В России начинается Год кино. «Историк» предлагает вспомнить, как представляли историю нашей страны отечественные кинематографисты. Сегодня мы поговорим о фильмах, вышедших на экраны до 1953 года.

«Броненосец «Потёмкин»» (1925)

Броненосец «Потемкин» (1925)

Это был мировой прорыв советского искусства. Сергей Эйзенштейн впечатлял даже ненавистников революции: столь убедительным явилось воплощение его художественного замысла.

Даже Геббельс признавал картину «бесподобной». История 1905 года через двадцать лет воспринималась как героический пролог к Октябрю.

История броненосца должна была стать лишь одним из эпизодов фильма о революции 1905 года.

Но тема захватила Эйзенштейна, он понял, что броненосец можно превратить в символ новой эпохи и это подействует сильнее, чем обзор событий двадцатилетней давности.

Изначально в прологе фильма возникали слова Льва Троцкого, позже заменённые на ленинскую цитату. Многие эпизоды «Броненосца» стали символами киноискусства.

Это, конечно, сцена на Одесской лестнице, которая именно в честь фильма получила название «Потёмкинской».

Расстрел, прыгающая по ступеням детская коляска…

Это красный флаг в чёрно-белом фильме, поднятый над броненосцем. Снимали белый флаг, а уж потом, на плёнке, режиссёр кисточкой его раскрашивал.

Не забудется и революционный броненосец, как будто выплывающий в кинозал, в будущее…

Считалось, что зритель не пойдёт на «фильму» без любовной истории. Однако Эйзенштейн совершил открытие, и оно завоевало мир.

«Чапаев» (1934)

Чапаев_(постер_фильма)

Первая по-настоящему всенародная кинокартина, захватившая и объединившая советских людей. Как Советский Союз смотрел «Чапаева», как выучивал наизусть и мифологизировал этот фильм — отдельная история. Звуковой кинематограф только набирал силу, а тут сразу такая победа.

Эпос формирует народное мировоззрение. «Чапаев» стал советской «Илиадой». Недаром так органично звучат в этом фильме народные песни… «Чёрный ворон», «Весёлый разговор»…

Братья Васильевы (которые вовсе не братья, а однофамильцы) и актёр Борис Бабочкин получили за эту работу Сталинскую премию I степени — почти через 7 лет после выхода фильма.

Дело в том, что в 1934-м таких премий в СССР просто ещё не существовало…

Сам Сталин смотрел картину больше тридцати раз, и вся страна от него не отставала. Бабочкин нашёл своего Чапая, ломая собственные стереотипы. По фактуре он не был «народным героем», но перевоплотился изобретательно.

Принял картину и флагман советской культуры Максим Горький:

«Да, Васильевы — настоящие художники! Да, их картина будет жить как великая и вечно живая народная эпопея…

Я любовался Василь Ивановичем, Анкой, Петькой, Клычковым…

Вот Чапаев и Петька летят на тачанке…

Куда? Вперёд, в будущее! Всё это чертовски талантливо!..

От гордости за наш народ дух захватывает!».

Многое в фильме просилось на плакат. Узнаваемые, символичные кадры (вроде отмеченной Горьким тачанки), взятые на вооружение пропагандой, отныне повсюду окружали советского человека.

Как и положено в эпосе, герой погибал, потому что, когда он купался в крови дракона, между лопаток прилип листок. Туда-то и попала белогвардейская пуля, когда Василий Иванович переплывал Урал.

Эпический герой предчувствует свою гибель, напевает про «чёрного ворона».

Зрители смотрели Чапаева снова и снова в надежде, что в очередном сеансе Василий Иванович спасётся, выплывет. Он и выплыл в одном из боевых киносборников; выплыл, чтобы бить немца.

– «Чапаев», как и «Мы из Кронштадта», был с нами в боях, и были они сильнее, чем любое оружие, — говорила испанская Пассионария международного коммунистического движения Долорес Ибаррури.

«Ленин в Октябре» (1937)


К двадцатилетию Октября, когда революция уже стала государствообразующим мифом, решили снять фильм о Ленине. На конкурсе первенствовал сценарий Алексея Каплера, а съёмки доверили не слишком опытному кинорежиссёру Михаилу Ромму.

