить к рытью котлована.

Тем временем отдел сооружений Московского управления коммунального хозяйства завозил на Красную площадь деревянные брусья и доски, и плотники занимались подготовкой каркаса…

Планировка Мавзолея была мной рассчитана таким образом, чтобы создать график движения, обеспечивающий беспрерывный пропуск значительных масс народа без сутолоки и пробки. Входя, народ должен был спускаться по лестнице, ведущей в центральный зал с гробом Владимира Ильича, и, обходя его кругом, подниматься по такой же лестнице, ведущей к выходной двери… Зал должен был быть декорирован материей по рисункам художника Нивинского.

Вся работа по сооружению Мавзолея продолжалась около трех дней; строители удалились с Красной площади в момент, когда уже на нее вступали войска, участвовавшие в похоронах великого вождя».

На Щусева возлагалась огромная ответственность, и неслучайно по Москве долго потом ходили слухи о его якобы аресте. 3 марта 1924 года Александр Бенуа записал в дневнике: «Арестован (по сведениям Тройницкого) Щусев. Ему-де приказали произвести работы у могилы Ленина, а он наткнулся на фановую трубу, содержимое коей залило гроб с покойником. Остряки находят, что Ильич в «золоте» купается. Вообще ходит масса злых острот, анекдотов, в которых всякого рода люди возмещают свою досаду на помпу, скрывающую кончину «вождя пролетариата»».

Информация об аресте Щусева весной 1924 года документально не подтверждается, но сам факт прорыва канализации под Мавзолеем оставил неизгладимый след в московском фольклоре. Ведь строили его в стужу, а по весне всё растаяло. Узнавшему об этом Патриарху Тихону приписывают фразу: «По мощам и елей».

Архитектор Щусев А.В., 1946 год
Академик АН СССР, архитектор Алексей Викторович Щусев. Фото Владимира Савостьянова /Фотохроника ТАСС/

Историки до сих пор спорят о том, кому именно пришло в голову поставить Мавзолей на Красной площади. Так, Дмитрий Хмельницкий полагает: «Из членов правящего триумвирата, пожалуй, только один Сталин был психологически способен придумать, продумать и в считаные дни пробить фантастическую идею мумификации трупа Ленина и превращения его мощей в религиозно-пропагандистский символ. У него хватало и фантазии, и власти». Другие приписывают инициативу Льву Троцкому и Алексею Рыкову.

Первый Мавзолей простоял несколько месяцев. В мае 1924-го Щусева вновь вызвали в Политбюро и поручили, «не меняя основной конструкции Мавзолея, придать ему монументальную архитектурно-художественную форму». Перед зодчим поставили сложную задачу — спроектировать деревянное монументальное сооружение. Сам материал создавал немалые трудности.

«Я искал аналогии во всей истории архитектуры, — вспоминал Щусев. — Форму пирамид… я нашел неподходящей. «Ленин умер, но дело его живет» — вот, мне казалось, та идея, которая должна быть выражена в архитектуре его Мавзолея. Исходя из этого, я создал композицию ступенчатого памятника. Мои эскизные наброски Мавзолея с трибунами получили утверждение, и я приступил к разработке детальных чертежей».

Ìàâçîëåé Â.È.Ëåíèíà, 1924 ãîä
Вот такой тесный деревянный Мавзолей. Временный! Фотохроника ТАСС

Конечно, Щусев, обмерявший в студенческие годы мавзолей Тамерлана, вряд ли мог использовать формы этого древнего сооружения. Что же касается пирамиды, хотя Алексей Викторович и открещивался от её образа, Мавзолей отчасти напоминает каменную гробницу фараонов. Кажется, что архитектор лишь разбил пирамиду на ярусы и убрал её завершение — вот и получилась усыпальница вождя мирового пролетариата. Любопытно, что для неё Щусев придумал уникальные латунные гвозди со специальной шляпкой пирамидальной формы.

Второй Мавзолей просуществовал пять лет, пока не пришло время строить его из камня. Вновь создали правительственную комиссию во главе с Климентом Ворошиловым. «За пять минувших лет образ стал известен во всех уголках земного шара, контуры его знают и любят даже маленькие дети. Поэтому правительством было решено не изменять архитектуры Мавзолея, и мне было поручено точно воспроизвести его в камне», — писал Щусев.

К 1930 году на Красной площади появился окончательный вариант Мавзолея, представлявший, по сути, совершенно иное, новое произведение. И здесь никак нельзя согласиться со Щусевым, что он просто «повторил временный Мавзолей целиком в камне».

Мавзолей Ленина В.И. на Красной площади, 1999 г.
Третий Мавзолей — официальная визитная карточка СССР. Фото Виктора Великжанина /ТАСС/

При переводе в камень представлялась возможность более определённо выявить архитектурные детали и ордерные элементы композиции, лишь намеченные в деревянном мавзолее. Возможно, так и поступил бы Алексей Щусев, если бы ему пришлось создавать в том же 1924 году проект перевода деревянного мавзолея в каменный. Но в конце 1920-х годов произошло нечто противоположное — в каменном мавзолее приняли за основу совсем иную художественную трактовку архитектурного образа, чем та, которая в зародышевой форме была заложена в деревянном мавзолее. При этом в процессе проектирования каменного мавзолея от этапа к этапу всё больше выявлялась новая эстетическая концепция. Уже в первых вариантах проекта перевода деревянного мавзолея в каменный наметилась тенденция обобщения архитектурных деталей, был введён символически трактованный цвет. В дальнейшем Щусев полностью отказывался от имевшихся в деревянном мавзолее традиционных архитектурных деталей…

Осуществлённый каменный мавзолей — одно из наиболее совершенных в художественном отношении произведений архитектуры, художественный облик которого создан под несомненным влиянием эстетических концепций архитектурного авангарда. Не сам по себе материал — камень — определил художественный облик постоянного мавзолея и принципиальное отличие его трактовки от облика деревянного мавзолея, а именно новая эстетика советской архитектуры тех лет.

Продолжение следует…