К 110-летию Леонида Мельникова

Л.Г.Мельников
Л.Г. Мельников

В октябре 1949 года около четырёх часов утра в квартире начальника спецслужбы разведки и диверсий при МГБ СССР генерал-лейтенанта Павла Судоплатова раздался телефонный звонок. В трубке послышался требовательный и, как всегда, уверенный голос министра госбезопасности генерал-полковника Виктора Абакумова:

— В десять будьте готовы для выполнения срочного задания. Вылет из Внукова.

В аэропорту уже ждал заместитель Абакумова генерал-лейтенант Николай Селивановский. По дороге он рассказал, что во Львове бандеровцы зарубили известного украинского писателя-антифашиста Ярослава Галана, разоблачавшего связи украинских иерархов униатской церкви с гитлеровцами и Ватиканом, нанеся ему 11 ударов гуцульским топором прямо в его рабочем кабинете. Сталин потребовал срочно разыскать главарей бандеровского подполья на Западной Украине и ликвидировать их.

Во Львове чекисты сразу же попали на партактив, который проводил первый секретарь ЦК Компартии Украины Никита Хрущёв. Он был явно не в духе: над ним висела угроза сталинской опалы из-за того, что не удалось положить конец разгулу бандитизма на Западной Украине. В безапелляционном тоне Хрущёв потребовал ввести для жителей Западной Украины особые паспорта и мобилизовать молодёжь на работу в Донбасс и учёбу в фабрично-заводские училища Восточной Украины. Обсуждалась также возможность проведения общевойсковой операции.

Однако второй секретарь ЦК Компартии Украины Леонид Мельников резонно заметил, что подобные меры лишь ещё больше озлобят местное население, а Судоплатов предположил, что молодёжь, уклоняясь от насильственной высылки, наверняка уйдёт в леса и вольётся в ряды вооружённых бандформирований. Так оно и вышло: после объявленной в начале 1950 года амнистии среди 8 тыс. сдавших оружие бандитов большинство составляли молодые люди, бежавшие из дома в банды, после того как прослышали насчёт принудительного труда на шахтах Донбасса.

Узнав обо всём этом, Сталин 18 декабря 1949 года снял Хрущёва с поста руководителя Украины и вернул на должность первого секретаря Московского обкома, которую тот занимал в 1935–1938 годах. Первым секретарём ЦК Компартии Украины вместо него  назначили 43-летнего Леонида Мельникова.

Нужно сказать, что Мельников не был новичком в вопросах вооружённой борьбы. В 1941 году, работая вторым секретарём Донецкого (тогда Сталинского) обкома партии, он занимался организацией подпольной работы на оккупированной территории Горловского района, используя связи с подпольщиками в Енакиево, сёлах Зайцево и Байрак, на станции Никитовка. По предложению Мельникова секретарём Сталинского подпольного обкома партии утвердили Семёна Щетинина, перешедшего в ноябре 1941 года линию фронта и в Луганске (тогда Ворошиловграде) встретившегося с Мельниковым, с которым он согласовал подпольные действия. На обратном пути в Горловку Щетинин установил связь с людьми Судоплатова, возглавившего в НКВД СССР всю зафронтовую разведывательно-диверсионную работу. Сам Леонид Георгиевич Мельников помимо пяти орденов Ленина и многих других орденов и медалей был награждён медалью «Партизану Отечественной войны I степени».

В 1950 году руководителем ОУН(б) и главнокомандующим Украинской повстанческой армией (УПА) в Западной Украине являлся заместитель командира специальбатальона абвера «Нахтигаль» Роман Шухевич. В своих воззваниях к населению он требовал: «Не запугивать, а истреблять! Не надо бояться, что люди проклянут нас за жестокость. Пусть из 40 миллионов украинского населения останется половина — ничего ужасного в этом нет». Поэтому Мельников предложил активизировать работу местных партийных и общественных организаций с целью убедить население пойти на компромисс с Советской властью и не участвовать в убийствах. Этим путём удалось выйти на родственников влиятельных участников бандеровского движения с предложением как можно быстрее закончить войну и вернуть людей к нормальной жизни. Они указали места, где мог скрываться Шухевич. В результате проведённой группой Судоплатова спецоперации при поддержке местного населения Шухевича убили.