Волнений оказалось немало: считалось, что вождя революции можно показывать только в документальном кино.

А тут — сюжетный звуковой фильм. Ленин должен шутить, негодовать, спорить, тревожиться, радоваться. Хохотать, размахивать руками, надвигать кепи на лоб.

Актёр Борис Щукин представил Ленина в патетико-комическом ключе. Это интеллигент, близкий к народу, демократичный, мудрый и участливый учитель.

Кроме того, он — гений политической тактики, сгусток энергии, идеолог и практик вооружённого восстания.

Рядом с ним — Сталин, любимый ученик. При Хрущёве Сталина постараются вырезать из фильма, ставшего для советских людей основой октябрьского праздничного канона.

И останутся в окружении Ленина лишь верный телохранитель товарищ Василий да будущий чекист Матвеев (рабочая косточка!) с замечательной присказкой:

«Только тихо!».

История 1917-го, история великой смены вех без этой киноинтерпретации была бы неполной.

«Пётр Первый» (1937, 1938)

Петр  Первый (1937, 1938)

Непростое дело в 1937-м снимать фильм о царе с любовью к главному герою. Непростое, но возможное. В наше время кадры из «Петра Первого» нередко нарезают для документальных фильмов как кинохронику Петровской эпохи.

Так поступают и с другими нашими историческими фильмами 1930–1940-х. Фильм режиссёра Владимира Петрова был первой заметной советской картиной об истории не революционного движения, но государства Российского.

Фильм сняли по мотивам романа Алексея Толстого. Писатель принимал участие в подготовке фильма, и это чувствуется. Фильм темпераментный, занимательный. Двухсерийную эпопею мы смотрим, не отвлекаясь: сплав не испарился от времени.

Здесь и история становления империи, и батальное полотно, и жанровые зарисовки. Петрову удалось создать ленту, которая никогда не устареет подобно лучшим голливудским и советским фильмам 1930-х.

Непревзойдённая пара главных героев — Пётр и Меншиков, Николай Симонов и Михаил Жаров. Ярость, целеустремлённость, сила — это Симонов. Лукавство, храбрость, находчивость — это Жаров. О, это не сусальные «положительные герои».

При реставрации фильма в некоторых эпизодах Жарова озвучил сын. Сравнение выходит не в пользу молодого поколения: образ сразу теряет половину обаяния, становится плоским… А Симонов сыграл по Пушкину:

«Его глаза сияют. Лик его ужасен. Движенья быстры. Он прекрасен, он весь, как божия гроза».

Петрову удалось совместить несовместимое, как это и существовало в судьбе первого нашего императора. То в жар, то в холод, а нить фильма не обрывается!

Николай Черкасов сыграл царевича Алексея в стиле картины Ге — на нём держатся трагические эпизоды фильма.

А Алла Тарасова (Екатерина I) привносит в картину игривый дух, при этом в её Екатерине есть и теплота. Обе роли — классика, образец на все времена.

Многие речения из фильма о Петре стали крылатыми:

«Широко было задумано, жалеть было некогда».

«Воины России, храбрые дела ваши никогда не забудут потомки!» — это слова царя.

«Александр Невский» (1938)

Александр Невский(1938)

«Вставайте, люди русские!» — запели герои фильма.

В СССР тогда осуществлялся поворот к постижению истории Отечества, к корневому патриотизму, который совместили с советской идеологией.

Подвиги легендарного святого князя воплощали режиссёр Сергей Эйзенштейн, композитор Сергей Прокофьев, поэт Владимир Луговской, актёр Николай Черкасов.

Сценарий Сергея Эйзенштейна и Петра Павленко оттачивали своими замечаниями историки, в том числе Михаил Тихомиров.

Действие начинается на Плещеевом озере. Князь удит рыбу (символика!), беседует с татарскими баскаками. Потом — тевтонское нашествие, страшные натуралистичные сцены. Немцы орудуют во Пскове. Александр показывает себя стратегом, вождём. Он способен дать отпор врагу.

