Виссарион Алявдин — инициатор создания Национального фонда «Возрождение русской усадьбы», вице-председатель Историко-родословного общества, председатель Общества потомков участников войны 1812 года. Он занимается и объединением потомков участников войны, которую в России называли «Второй Отечественной» и «Великой».

— Многие участники Первой мировой войны после 1917 года оказались в Белом движении, а потом и в эмиграции. Вы полагаете, что, даже несмотря на это, Общество потомков участников Первой мировой станет достаточно представительным?

— Да, так уж Господь попустил. Большое количество наших соотечественников оказалось в первой эмиграции. Хотя уехало большинство генералитета и старших офицеров, а многие младшие и унтер-офицеры, а тем более рядовые солдаты в основном оставались в России. Множество офицеров пострадало во время красного террора, репрессий 1930–1940-х, но некоторые служили в Красной армии и различных советских учреждениях, другие перебрались в Среднюю Азию, на Дальний Восток. Первая мировая — огромная война. В ней участвовали миллионы русских людей разных сословий, например казачество. Даже во время Великой Отечественной войны воевали солдаты с георгиевскими крестами, и эти случаи не были единичными. В процентном отношении число участников войны оказалось велико среди эмигрантов — может быть, почти каждый второй. Хотя по количеству — больше осталось в России. И уже в 1960-е годы в некоторых семьях отваживались рассказывать своим детям о том, что их предки участвовали в Первой мировой.
Я не могу назвать сколько-нибудь точную цифру, но потенциально потомков воинов той войны десятки тысяч. На наш форум приехали люди из многих регионов страны от Сахалина до Калининграда. В России работает уже около полутора десятков региональных групп, которые собирают вокруг себя всё новых и новых людей, чьи родные принимали участие в сражениях Первой мировой.

— Скептики скажут: «Будто других проблем в стране нет!». И ведь есть…

— Общество потомков — это всегда живая преемственность. Мы стремимся объединить их, для того чтобы сохранить память об этом важном и трагическом событии в народной памяти. Юбилей пройдёт, волна публикаций схлынет, а общественная организация останется. Люди познакомятся друг с другом, завяжутся связи, члены общества будут рассказывать о предках не только своим детям, но и всем, кому дорога и интересна отечественная история. Я думаю, что многие, узнав о нашей работе, задумаются: «А ведь и мой прадед, наверное, воевал… Интересно — в Восточной Пруссии, в Галиции, на Кавказе?». И попробуют что-то узнать.

— Представляется, что вам, как экономисту по первой специальности, естественно задать вопрос: насколько сложна экономика истории? Каким образом затраты на открытие документов, создание общественных организаций будут оправданы?

— Не всё измеряется деньгами. Наоборот, важнейшие явления и стороны человеческой жизни в деньгах как раз не выражаются. Однако о государственной пользе здесь упоминать уместно. Вспомните 1990-е годы, когда говорили: «Зачем нам затраты на историю? Да и что у нас за история?!». Была дана полная свобода для лжи, невежества и фальсификаций. Каждый мог трактовать события, как хотел, а государство пыталось от этого как можно дальше отстраниться. Что мы получили? Депатриотизированное общество. Множество людей, особенно молодых, считало, что «патриот» — слово смешное, даже с отрицательным оттенком. В газетах писали: «Опять проходит патриотическое сборище…». Из-за этого было утрачено понимание необходимости любви и уважения к своей Родине, важности сильного государства, преимуществ статуса великой державы.

В результате — и в этой оценке сходится большинство экспертов — Россия почти полностью оказалась под внешним управлением. Ещё шаг, установление внешнего контроля над ядерным оружием, и зависимость стала бы полной. Как экономист скажу, что внешнее управление и даже частичная потеря независимости всегда ведёт к обнищанию огромного большинства населения, развалу экономики. Молодые люди, которые смеялись над словом «патриот», имея высшее, весьма качественное образование, очень скоро побежали мыть пробирки в лаборатории за границу.

В последнее время в нашей стране привыкли воспринимать понятие «свобода» только по отношению к личности. Свобода личности — это весьма важно, но нужно думать и о свободе народа в целом. Если нет потребности защищать свободу народа, если мы над этим смеёмся, то нечего удивляться его бедности. Мощное государство всегда имеет экономические преимущества. Это хорошо понимают ведущие мировые державы. И к этому они стремятся любой ценой. Как мы видим, часто кровавыми, циничными, игнорирующими международное право методами.

— Если вопрос с политическим аспектом увековечивания памяти героев Великой Отечественной войны в целом решён — Россия является юридическим, геополитическим преемником СССР, то в случае с Первой мировой у многих остаются сомнения. Насколько современную Россию можно считать продолжением монархии, Российской империи, православного царства?

20120516134702_003_enl

— Мы можем и должны считать себя преемниками Российской империи. Во время Первой мировой войны различные политические силы разлагали армию. Войну называли преступной, говорили, что солдаты воюют за интересы буржуев, что надо стремиться к поражению собственной страны… Хотя в реальности солдаты и офицеры защищали интересы государства в том виде, в котором они сложились к 1914 году. Россию подталкивали к войне все — дружественные державы, противники, и наступил момент, когда избежать войны оказалось невозможно. И люди пошли сражаться за Россию и её интересы.