Штаб-квартиры ОУН в Лондоне и Мюнхене, не зная о смерти Шухевича, но обеспокоенные отсутствием радиосвязи с ним, решили направить на Украину начальника оуновской службы безопасности Мирона Матвиейко. В мае 1951 года эмиссары Степана Бандеры, сброшенные с английского самолёта в районе Ровно, были арестованы на явочной квартире заместителем начальника 2-го Главного управления (контрразведка) МГБ СССР генерал-лейтенантом Леонидом Райхманом. Матвиейко доставили в Москву, где его допросили лично министр госбезопасности Виктор Абакумов и его заместитель генерал-майор Евгений Питовранов в присутствии Павла Судоплатова, выполнявшего роль переводчика, поскольку Матвиейко говорил только на западноукраинском диалекте. С разрешения Абакумова Судоплатов позвонил Мельникову, попросил принять Матвиейко в Киеве и показать ему, что Украина, и в частности Западная Украина, — это не оккупированная русскими территория, а свободные земли, где живут свободные люди. Матвиейко был настолько потрясён увиденным, что выступил на устроенной украинским руководством пресс-конференции с осуждением бандеровского движения и призвал эмиграцию и вооружённое подполье на Украине к примирению с Советской властью. Так что с бандеровцами разобрались без Хрущёва.

Тем временем на Украине  собрали небывалый урожай пшеницы. Мельникову позвонил секретарь Сталина Александр Поскрёбышев:

— Не могли бы вы приехать и доложить товарищу Сталину лично?

Доклад начался с того, что ещё зимой был проведён актив с работниками села, на котором они поставили перед Мельниковым вопрос о том, чтобы разрешить им сеять то, что сеяли их отцы и деды, и получили его согласие.

— А что же сеяли до этого на чернозёмах Украины? — поинтересовался Сталин. Ему рассказали, что большая часть земель была занята различными техническими культурами, включая кукурузу и кок-сагыз, из которого получают каучук.

— Какой же дурак придумал занимать чернозёмы Украины под эти культуры? — спросил Сталин. До Мельникова первым секретарём ЦК КП(б)У являлся Хрущёв. Поэтому, как рассказывал сам Леонид Георгиевич, ему ничего не оставалось, как указать пальцем на Никиту Сергеевича.

Хрущёв получил от Сталина хорошую взбучку. И, лишь вышли из кабинета, Хрущёв сказал Мельникову: «Я тебе этого по гроб не забуду».

М.П.Васильчук, П.А.Пономарев, В.В.Небелица, Л.Г.Мельников, В.И.Дегтярев, г.Дзержинск (1979)
М.П. Васильчук, П.А. Пономарёв, В.В. Небелица, Л.Г. Мельников, В.И. Дегтярёв, г. Дзержинск, 1979

Впервые они встретились ещё в 1938 году, когда Хрущёва назначили первым секретарём ЦК КП(б)У,  и он вместе с наркомом внутренних дел Иваном Серовым преследовал украинскую интеллигенцию, арестовав не менее 150 тыс. членов партии. В том же году горного инженера Мельникова, выпускника Донецкого индустриального института, направили на работу в Донецкий (Сталинский) обком партии, первым секретарём которого тогда был Александр Щербаков, выпускник Института красной профессуры, с 1934 года по предложению Сталина, доверявшего Щербакову безгранично, являвшийся одновременно первым секретарём Союза писателей. По воспоминаниям Марата Васильчука, который с 1979 года работал первым заместителем Мельникова, после докладов Щербаков нередко задавал вопрос:

— А что вы вчера прочитали?

Обычно Мельников отвечал ему, что прочитал много документов, поступивших в обком, на что Щербаков говорил:

— А что вы прочитали из художественной литературы?