Русское ополчение встаёт, вырастает — как из-под земли. Сцена патриотического сбора метафорична и эмоциональна. Ледовое побоище пришлось снимать летом — на асфальте, посыпанном мелом и залитом стеклом, с крашеными деревянными льдинами.

Однако на экране бой получился не бутафорский. Режиссёр продумал каскад эффектных сцен и скрупулёзно всё воплотил. Запоминается линия кольчужных дел мастера, который погибает, потому что для себя оставил самую худую, короткую кольчужку.

Фильм повествовал о борьбе с немцами-завоевателями и после подписания пакта о ненападении с Германией явился политически неактуальным.

Зато летом 1941-го Александр Невский стал одним из символов сопротивления. И по-новому зазвучали его финальные слова:

«Но если кто с мечом войдет, от меча и погибнет. На том стоит и стоять будет Русская земля!».

«Минин и Пожарский» (1939)

Минин и Пожарский (1939)

Ещё один шедевр довоенного кино.

Всеволод Пудовкин экранизировал Виктора Шкловского. Лучших Минина и Пожарского, чем Александр Ханов и Борис Ливанов, и вообразить нельзя. По законам того времени есть в повествовании и колоритный предатель в исполнении Льва Свердлина.

Всё органично: переплетение предательств было сутью Смутного времени. Фильм — не просто агитационный альбом во славу единой и неделимой России, сплотившейся против интервентов. Это эффектная картина с неожиданными поворотами. Чего стоит эпизод наступления русской конницы — она скачет прямо в кинозал.

Оператор Анатолий Головня в батальных сценах показал разнообразное мастерство. Шкловский вспоминал о той работе — не просто постановочной, во многом исследовательской:

«Пудовкин говорил, что так он хотел бы работать всю жизнь, распутывая прошлое героев, как бы рождая их вновь: восстанавливая поля, которые их окружали, восстанавливая вкус хлеба, который они ели».

«Побили мы ляхов не оружием одним, а общим добрым согласием. Побили, а коли сунутся, и далее будем бить», — говорит Минин в финале. Говорит «на всю Ивановскую», всему миру говорит.

«Суворов» (1940)

Суворов (1940)

Режиссёру Всеволоду Пудовкину удалось найти замечательного актёра на главную роль — Николая Черкасова-Сергеева. Он был тёзкой и однофамильцем знаменитого ленинградского Черкасова.

При первом знакомстве актёр посчитал, что режиссёр не оценил его способностей, резко повернулся, сверкнул глазами и решительно вышел из комнаты. Прощай, Суворов. Но только тут Пудовкин и разглядел в нём «суворовские глаза».

Они сверкают и через 75 лет, с пожухлой плёнки. Пудовкин и Черкасов-Сергеев не забыли и суворовскую склонность к комикованию. Он ловко пьёт анисовую, одаривает солдат хлёсткими афоризмами, дружит со своим денщиком Прошкой.

Сюжет начинается в 1794 году. Польская кампания. Затем — новый император, Суворов отстаивает право воевать по-русски и попадает в немилость. Фильм распался бы без череды конфликтов — с императором Павлом, с австрийцами.

Краски сгущены, показано несомненное предательство союзников. Однако Суворов прорывается сквозь Альпы: «Смотрите, как умеет бить врагов ваш старый фельдмаршал!».

В финале мы видим его в бою — ликующим, непобедимым. Фильм часто показывали на фронте в 1941-м. Суворов тогда снова помогал армии.

«Кутузов» (1943)

Кутузов (1943)

Фильм снимали без должного размаха, при ограниченных возможностях трудного военного времени. Хотя сколько же там актёрских шедевров! Русская речь Алексея Дикого эталонна, слушать его — великое наслаждение. В его манере нет выхолощенного академизма, которым восхищаются снобы. Многое основано на просторечии, на фольклорном лукавстве.

Его напевно-ворчливая воркующая интонация — такая нашенская, но утраченная в последние годы — способна утешить, приободрить. Недаром в те годы Дикий сыграл и Кутузова, и Нахимова, и Сталина. Причём последнего — без грузинского акцента, со всё тем же русским фольклорным лукавством.

