2 марта исполнилось 85 лет последнему Генеральному секретарю ЦК КПСС, первому и последнему президенту СССР Михаилу Горбачёву. Свои поздравления юбиляру направил Владимир Путин.

Период руководства Горбачёва был отмечен целым рядом событий: завершилась «холодная война», советские войска были выведены из Афганистана, граждане получили права и свободы, которые в Советском Союзе только декларировались. Впрочем, при нём же началась масштабная трансформация советской системы, закончившаяся распадом СССР.

О неоднозначной исторической роли Горбачёва в эксклюзивном комментарии для портала «Политаналитика» рассуждает главный редактор журнала «Историк» Владимир Рудаков:

g800

— Для меня Горбачёв является одной из самых противоречивых фигур ХХ века. С одной стороны, с его именем связаны серьёзнейшие изменения в жизни нашей страны, глубина и масштаб которых, безусловно, выделяют его из общего ряда руководителей государства. Многие из этих изменений назрели, и поэтому люди искренне их приветствовали.

С другой стороны, инициированные им реформы стали катализатором разрушительных процессов, в итоге приведших к краху страны, в которой родились и выросли миллионы людей. Для многих из них это стало настоящей человеческой трагедией, и в их глазах политическую ответственность за это несёт именно президент СССР. Тем не менее я не склонен писать его портрет исключительно чёрной краской. И уж тем более не стану делать этого в его юбилей.

Думаю, что Горбачёв, затевая «перестройку», руководствовался благими побуждениями. Он был из поколения XX съезда и искренне верил в то, что советскую систему можно сделать более человечной и более эффективной. Согласимся: система была неидеальна и нуждалась и в том, и в другом. Другое дело, что представление о возможности её безболезненно «поправить» оказалось полнейшей иллюзией.

Взявшись за реформирование, Горбачёв пришёл к выводу, что дело не может ограничиться косметическим ремонтом. Ему захотелось кардинальных изменений, причём эти изменения должны были касаться не только экономической и технологической составляющих (то, что он называл «ускорением социально-экономического развития»), но и сопровождаться серьёзной политической трансформацией.

Однако, когда он взялся за политическую реформу, открыл информационные шлюзы, обрушил «железный занавес», дав возможность людям ездить за границу (обращаю внимание: это сделал именно Михаил Горбачёв, а не Борис Ельцин, которому часто приписывают эти «заслуги»), оказалось, что прежняя система уже не работает. Что модель, фундамент которой начали возводить в 1917 году большевики, может существовать либо в виде жёсткой диктатуры, либо в виде более мягкой, но законсервированной и не способной динамично развиваться «брежневской» модели.

И третьего варианта не дано.

Но «процесс пошёл», и назад пути уже не было. Наступивший экономический коллапс и разбалансировка систем управления привели к неуправляемому демонтажу советской системы, под руинами которой сначала оказалась погребена дискредитировавшая себя в глазах населения компартия, а потом, увы, и сама страна.

Таким образом, идея построить социализм с человеческим лицом, с которой вместе со своими чешскими товарищами носились советские шестидесятники (а Горбачёв был из их числа), оказалась не более чем мифом. Такой же утопией, как и сам коммунизм, приверженцами которого когда-то были эти люди. И Горбачёв, а вместе с ним и страна стали жертвой этой утопии…

Одновременно с внутренними реформами последний советский лидер инициировал политику «нового мышления», смысл которой состоял в нормализации международных отношений. Можно сколько угодно иронизировать по поводу того, что Запад в итоге его обманул, что он проиграл «холодную войну». Все эти упрёки во многом справедливы.

Хотя надо помнить и другое: в середине 80-х годов прошлого века градус напряжённости между двумя сверхдержавами — СССР и США — был почти запредельным. Конфронтация вселяла страх в обывателей по ту и другую сторону океана. И попытка Горбачёва гармонизировать международные отношения была встречена на ура и на Западе, и, самое главное, в СССР.

Но гармонизации не получилось. Горбачёв и здесь оказался утопистом-романтиком. Он упустил из виду, что противостояние идёт не просто по линии борьбы идеологии — «советской» и «буржуазной». Что на мировой арене прежде всего происходит столкновение геополитических интересов. А он ошибочно полагал, что, как только СССР откажется от своей идеологии, Запад раскроет ему свои объятия, предложит финансовую и технологическую помощь, «войдёт в положение» и поможет решить стоящие перед СССР проблемы. Между тем Запад, исходя из своих вполне прагматичных интересов, мечтал совсем о другом — о максимальном ослаблении своего потенциального противника…

Горбачёв оказался последним лидером огромной страны, которая при нём называлась СССР, а до него — Российской империей. Собственно, его уход из власти и был связан с тем, что это геополитическое пространство рассыпалось на части. И поэтому, как бы мы ни оценивали те благородные порывы, которые двигали им в начале «перестройки», в истории он навсегда останется могильщиком великой державы.

Впрочем, Горбачёв, на мой взгляд, явился всё-таки невольным виновником «главной геополитической катастрофы XX века», как справедливо назвал распад СССР Владимир Путин. Историческая вина Горбачёва в том, что он не справился с теми процессами, которые сам же и запустил, что он стал жертвой иллюзии. Однако стоит признать: последний президент СССР часто неумело, коряво, но до последнего старался остановить этот процесс даже тогда, когда ресурсы буквально таяли у него в руках.

Но был у этой драмы и сознательный «автор и исполнитель». Судьба Союза, несмотря на все беды и неурядицы, свалившиеся на СССР (экономические, политические, в сфере межнациональных отношений), не была предрешена. Очень многое зависело от позиции самой влиятельной части Советского Союза — России. Она была становым хребтом всей конструкции под названием «СССР».

Однако Россия сознательно взяла курс на дезинтеграцию. Президент РСФСР Борис Ельцин при поддержке кумиров тогдашнего общественного мнения — российских «демократов» — возглавил процесс разрушения союзного государства. Он боролся за власть, и его главным конкурентом выступал президент СССР Горбачёв. Свергнуть легитимного главу союзного государства «демократ» Ельцин не мог.

Тогда он ликвидировал само это государство, и в результате власть сама свалилась ему в руки. Уже потом Горбачёв признавался, что одна из главных его политических ошибок заключалась в том, что он вовремя не убрал Ельцина из большой политики…

Подводя итог, скажу, что история — дама привередливая. Она любит только победителей. Им она прощает всё. Тем же, кто проиграл, в исторической памяти современников и потомков уготована весьма незавидная судьба. Какими бы благими побуждениями они ни руководствовались.