Как-то при встрече с Щербаковым Хрущёв высказался, что вот раньше были книжки ценой в одну копейку, на что потом Щербаков заметил Мельникову:

— Хрущёв прочёл две книжки по копейке и считает себя грамотным…

Эти слова Щербакова, по-видимому, дошли до Хрущёва и отразились на их взаимоотношениях. И, хотя Щербаков являлся организатором обороны Москвы, генерал-полковником, начальником Главного политуправления Красной армии, руководителем Совинформбюро, главным идеологом страны, умер он при загадочных обстоятельствах 10 мая 1945 года в возрасте 44 лет. Позднее в рамках «дела врачей» опубликовали сведения, что ему назначали не те сердечные препараты…

Названному в 1946 году именем Щербакова г. Рыбинску в 1957 году по инициативе Хрущёва возвратили старое название. А при Михаиле Горбачёве станция метро «Щербаковская» была переименована в «Алексеевскую».

В 1942 году Мельников и Хрущёв встретились под Сталинградом. Собственно, немцы там и появились во многом благодаря Хрущёву, который, будучи членом Военного совета Юго-Западного фронта, оказавшегося в Харьковском котле, докладывал в Ставку ВГК, что угроза со стороны немецкой группы армий «Юг» преувеличена. В результате к 26 мая окружённые части Красной армии оказались полностью заперты, потеряв 270 тыс. человек, в том числе заместителя командующего Юго-Западным фронтом генерал-лейтенанта Фёдора Костенко, командующего 6-й армией генерал-лейтенанта Авксентия Городнянского, командующего 57-й армией генерал-лейтенанта Кузьму Подласа, командующего армейской группой генерал-майора Леонида Бобкина и ещё ряд генералов, командовавших дивизиями.

Из-за катастрофы под Харьковом стало возможным стремительное продвижение немцев на Воронеж и Ростов-на-Дону с последующим выходом к Волге и на Кавказ (операция Fall Blau). Советские войска в громадных пустынных степях смогли оказать лишь слабое сопротивление, а потом и вовсе начали стекаться на восток в полнейшем беспорядке. 12 июля был создан Сталинградский фронт, членом Военного совета которого стал всё тот же Хрущёв, а 28 июля Сталин подписал знаменитый приказ № 227 «Ни шагу назад!».

27 августа 1942 года на базе 8-й резервной армии в резерве Ставки ВГК сформировали 66-ю армию под командованием генерал-лейтенанта Родиона Малиновского. Членом Военного совета армии назначили Леонида Мельникова. 30 сентября 1942 года 66-я армия была включена в состав Сталинградского фронта, действуя севернее Сталинграда. Во взаимодействии с другими войсками фронта 66-я армия сковала значительную часть сил 6-й немецкой армии Паулюса и тем самым ослабила её ударную группировку, наступавшую непосредственно на Сталинград.

Р.Я.Малиновский, Л.Г.Мельников, Д.С.Коротченко (Киев)
Р.Я. Малиновский, Л.Г. Мельников, Д.С. Коротченко, г. Киев

О том, что произошло дальше, рассказал приёмный сын Сталина Артём Сергеев, также участник обороны Сталинграда:

«Звонят и говорят, чтобы Мельников летел в Москву. Идет Сталинградская битва, он — член Военного совета армии — отмахивается: «Подождут!» . Опять вызывают — он не реагирует. Потом следует приказ Сталина: «Быть тогда-то!» . Делать нечего — в самолет (Малиновский, провожая в Москву, дал ему перчатки и бутылку коньяка, чтобы не замёрзнуть в военном самолёте.  — А.В.). Сталин говорит: «Необходим уголь (для выплавки стали после утраты Донбасса. — А.В.). Нужно ехать в Караганду и удвоить его добычу»И направляет Мельникова первым секретарём Карагандинского обкома партии. Мельников спрашивает: «А как же я буду со всеми разговаривать, убеждать, не зная языка?». Сталин дал рекомендации: «Пойдите на рынок, найдите старого акына, который там песни поет. Это не песни в нашем понимании — это песни о текущей жизни. Он всё подскажет и поможет». Мельников, приехав в Караганду, нашел акына, причем случайного, и рассказывает мне: «Я никогда не думал, что может быть такой результат». Позже, когда добыча угля была удвоена согласно приказу, Мельников представляет этого акына к ордену Ленина. Оказывается, он пел на 300-летии дома Романовых. И за это ему дали пять рублей. «А когда я пел для советской власти, то получил золотой орден самого Ленина!» Сталин прекрасно понимал национальные особенности каждого народа. «Акын, — говорил Мельников, — очень помог. Какие вопросы надо было решать, я ему говорю о них, он шел на базар и пел. В песне рассказывал и призывал, убеждал в том, что это — нужное дело, и таким образом мобилизовывал людей на выполнение поставленной задачи».

