Сложившаяся система международной экономики несправедлива, ведь она подчинена захватнической логике наживы.

Для понимания того, каким образом устроены «финансовые пирамиды», следует иметь в виду, что «рыночная экономика» как на уровне отдельного государства, так и в масштабах всего мира представляет собой постоянно совершающиеся акты неэквивалентного обмена товарами, услугами, активами. Образно выражаясь, в «экономике» имеют место «несбалансированные метаболические процессы».

Что такое «эквивалентный» и «неэквивалентный» обмен, сказать не всегда просто. Для того, чтобы дать полное и исчерпывающее определение понятия «неэквивалентный обмен», необходимо предварительно раскрыть такие фундаментальные понятия хозяйственной жизни, как «стоимость», «цена», «ценность», «эксплуатация» и т.п. Мы не собираемся сейчас слишком погружаться в раскрытие этих сложнейших и в то же время ключевых понятий, над тайной которых уже более трех столетий бьются «профессиональные экономисты», начиная от «меркантилистов», «физиократов» и представителей классической буржуазной политической экономии (в лице В. Пети, А. Смита и других).

image-20150207-28608-1hn3yoy
К. Маркс и Ф. Энгельс

Коротко скажем лишь следующее. Сегодня появляется все больше публикаций, в которых оспаривается считавшееся ранее неоспоримым мнение, что стоимость – категория объективная, не зависящая от мнений, культуры, этики людей, вступающих в экономические отношения. Нам на лекциях по политической экономии в свое время говорили, что экономика стала наукой тогда, когда удалось объяснить, что такое «стоимость». А удалось это якобы Карлу Марксу, который создал трудовую теорию стоимости. Главный тезис этой теории: стоимость товара (услуги) определяется общественно необходимыми затратами труда на производство товара (услуги). Этот тезис был возведен в ранг закона (закона стоимости), не зависящего от субъективных устремлений и наклонностей участников экономических отношений.

Впрочем, с Марксом спорили другие экономисты, которые предлагали альтернативные теории стоимости. Среди них наиболее известна теория предельной стоимости австрийца Бем-Баверка. Он полагал, что в основе стоимости товара лежат не затраты труда, а полезность, причем полезность «предельная», та, которой обладает последняя единица предлагаемого на рынке товара (или иного блага).

Adam_Smith_statue
Памятник А. Смиту

Еще можно назвать теорию энергетической стоимости, созданную нашим соотечественником С.А. Подолинским в конце XIX века. По его мнению, в основе стоимости товара лежит физическая энергия (механическая, тепловая, электрическая и т.д.), затраченная на производство товара.

В большинстве современных учебников по экономике («экономикс») вопрос о природе стоимости вообще обходится стороной. Авторы таких учебников понятие «стоимость» считают синонимом «цены». Отождествление понятий «стоимость», «цена», «ценность», «полезность» в современной экономической литературе свидетельствует о том, что происходит все большая примитивизация и вульгаризация представлений о том, что такое «экономика».

«Рыночная экономика» — это такая организация общества, при которой один участник рынка пытается «переиграть» другого, используя обман, силу и иные не вполне благочестивые методы. И заработать на этом прибыль, непременно прибыль! «Профессиональные экономисты» говорят, что это очень даже здорово, так как при такой конкуренции раскрывается мощная энергия отдельных участников, которая становится «двигателем прогресса». При этом справедливость и эквивалентность обмена якобы не нарушаются, так как встречные устремления отдельных участников («игроков») рынка взаимно нейтрализуются. Однако, как мы выше отмечали, в «рыночной экономике» нет ни справедливости, ни эквивалентности обмена. А неэквивалентный обмен – это, во-первых, эксплуатация одного человека другим, а во-вторых – опасная имущественная поляризация всего общества.

RoyalExchangeThomasBowles1751
Королевская биржа в Лондоне

Вот что пишет несправедливости и неэквивалентности обмена в условиях «рыночной экономики» Николай Сомин:
«…большой капитал – явное преимущество, которое его обладатель на полную катушку использует. В результате прибыль в рыночной экономике распределяется по капиталу, т.е. по собственности. Ох, недаром Прудон восклицал: «собственность есть кража!».

И в этом главный парадокс рыночной экономики: товар создается только трудом, но прибыль распределяется не по труду. Драма рынка в том, что он – злостный нарушитель справедливости. И понятно почему. Рынок – это совокупность конкурирующих между собой игроков, каждый из которых стремится максимизировать свою выгоду. Поэтому в этой конкурентной борьбе используются любые конкурентные преимущества. Можно обмануть, можно поставить контрагента в стесненные условия, можно использовать его затруднения или его беззащитность. В результате рыночные сделки становятся неэквивалентными. Вот суть дела. Причем это верно не только для отдельных покупателей или наемных рабочих, но и для целых предприятий или даже целых стран. На рынке сильный грабит слабого, богатый – бедного.

Рынок имеет две «невидимые руки». Одна – смитовская – хорошо известна. Она выставляется напоказ, дабы продемонстрировать мудрость рынка. Эта рука регулирует спрос и предложение, обеспечивая рынку устойчивость. Но есть и другая рука, рука грабителя, который, пользуясь своей силой, отнимает у слабого. Но богатство и есть сила в экономическом смысле. Поэтому вторая рука богатого делает еще богаче, а бедного еще беднее. Об этой руке стараются помалкивать. Правда, все государства делают огромные усилия, чтобы удержать эту руку – издают антимонопольные законы, вводят прогрессивный налог и пр., пр. Но ничего не получается, ибо механизмы рынка – сила и обман (выделено мной – В.К.). Уберите их, сделайте рынок абсолютно свободным, и тогда он зачахнет, ибо тогда, как остроумно заметил В. Краснов, станет все равно – купить на рынке или сделать самому (здесь Н. Сомин имеет в виду В.П. Краснова, автора книги «Теории товарного производства и классовой борьбы за пределами догм». – Ростов н/Д, 2001 – В.К.).

gallery_19_1340_183257

Ужас рынка в том, что откровенный эксплуататор и обманщик в нем получает преимущество. А наиболее моральному на рынке труднее всех. В результате эксплуатация становится необходимой даже для предпринимателей этого не желающих. Ведь если не будешь максимизировать свою прибыль, то тебя съедят конкуренты. Поэтому волей неволей – приходится. Ведь за счет чего конкурировать с мастерами эксплуатации? Так что всем предпринимателям приходится недодавать зарплату наемному персоналу.

В этом – трагедия моральных участников рынка. Каждый решает ее по-своему. Один принимает бесчеловечную мораль рынка и становится «акулой капитализма». Другой вообще уходит из бизнеса. Третий решает, что прибыль он будет использовать не для себя, а на общество. Однако, что полезно обществу – решает сам предприниматель, решает субъективно, а ведь благими намерениями выложена дорога в ад. Четвертый убеждается, что кроме изменения этого несправедливого строя никакого другого выхода нет».

Мы вправе поставить перед обществом задачу – прояснить механизмы перераспределения богатства в масштабах мирового хозяйства. И для первого шага нам достаточно выявить определенные тренды, которые косвенно свидетельствуют о неэквивалентности обмена между странами. В течение достаточно длительных периодов времени наблюдаются четко выраженные тенденции изменения количественных пропорций обмена одних товаров (услуг) на другие товары (услуги). Это факт доказанный, фиксируемый внешнеторговой статистикой. Он бросается в глаза даже тем, кто не относится к касте «профессиональных экономистов»