Когда 12 сентября 1944 года Родион Малиновский от имени Советского Союза подписал соглашение о перемирии с Румынией, он столкнулся со сложнейшими задачами. Именно Родиону Малиновскому, чей 2-й  Украинский фронт отвечал за освобождение от гитлеровцев большей части Румынии, предстояло включить румынские армии в общее наступление советских войск, наладить взаимодействие с властями государства, которое совсем недавно воевало с Советским Союзом.

Части и соединения румынской армии начали устанавливать контакты со 2-м Украинским фронтом ещё до подписания перемирия, в разгар Ясско-Кишинёвской наступательной операции советских войск. В ночь на 24 августа 1944 года, когда в Бухаресте было низложено прогерманское правительство Йона Антонеску, три румынских пограничных батальона перешли в наступление против немецких войск в Северной Молдове. Получив просьбу румын о помощи, советское командование оказало им поддержку силами 50-го стрелкового корпуса 40-й армии.  В дальнейшем румынские пограничники сражались в составе этого советского корпуса.

26 августа недалеко от Ясс ряд отступивших с фронта подразделений румынской армии вышел на контакт с командованием советской 7-й гвардейской армии. На их основе была создана 103-я румынская горнострелковая дивизия, которая прошла подготовку и действовала в составе гвардейской армии до конца сентября 1944 года.

Хотя эти действия румынских военных и не носили массового характера, они свидетельствовали о кризисе системы управления королевской армией. В те дни генеральный штаб королевства требовал от своих войск отходить с занятых Красной армией приграничных районов страны вглубь Румынии. Новое же правительство этой страны настаивало на приостановке советского наступления, стремясь к созданию вокруг Бухареста и на западе страны зоны, свободной от советской оккупации. Для СССР это требование было неприемлемо, так как, несмотря на формальное объявление войны Германии (25 августа), румынское командование способствовало беспрепятственному выходу немецких войск в Венгрию, Болгарию, Югославию, где готовились новые линии обороны гитлеровцев.

Специальная директива Ставки Верховного главнокомандования предписывала 2-му Украинскому фронту продолжать преследование отступавших немецких войск до их полной ликвидации на территории Румынии. В отношении румынских войск была выработана следующая линия поведения: если соединения и части румынской армии брали на себя обязательство повернуть оружие против гитлеровцев, то следовало сохранять их организационную структуру и вооружение; в обратном случае они подлежали разоружению, а их личный состав направлялся на сборные пункты военнопленных.

Однако немцы не оценили великодушия своих недавних союзников. Гитлер требовал разогнать «предательскую королевскую клику», Бухарест подвергся варварской бомбардировке люфтваффе.  Тем временем, пока основные силы Рейха в Румынии попали в окружение у Ясс и Кишинёва, ключевое значение имела группировка гитлеровцев в районе нефтеносного региона Плоешти. Германское командование держало здесь 25 тыс. солдат и офицеров, значительное количество артиллерии и танков. Плоешти был крупнейшим источником нефти для Германии, а сосредоточенная здесь немецкая группировка напрямую угрожала румынской столице. От Плоешти до Бухареста всего 60 км.

27 августа Родион Малиновский отдал приказ войскам 6-й советской танковой армии нанести удар по Плоешти и двигаться к Бухаресту на помощь румынским войскам, сражающимся с германским гарнизоном. Через два дня в результате упорных боёв административный центр нефтеносного региона был освобождён. Причём проходило это наступление при поддержке частей 18-й румынской пехотной дивизии и 5-го территориального корпуса.

Официальное вступление советских войск в Бухарест состоялось 30 августа. Для этого была сформирована специальная подвижная группа 2-го Украинского фронта. Важную роль в ней играла 1-я румынская добровольческая дивизия имени Тудора Владимиреску. Формирование её началось в 1943 году под Рязанью в Селецких лагерях из числа румынских военнопленных по штатам гвардейской стрелковой дивизии. Боевое крещение румынские добровольцы получили в Ясско-Кишинёвской наступательной операции.