А ведь в фильме есть ещё Серго Закариадзе — Багратион, Николай Охлопков — Барклай, Борис Чирков — Денис Давыдов, Михаил Пуговкин — солдат Фёдор…

Режиссёр Владимир Петров снимал «Кутузова» в 1942-м, к 130-летию первой Отечественной войны. В 1941–1942 годах многие сопоставляли кутузовское решение сдать Москву с реальностью нового нашествия.

Этот сюжет вселял уверенность, что, как бы далеко на восток ни вторглись гитлеровцы, сколько бы наших городов ни заняли, кутузовская стратегия снова приведёт к победе.

«Ты ищешь побед, а я ищу в них смысла», — изрекает старый полководец.

Год был тревожный — и на плёнке оживала атмосфера невзгод 1812 года, когда нашествие Бонапартия казалось концом света, а судьба России висела на волоске. Фильм увидели и наши союзники, убедившиеся, что Москва верит в Победу, помнит о подвигах предков, сопротивляется героически.

«Иван Грозный» (1944, 1945)

Иван Грозный (1944, 1945)

Эйзенштейн снимал этот фильм во время войны, но работали над «Грозным» основательно, без спешки. Тысячи статистов, ещё больше костюмов, декорации… Это режиссёрская картина: каждый ракурс, каждый жест, каждый косой взгляд заранее продуман и намечен.

А уж об игре теней и говорить не приходится. Врезается в память насмешливый возглас мальчика:

«Это Грозный царь языческий?» — и ответ царя: «Отныне Грозным буду».

Вот остроносый профиль Грозного склоняется в задумчивости, а вдали под ним бесконечной змеёй вьётся народный поток. Недруги упрекали фильм в ходульности, в сусальной театральности.

Хотя к легендарным событиям XVI века, пожалуй, нельзя подходить как к драматургии Максима Горького. Эйзенштейн выработал для Грозного поэтический, многозначительный язык. И свои метафоры экранизировал безукоризненно.

Фильм лично курировал Сталин, считавший эпоху Грозного ключевой в русской истории.

Первая серия, в которой речь шла о завоевании Казани, вождя удовлетворила.

Фильм удостоили Сталинской премии I степени.

Вторую серию — детективный «Боярский заговор» с трагическими метаниями царя и цветной пляской опричников — подвергли суровой критике и с проката сняли.

Третья серия, в которой Эйзенштейн собирался показать русский прорыв к Балтийскому морю, так и осталась в замыслах и черновых отрывках.

«Адмирал Ушаков», «Корабли штурмуют бастионы» (1953)

Принаряженный, цветной фильм вобрал в себя победный дух русского XVIII века и по большому счёту открыл для нас адмирала Фёдора Ушакова. Дилогия Михаила Ромма завершает «сталинскую» серию исторических кинополотен. В ХIХ веке непобедимого адмирала почти забыли.

А тут — покоряющий образ морского медведя, гениального мужлана, не знавшего поражений. Иван Переверзев играл душевно и мужественно. То и дело мы вспоминаем его негромкое, раздумчивое:

«Отменно».

Блистал в роли Григория Потёмкина Борис Ливанов. Хитрый, кокетливый позёр — и в то же время целеустремлённый стратег. Усталый от трудов, ироничный властелин. Все его реплики врезаются в память:

«А тебе, граф, пряничков нельзя. Тебе баночки. Банки тебе!».

Разумеется, в 1950-е в СССР не было потёмкинских эскадр. Но киночудеса сработали: макеты в бассейне удалось превратить в настоящие фрегаты. Всё выглядит достоверно и романтично.

Михаил Ромм не любил историю XVIII века, взялся за эту тему поневоле. А получился шедевр!

Искренний патриотизм лишь иногда мешает художнику, тут же сработали хладнокровные профессионалы — и фильм до сих пор вдохновляет будущих моряков и всех, кто болеет за Россию в большой геополитической игре.

Арсений ЗАМОСТЬЯНОВ