Мы должны ощущать преемственность и от СССР. Я спрашивал своего отца, ветерана Великой Отечественной: правда ли, что в атаку ходили с криком «За Сталина»? Отец отвечал: «Может быть, такое и было, но я не слышал, тем более не кричал…». Воевали не за Сталина, а во имя сохранения государства, народа и своих близких.

Я ощущаю себя потомком и преемником героев Бородина и Великой Отечественной войны, Жуковского и Гагарина, а, к слову, не Берии и Лысенко или, например, Булгарина, который травил Пушкина. В 1990-е многим хотелось забыть прошлое, начать словно на пустом месте. Однако это невозможно. Представьте себе огромный вековой дуб, которому ради «реформирования» вдруг решили разрыть и обрубить старые корни, оставив лишь молодые. Рубят и приговаривают: «Эти корни новые, полные сил, перспективны — их оставим…». Конечно, дерево рухнет. Укоренённость в истории есть мощнейшая сила, которая удерживает общество от гибели, развала. Первая мировая война — тот период, который в советское время выпал из общей преемственности, цепь распалась. Потому естественно, что мы сейчас стараемся восстановить её, сохраняя память об этой войне, память, которая соединит эпоху Российской империи и сложный советский период как единую историю великого государства.

7

— На вопрос о том, выиграла или проиграла Россия Первую мировую войну, существует несколько ответов. Кто-то из специалистов говорит, что одно государство выиграло, а пришедшее ему на смену проиграло, другие припоминают «похабный» Брестский мир… Каков ваш ответ?

— Россия не может быть в стане проигравших. Скорее всего, не втянув Россию в войну, союзники просто не решились бы её начать. Вспомните: уже через месяц немецкая армия была под Парижем. Россия практически обрекла на гибель армию Самсонова, но спасла Францию. В этом смысле неблагодарность союзников является просто вопиющей. Они должны всегда и везде подчёркивать, что Россия находится в стане победителей. Титанические усилия мощнейших европейских держав и США без участия России могли привести к их бесславному поражению, хотя они никогда не скажут об этом. Поэтому помнить должны мы — ничего другого не остаётся.

— Почему эта память — об огромных жертвах, трагических неустройствах — необходима? Что в её положительном остатке?

1340376711_51813d1242937815-wwi-gas-mask-images-americans-france-being-taught-use-liquid-fire

— Война — это всегда зло, но жить без войн человечество не научилось. Поминать предков, тем более погибших при защите Отечества, — христианская, православная традиция. Мы должны поминать их в храме и в своих собственных молитвах, да и для представителей других религий, которые исповедуют люди, живущие в России, это естественно. Это первый аспект.

Второе: очень важна память народа как таковая. В Ельце близ собора стоит скромная, не очень заметная постройка. Это часовня, заложенная в память соотечественников, погибших при отражении нашествия Тамерлана! Сколько веков прошло, однако люди помнили, сохраняли уважение к предкам. Именно поэтому, несмотря на все испытания, мы не потеряли свою идентичность.

Наконец, Первая мировая война дала конкретные исторические уроки. Известно, что вступить в войну сравнительно просто, а вот выход из неё может означать катастрофу. В 1914 году у России не было выбора. Союзники не останавливались ни перед чем, чтобы втянуть Россию в войну. Противники, и основной из них Германия, вели совершенно безответственную, гибельную для себя, неумеренно агрессивную политику… Но и Россия имела конкретные интересы. Разве не нужно было решить вопрос проливов, надолго умиротворив Турцию? Разве не было необходимости поставить на естественное геополитическое место Австро-Венгрию? И такой исход войны был близок. Несмотря на все неудачи, к концу 1916-го — началу 1917 года Россия подготовилась к наступлению. Однако оно было сорвано. Англичане обещали России Босфор и Дарданеллы, но выполнять этого обещания не собирались, решили: сменим власть, и России станет уже не до проливов. Российская империя оказалась в ситуации, когда против неё работали разведки не только военных противников, а и союзников, и кто вредил более активно, ещё вопрос. Болгария, которая была освобождена русскими всего около 30 лет назад, — и та вступила в лагерь врагов России. Это должно стать для нас опытом общения с так называемыми союзниками. Значит, наверное, прав был государь Александр Александрович, говоря о том, что у России два союзника — армия и военно-морской флот? А из этого вытекают и внутренние уроки.

629

Мы и сами очень постарались, чтобы довести дело до катастрофы! Борьба с собственным правительством во время войны ведёт к хаосу и потере государства. В России говорить: «Зачем нам мощная армия? Давайте сэкономим…», есть катастрофическое заблуждение. Значит, чужие армии будем кормить по полной программе. Опыт Первой мировой также показывает, каким не должно быть поведение элит. Как опасны все эти «маленькие» тайные заговоры, интриги, которые всегда составляются вроде бы из лучших побуждений. Мир быстро меняется, но этот опыт не устаревает.

Важно, чтобы память о героических подвигах и народной жертве была сохранена для потомков, а драматические события Первой мировой — хорошо изучены, поняты народом и помогли бы нам уберечься от будущих ошибок.

Вопросы задавал Сергей Шуляков