Жители Бухареста, напуганные уличными боями с немцами, благосклонно восприняли приход русских. Однако отношение к румынской добровольческой дивизии в составе Красной армии со стороны румынских властей было враждебным. Раздавались угрозы, что солдат и офицеров дивизии после ухода русских будут судить как изменников родины. Родион Малиновский в связи с этим направил командиру дивизии телеграмму: «Дивизия румын является наиболее боеспособной частью румынского народа и хорошо выполняет боевые задачи. Румынский народ никому не позволит чернить своих героев, преданных своей родине и раньше всех понявших необходимость борьбы за свободу и независимость Румынии. Будьте спокойны, честно деритесь и беспощадно бейте врага…»

Появление советских солдат на улицах румынской столицы имело большое геополитическое значение. Высадка в Бухаресте англо-американского десанта, на который надеялись правящие элиты в Румынии, становилась невозможной. Власти королевства вынуждены были согласиться на передачу под советское командование для дальнейшей борьбы с гитлеровцами 20 из 37 румынских дивизий. 7 сентября 1944 года штаб 2-го Украинского фронта принял в оперативное подчинение 1-ю румынскую армию (5 дивизий), располагавшуюся на западе страны, 4-ю армию (11 дивизий) — на северо-западе и 4-й армейский корпус (4 дивизии) — на юге, а также авиационный корпус (113 исправных самолётов). Во второй пол. сентября советскому командованию были переданы ещё две румынские пехотные дивизии.

Несмотря на внешнюю внушительность румынских подкреплений (в день приёма 20 дивизий насчитывали 138 075 человек), они находились не в лучшем состоянии. Многие подразделения (особенно 4-й армии, переведённой с Восточного фронта) оказались деморализованы. 1-я армия в основном была укомплектована новобранцами, большей частью необученными. Боевые возможности румынских войск ограничивались острой нехваткой личного состава в линейных частях (тыловые части были укомплектованы значительно лучше), слабой артиллерией, почти полным отсутствием танков.

Большие нарекания вызывала тактическая подготовка, система управления частями  и соединениями королевской армии. Командующий 7-й гвардейской армией генерал-майор Михаил Шумилов отмечал, что румынские «офицеры всех степеней в своих решениях и действиях нерешительны, боятся открытых и необеспеченных флангов. Отсутствует смелый манёвр и обход узлов обороны… Наступление ведётся линейно, с постоянной оглядкой на соседа. Офицеры, сержанты и солдаты не проникнуты идеей удержать захваченные рубежи во что бы то ни стало, при любом натиске противника». Родион Малиновский был поражён тем, что личный состав генерального штаба Румынии во время войны работал по твёрдому распорядку дня, равному 8,5 часам. В воскресенье и праздничные дни генштаб и вовсе не работал. Офицеры и генералы после шести месяцев пребывания на фронте могли требовать отпуск независимо от военной обстановки.

Сложнейшей задачей, стоявшей перед командованием 2-го Украинского фронта, было улучшение взаимоотношений между советскими и румынскими военными на низовом уровне. Ведь более трёх лет обе армии воевали друг с другом, румынский режим оккупации в Бессарабии, Приднестровье, в Одессе был не менее жестоким, чем на территориях, находившихся под прямым контролем гитлеровцев. В рядах Красной армии насчитывалось много новобранцев, испытавших все «прелести» румынского владычества. Сказывались и разные социально-политические системы в СССР и Румынии.

Советский поэт-фронтовик Борис Слуцкий вспоминал о случае, который произошёл в одном из румынских городов.  «По улице гуляет румынский полковник с дамой. Мимо, не приветствуя, проходит сержант. Полковник наотмашь дважды бьет сержанта по щекам. На все это глазеет праздная нарядная румынская толпа, фланирующая по улице ради прохладного вечера. Далее темп баллады обостряется. Сержант срывает автомат, и полковник падает, разрезанный надвое очередью. Сержанта сволокли в трибунал, где он получил, кажется, десять лет реального срока — так военюристы называют отсидку в тюрьме, противопоставляя ей «параллельные штрафные роты». Все открыто выражали ему свое сочувствие. Наш солдат резко различает драку — явление обоюдное, и рукоприкладство, мордобой, который всегда предполагает бесправие того, кого бьют. За рукоприкладство бросали за борт офицеров в 1918 году. Во все периоды этой войны наши солдаты реагировали на рукоприкладство болезненнее, чем на другие ущемления».

Этот рассказ показывает не просто конфликтную ситуацию саму по себе, но и жёсткое отношение советской администрации к преступлениям военнослужащих, под каким бы поводом они ни происходили.

