KNВасилий Верещагин. Наполеон перед Москвой в ожидании бояр. 1891–1892 

Выдающийся русский художник-баталист посвятил целый цикл полотен событиям 1812 года. На этой картине художник перенёсся во 2 сентября, когда французский император на Поклонной горе ждал ключей от Первопрестольной. В тумане и в дыму виднеются башни и купола древней Москвы. Великая армия Наполеона ликует. Близка столица покорённой державы, близка богатая добыча… После небольших русских городов, которые повидала французская армия, Москва поражала размахом. Генерал Филипп-Поль де Сегюр вспоминал: «Эта столица, справедливо называемая поэтами «Златоглавая Москва», представляла обширное и странное собрание 295 церквей, 150 дворцов с их садами и флигелями. Каменные дворцы, чередовавшиеся с деревянными домиками и даже хижинами, были разбросаны на пространстве нескольких квадратных миль, на неровной почве. Дома группировались вокруг возвышенной треугольной крепости, окруженной широкой двойной оградой, имеющей около полумили в окружности.

Внутри одной ограды находились многочисленные дворцы и церкви и пустые, вымощенные мелким камнем пространства; внутри другой заключался обширный базар — это был город купцов, где были собраны богатства четырех частей света».

Сам корсиканец вглядывается в очертания Москвы не без тревоги. Возможно, провидит своё недалёкое будущее. Он имел смутные представления о русской истории и ждал московских бояр с хлебом-солью. Не дождался. На Поклонную гору явилась только депутация московских французов с просьбой защитить их от мародёрства… Более двух часов потерял французский император на Поклонной горе, так и не поняв: почему же русские не принесли ему ключей от своего города?

Этот день задолго до Василия Верещагина был воспет Александром Пушкиным. Эти стихи художник, конечно, знал:

Напрасно ждал Наполеон,
Последним счастьем упоенный,
Москвы коленопреклоненной
С ключами старого Кремля:
Нет, не пошла Москва моя
К нему с повинной головою.
Не праздник, не приемный дар,
Она готовила пожар
Нетерпеливому герою.
Отселе, в думу погружён,
Глядел на грозный пламень он.