Вместе с Мельниковым в Караганду выехал и заместитель наркома угольной промышленности Егор Абакумов. Изучив обстановку, Мельников и Абакумов приехали на доклад к Сталину и предложили в кратчайший срок освоить Фёдоровское месторождение открытым способом, запросив для этого 400 студебеккеров, несколько иностранных экскаваторов, отозвать с фронта шахтёров и установить им гвардейский паёк. Все вопросы были решены, но по поводу гвардейского пайка Сталин сказал Абакумову:

— Егор, ты так споишь весь народ в России, — на что тот ответил:

— Товарищ Сталин, в России не пьёт только тот, что стоит на колоннаде Большого театра и голый управляет лошадьми.

Сталин рассмеялся и сказал:

— Уморил ты меня, Егор! — но паёк шахтёрам был установлен.

После освобождения Донбасса Мельникова по решению ЦК ВКП(б) в феврале 1944 года направляют на его восстановление. Он возвращается в разрушенный немцами Донбасс и сразу же начинает возрождать шахты, заводы, фабрики, электростанции и сельское хозяйство. Учёные до сих пор считают проведённую откачку воды из затопленных выработок одним из величайших достижений инженерной мысли. Прямолинейный и честный, чуждый угодничеству и несправедливости, уравновешенный и рассудительный, Мельников всегда быстро адаптировался к любому коллективу и любым обстоятельствам. Он был прост в общении, и его простота выглядела естественной, являясь следствием внутренней культуры, выражающейся в уважительном отношении к людям, особенно шахтёрам.

Руководители Украины, 1951
Руководители Украины, 1951

В 1952 году на XIX съезде партии Мельникова избрали членом ЦК КПСС, а на октябрьском Пленуме ЦК КПСС — членом Президиума (Политбюро) ЦК КПСС. На первом заседании Президиума, как он вспоминал, Сталин ходил по кабинету и говорил, что ему в составе Президиума не нужны те, кто будет лишь слушать и кивать, а нужны такие работники, чтобы высказывали свою позицию, и на этой основе вырабатывались правильные решения.

После смерти Сталина 5 марта 1953 года Мельников возглавил комиссию по определению личных вещей Сталина. Как он рассказывал Марату Васильчуку, весь объём личных вещей вместился в один мешок: это мундир генералиссимуса, несколько пар белья, сапоги. Зато имелась грандиозная библиотека, причём почти все книги — с карандашными пометками.

26 мая 1953 года постановлением Президиума ЦК КПСС «Вопросы западных областей Украинской ССР», принятым по докладной записке министра внутренних дел СССР Лаврентия Берия, Мельникова сняли с поста первого секретаря ЦК Компартии Украины за «искривление» национальной политики в том смысле, что в руководящем партийно-советском активе западные украинцы составляли меньшинство, а преподавание большинства дисциплин в вузах Западной Украины велось на русском языке. 26 июня был смещён и арестован и сам Берия. За ним последовали его ближайшие соратники.

Леонид Мельников избежал ареста, покинув Киев в автомобиле как в шпионском триллере, и с помощью Вячеслава Молотова перебрался в Румынию послом. Как отмечал первый заместитель председателя КГБ СССР Филипп Бобков,  тоже, кстати, донбассовец: «В отличие от других республик, Украина, с точки зрения обмена кадров, отныне оставалась закрытой для Москвы, тогда как из Киева, Днепропетровска и других украинских городов на работу в Москву прибывали руководители различных рангов. Украина же россиян к себе почти не принимала». За этим стоят более глубокие процессы формирования новых элит, в конечном счёте и приведшие к развалу СССР.