В Румынии  был впервые опробован опыт работы советских военных комендатур в условиях иностранного суверенного государства. Специальное постановление Государственного комитета обороны СССР предписывало командованию фронта учреждать комендатуры в каждом уездном и волостном центре, а также наиболее крупных населённых пунктах. Кроме поддержания правопорядка коменданты должны были обеспечить нормальное функционирование торговых и промышленных предприятий, коммунальных учреждений, бесперебойную работу средств связи, контроль над железными дорогами, сбор у населения оружия и боеприпасов. Деятельность комендатур в отношении гражданского населения осуществлялась в основном через местные префектуры (в уездах) и претуры (в волостях и городах). Как и во время екатерининских русско-турецких войн XVIII века, российской (советской) администрации на Дунае пришлось вникать в раскладку реквизиций и закупок на нужды армии. Военные коменданты стремились ограничить злоупотребления местных властей, зачастую перекладывавших основное бремя  снабжения армии на малообеспеченные слои населения. Комендатуры вели борьбу с гитлеровской агентурой в тылу: в 1944 году было задержано более 13 тыс. агентов германских спецслужб и диверсантов.

Коменданты назначались из числа армейских офицеров. Так, советским комендантом Бухареста до декабря 1944 года являлся заместитель начальника штаба 2-го Украинского фронта генерал-майор Иван Буренин (с сохранением должности в штабе). Помимо решения военно-административных и хозяйственных вопросов ему пришлось заниматься и дипломатией. Из района Плоешти была организована эвакуация группы американских военнопленных — лётчиков. Столичный комендант участвовал в официальных мероприятиях, устраиваемых королевским двором, поддерживал контакты с русской диаспорой. В провинции военные коменданты организовывали ремонт электростанций, дорог, колодцев и даже уборку урожая. На командовании фронта лежала ответственность за подбор кандидатур комендантов, руководство их  деятельностью.

Важным военно-политическим органом под главенством Родиона Малиновского стала Союзная контрольная комиссия в Румынии (СКК). Комиссия действовала от имени трёх союзных держав — основных участниц Антигитлеровской коалиции. Целью СКК был контроль над выполнением Румынией условий перемирия с коалицией. Штаб СКК включал в себя группу при политическом советнике, административный, экономический, военный, военно-морской, военно-воздушный и другие отделы. В уездах, портах и крупных городах находились уполномоченные СКК, при каждом из которых имелся аппарат из 5–7 человек. СКК регулярно ставила перед румынскими властями вопросы о повышении боеспособности румынских войск, преследовании румынских чиновников и военных, причастных к злодеяниям гитлеровцев.

Для координации действий советских и румынских войск при штабе 2-го Украинского фронта и штабах армий были созданы оперативные группы, а также введён институт офицеров связи. Советское командование взяло на себя ряд вопросов снабжения подчинённых румынских войск. Начальник генштаба Румынии Георге Михаил в переписке прямо признавал, что боеспособность королевской армии зависит от помощи советского командования. Речь шла о поставках прежде всего вооружения, хотя румынские союзники не стеснялись просить о помощи даже в таких щепетильных вещах, как бельё для солдат.

Директива Верховного главнокомандования фронту Родиона Малиновского от 29 августа 1944 года ставила задачу по выходу войск на границы Болгарии и Югославии, а к сер. сентября — преодоление Восточных Карпат и вступление в восточные районы Трансильвании. Однако 5 и 6 сентября крупные силы германских и венгерских войск начали вторжение на территорию Румынии на северо-западе и западе страны. Их основной целью  было овладение перевалами в Южных Карпатах для затруднения наступления антигитлеровских сил на Венгрию. Немцы также стремились установить контроль над транзитными дорогами на западе Румынии (в районе города Тимишоара) для облегчения отвода войск с Балканского полуострова.

Имея превосходство в артиллерии, танках и авиации, немецко-венгерские силы быстро оттеснили румынские армии от границы. 4-я румынская армия в районе Клужа оказалась не готова к обороне и в первые дни боёв отошла на расстояние до 55 км. Отступила и 1-я румынская армия, оставив города Арад, Беюш, Инеу, угроза нависла над Тимишоарой — третьим по величине городом страны. В этих условиях войска 2-го Украинского фронта получили приказ двигаться форсированным маршем на помощь новоиспечённым союзникам. Соединения 27-й армии и 6-й танковой армии повернули резко на север и устремились на помощь 4-й  румынской армии, а войска 53-й армии и 18-го танкового корпуса направились на запад для спасения 1-й армии королевства. В Восточных Карпатах нажим на венгров и немцев усилили 40-я и 7-я гвардейская армии. Наступление поддерживала 5-я воздушная армия, в составе которой уже действовал румынский авиационный корпус.

В ходе этого сентябрьского броска 2-го Украинского фронта Родион Малиновский блестяще подтвердил реноме «генерала — вперёд». Наступление шло в сложных условиях горно-лесистой местности, на широком фронте (около 1000 км по переднему краю), по ограниченному количеству дорог, под ударами вражеской авиации, в условиях паралича румынской транспортной системы, большой удалённости от баз снабжения, оставшихся на территории СССР. Тем не менее, пройдя в сжатые сроки в экстремальных условиях 300–500 км, советские войска успели выдвинуться на заданные рубежи к решающему моменту приграничных сражений. Немецкие и венгерские войска были остановлены, а затем отброшены на исходные позиции.

Именно в этот период удалось реализовать тактику, когда румынские армии не получали самостоятельных боевых полос, а действовали в полосах советских армий. Чаще всего румынские соединения вели бои, находясь на флангах. Данный тип взаимодействия определялся слабым вооружением румын, опасениями в надёжности частей королевской армии, где ещё присутствовали профашистские элементы, необходимостью осуществления решительных действий в ходе тяжёлых боёв в Карпатах.

Особо ожесточённые бои развернулись в районе города Арада, где в схватку вступили части 53-й армии и 18-го танкового корпуса. Советские и румынские войска на этом участке подверглись 47 атакам и девяти контратакам. Обходным манёвром советские танкисты разгромили противника к северу от занятого гитлеровцами румынского города. 22 сентября частями 57-го стрелкового корпуса город был освобождён. Здесь же советско-румынские силы впервые пересекли государственную границу Венгрии.

Быстрое прибытие на линию фронта советских войск стало неожиданным для противника, повысило устойчивость румынских войск, позволило перейти им в наступление. Так, в боях за город Беюш 3-я горнострелковая дивизия румын была поддержана всей артиллерией и реактивными миномётами 337-й стрелковой дивизии. Совместными усилиями город на северо-западе Румынии удалось очистить от гитлеровцев.

Планы Германии и Венгрии превратить Южные Карпаты в мощный рубеж обороны оказались сорваны, а над карпатской группировкой противника нависла угроза флангового удара. К концу сентября 1944 года вся территория Румынского королевства (в границах нач. 1941 года) была освобождена от немецко-венгерских войск. В ходе сентябрьских боёв противник лишился более 100 тыс. человек убитыми, более 18 тыс. человек были взяты в плен. 2-й Украинский фронт потерял около 60 тыс. человек убитыми и ранеными, румынские войска — свыше 16 тыс. человек убитыми и ранеными.

Бухарестско-Арадская операция стала успешным продолжением Ясско-Кишинёвского триумфа, за который Родион Малиновский удостоился маршальской звезды. Военно-политические события, развернувшиеся в Румынии в августе-сентябре 1944 года, подтвердили правильность выбора, сделанного при назначении Малиновского командующим 2-м Украинским фронтом в преддверии боёв за Румынию. На Дунае и в Карпатах был востребован его яркий полководческий талант в проведении наступательных операций. Немаловажным явилось хорошее знание Малиновским театра военных действий, знакомство с местным населением, поскольку он начинал войну в Бессарабии, владел близкими румынскому языками романской группы (французским и испанским). Занять Яссы и Бухарест должен был военачальник, который подобно Петру Румянцеву в XVIII веке мог справиться с неординарными дипломатическими и административными задачами, был способен даже в условиях напряжённых боевых действий поддерживать нормальные отношения с местными властями, населением, союзными военными миссиями при СКК. Вероятно, учитывалось и то, что в отличие от многих своих коллег Малиновский подолгу бывал в странах Европы (во Франции и Испании), был готов к встрече с «капиталистическими порядками», понимал, что их необходимо учитывать в организации жизни войск, ведении боевых действий. Для руководства румынским военным контингентом как нельзя лучше подходил демократичный стиль руководства Малиновского, тактичное отношение к подчинённым, бережное отношение к людским ресурсам.

В составе 2-го Украинского фронта румынские военнослужащие прошли через кровопролитные сражения в Венгрии, освобождали Чехословакию. Общие потери румынских армий с 23 августа 1944 года до конца войны составили 167 525 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. По признанию советского командования, за это время существенно возросло боевое мастерство многих частей и соединений румынских войск. Большой вклад в повышение их боеспособности внёс маршал Малиновский. В феврале 1945 года им была издана специальная директива, посвящённая анализу деятельности 1-й румынской армии в Чехословакии. В директиве содержались практические указания по работе командного состава, изменению тактических построений дивизий и армий в ходе наступательных операций, совершенствованию действий артиллерии, управлению войсками на поле боя.

За заслуги по освобождению Румынии, развитию её вооружённых сил Родион Малиновский удостоился сразу трёх степеней высшей военной награды этой страны — ордена «Защита Отечества».


Игорь ИВАНЕНКО,
кандидат политических наук