В Румынии у Мельникова сложились хорошие отношения с лидером страны Георге Георгиу-Дежом, который также весьма настороженно относился к проводимым Хрущёвым реформам. Румынский лидер даже установил Мельникову прямой телефон, что вызвало недовольство Молотова. Хотя Молотов и сам охотно приглашал Мельникова к себе, находясь на отдыхе. Однажды, зайдя в номер Молотова, Мельников увидел у него на столе четыре стопы исписанной бумаги. На вопрос Мельникова, о чём пишет Вячеслав Михайлович, Молотов ответил, что пишет для молодёжи о том, как строили Советскую власть и социализм в России:

— Отдам в Центральный Комитет партии, пусть они решают, публиковать или нет.

Судя по тому, что мемуаров этих пока никто не видел, решение до сих пор не принято…

В 1957 году Мельникова перевели в Казахстан, причём Хрущёв несколько раз демонстративно понижал его в должности, заявляя во время своих наездов туда, что не возьмёт Мельникова в Москву даже дворником.

Однако сработало правило бумеранга. 14 октября 1964 года Пленум ЦК КПСС освободил самого Хрущёва, заведшего страну в тупик, от должности первого секретаря ЦК «по состоянию здоровья». На следующий день Указом Президиума Верховного Совета СССР Хрущёва освободили от должности главы советского правительства.

Н.С.Хрущев и Л.Г.Мельников, Сталино, 1946
Н.С. Хрущёв и Л.Г. Мельников, г. Сталино, 1946

По словам Марата Васильчука, бывший председатель КГБ СССР Владимир Семичастный, который в 1943–1946 годах работал первым секретарём Сталинского (Донецкого) обкома комсомола, а в 1946–1950 годах — первым секретарём ЦК ЛКСМ Украины, рассказывал ему, как на докладе у Леонида Брежнева высказал мысль о том, что надо Мельникова возвращать в Москву, и через два дня Леонид Георгиевич находился уже в Москве, вначале в должности председателя Госгортехнадзора РСФСР, а с 1966 года — председателя Государственного комитета по надзору за безопасным ведением работ в промышленности и горному надзору.

1
Статс-секретарь — зам. председателя Ростехнадзора А.Л.  Рыбас, бывший председатель Госгортехнадзора СССР — Ростехнадзора М.П. Васильчук, А.Ю. Ведяев на Новодевичьем в день памяти Мельникова (2016)

Как отмечает Марат Васильчук, с 1979 года работавший первым заместителем Мельникова, Леонид Георгиевич был человеком величайшей скромности. Он никогда не использовал своих старых связей. При этом часто вспоминал свой период работы первым секретарём ЦК Компартии Украины, когда во время уборочной выезжал в области. Тогда не были приняты обеды в ресторанах, и Леонид Брежнев всегда принимал его у себя на квартире, и Мельников расхваливал вареники, которые готовила мать Леонида Ильича.

В последующем коллеги не раз пытались уговорить Мельникова позвонить Брежневу для решения того или иного вопроса. Но он этого никогда не делал.

Леонид Мельников скончался 16 апреля 1981 года. Марат Васильчук попытался связаться по поводу организации похорон с председателем Совета Министров СССР Николаем Тихоновым, но в итоге позвонил в ЦК КПСС заместителю заведующего отделом тяжёлой промышленности Ивану Ястребову, который сразу сказал: «Мельников — человек партии, и хоронить его будем на Новодевичьем кладбище». Через 30 мин. фельдъегерь привёз в комитет решение секретариата ЦК, подписанное Константином Черненко.

На другой день в газете «Правда» опубликовали некролог о смерти Леонида Мельникова, подписанный Леонидом Ильичом Брежневым и другими руководителями партии и правительства. Ушёл из жизни благородной души человек, который умел делать добро людям.


Андрей ВЕДЯЕВ

Автор выражает признательность за помощь в работе над статьёй Марату Петровичу Васильчуку — легендарному шахтёру, руководителю крупнейших объединений Донбасса, первому заместителю председателя Госгортехнадзора СССР, председателю Ростехнадзора.